Донор
Шрифт:
И стала единственной, не вариантом.
Но кое-какие мои пристрастия остались прежними — наши кинопросмотры с Джипси. Когда вернулся Марк, он застал нас за просмотром мультфильма «Холодное сердце», и я точно не собиралась ему сообщать, что пересматриваю этот мультфильм в третий раз.
— Серьёзно? — озадачено приподнял он бровь, глядя на мою идиллию с кошкой, с видом «куда я попал и где мои вещи». — А я ещё удивлялся футболке со Шреком.
— Я тоже была удивлена, что ты знаешь, кто это такой, — бросила я, рассмеявшись очередной фразе снеговика.
— Ладно, как раз думал поработать, у меня завтра важная сделка, — усевшись, тем не менее, рядом со мной
…Проснувшись от какого-то смутного ощущения, какой-то неясной тревоги, я по наитию поднялась с кровати и в полной темноте прошла на кухню, где застала Марка с сигаретой в руке, пускающего дым в приоткрытое окно.
— Что случилось? — не включая свет, спросила я шепотом.
Но он не ответил, просто пожал плечами, продолжая курить и смотреть куда-то на ночные фонари.
— Я видела пепельницу в твоём кабинете, но никогда не видела, как ты куришь. Мне кажется, ты прибегаешь к этому при каких-то нервных потрясениях. Поэтому я ещё раз спрашиваю, почему вместо того, чтобы спать — ты задумчиво пускаешь дым? Мне не всё равно. Я вроде как переживаю.
— Потому что ты так и не ответила, — мрачно процедил он.
Прежде чем заговорить я тяжело вздохнула, что ему, конечно же, не понравилось, так как он подкурил следующую сигарету.
— Меня терзала масса сомнений. Я всё ещё и близко не вижу выхода из твоего лабиринта. И я не знаю, как совпадут наши планы, но точно знаю, что нам будет тяжело вместе, — пока я говорю, он стоит ко мне спиной и глубоко затягиваясь, курит в окно. Делаю к нему несколько шагов и обнимаю, прижавшись к его тёплой спине. — Ты встряхнул мою жизнь, бывали моменты, когда нам было здорово, и я не только о сексе, а просто об ощущениях рядом, с тобой можно пошутить и помолчать, и даже достучаться до здравого разума. … Поэтому я думаю, мы можем рискнуть. Я согласна встречаться с тобой.
— Чёрт возьми, Мэлани! — затушив окурок, Марк с шумом закрыл окно, отстранил меня в сторону, прошел до выключателя и зажёг свет. — И долго ты меня собиралась томить? — смотрит и хмурится.
— Я думала сказать утром. Я же не знала, что ты не сможешь уснуть, — странная сцена в два часа ночи. — Или предложение уже отклонено?
— Нет, не отклонено, но обрисовано ещё чётче, — медленно подходит ко мне. — Мы будем встречаться официально. Об этом будут знать в офисе компании, в моих кругах, ты скажешь своим родным, и, возможно, всё то, что я говорил у Джека — сбудется. Я не просто хочу строить с тобой отношения — я хочу, чтобы ты стала моей невестой.
— Сначала прыгнем, а уже потом будет думать, где взять парашют? — я была в шаге от того, чтобы принять его вызов. — Марк Винздор, это самая рискованная сделка из всех, что ты заключал.
— Да, я в курсе, — усмехаясь, привлекает меня к себе, сжимая руками мою задницу. — Но если хорошенько подумать, почему-то как только я тебя увидел я уже тогда почувствовал, что эта попка будет моей.
— А теперь мы можем пойти спать?
