Донос
Шрифт:
Дом наш на краю деревни, место красивое, тихое, чистое, рядом индивидуальные сады, совсем близко спокойная, глубокая и удивительно, по сегодняшним временам, чистая река Уча. До болезни, до всего, что произошло со мной за последние два года, здесь по садовым тропинкам у меня был вымерен круг в пятьсот метров, летом я по этому кругу бегал, а зимой прокладывал лыжню. Какая это радость – пробежаться утром по-морозцу
В памяти неторопливо проплывает жизнь, пережитое, потерянное, приобретенное. Удивительно, всегда мечтал отдохнуть, поваляться в постели, никуда не спешить, не суетиться. А когда такое пришло – оказывается, ох как трудно это «ничегонеделание», трудно и тоскливо.