— Нет, соня, не можем. А как же романтика и всплеск страсти? Как на счёт запомнить этот чувственный момент? — я понимаю, что он меня подкалывает, но момент как-то всё равно не находит, я согласилась, но мне по-прежнему дико страшно, от той неизвестности, что нас ждёт с Марком. Возможно, наши отношения вспыхнув, прогорят за каких-то пару недель, завершившись жутким нервомотством. Я вздыхаю, и Марк начинает меня целовать, нежно, не спеша, с новым удивительным для меня трепетом. Либо я сплю, либо в нём что-то изменилось. Ловлю ладонями его лицо и внимательно
— Ты совершенно осознанно, искренне и бесстрашно согласна на официальные отношения со мной? — ещё раз зачем-то уточняет Марк.
— В здравом уме и при трезвой памяти, — улыбаясь, киваю я, наблюдая, как он лезет в карман, берёт мою руку и надевает мне на палец кольцо. Вот те на! Это я загнала в угол крокодила или он меня? Готова ли я к такому повороту в своей жизни? Нет. Но я всё равно поворачиваю.
Утром, я всё засматриваюсь на это кольцо, такое нежное, с тремя аккуратными камушками, сияющее, придающее мне необычное ощущение … материализации чувств одного сероглазого чудовища. Я не верю, что он сделал мне это предложение ничего не испытывая ко мне. И пусть мы друг другу ничего об этом не говорим, но что-то между нами всё-таки возникло.
И приподнятое настроение не только у меня одной.
— Интересно, а как Марк Винздор будет сегодня вести себя на совещании? Неужели будешь всё так же рявкать на людей? А мне теперь будут поблажки? — смеюсь я.
— Нет, сегодня я буду всех угощать пончиками, устрою конкурс обнимашек и выпишу всем премию сердечными каплями, — иронично скривился Марк, — Никому никакого спуску, на работе я тряс и буду вытрушивать из вас ваши души. Я и тебе на орехи выпишу, если заслужишь. В офисе мы делаем дело, зарабатываем деньги, и там я твой босс. Правда, теперь я могу тискать и целовать тебя, когда захочу, — смягчив серьёзный тон, добавил он, — чмокнув меня на ходу. — Скорее, мы опоздаем!
На тротуаре ко мне подбежал маленький мальчик, улыбаясь вручил мне цветок, и, не говоря ни слова, помчался дальше. Засмеявшись, прижала розу к груди, удивлённо взглянув на Марка.
Стоя на светофоре, пока горел красный, в моё окно постучал остановившийся рядом велосипедист, и, протянув мне такую же розу, улыбнувшись, поехал прочь. Я с недоумением и зарождающимся подозрением смотрю на Марка, но он лишь строит из себя не менее удивлённого происходящим. Дальше на съезде с моста авария, движение снова замедленно, мы объезжаем пробку, полицейский подаёт сигнал остановиться и выйти из машины. Не понимая, что происходит, я выхожу — и симпатичный шериф протягивает мне цветок. С улыбкой, не говоря ни слова.
— Признавайся, это ты устроил? — теряя терпение, требую я ответа у Марка, то хмурясь, то улыбаясь, и всё из-за растерянности.
— Не понимаю о чём ты, — пожимает плечами Марк. — Кто эти люди?
Возле здания, в котором находится офис нашей компании, милая беременная девушка протягивает мне ещё один цветок, со счастливой улыбкой на лице. Нет, ну явно же всё подстроено. В лифте, куда мы вошли с Марком — на полу тоже лежит цветок.
— И ты хочешь сказать, что ты здесь не причём? — таращусь на него, не зная, что и думать, потому что Марк остаётся каким-то серьёзным и слишком задумчивым. Боже, если это не он, тогда у меня проблемы.
— Видимо, мне придётся прибить твоего ухажёра, — отвечает Марк.
Но самый огромный букет стоит на моём рабочем столе. В букете записка:
«Горошине»
Стою, смотрю на единственное слово и улыбаюсь, как пришибленная. Так значит, дерзкому хаму и цинику всё же присуща романтика. Хочется побежать, ворваться в его кабинет и поцеловать крепко-крепко в губы. Но это будет выглядеть дико, так культурные люди на рабочем месте себя не ведут. …Хотя зачем упираться в рамки? Нужно создавать свои правила. Его слова.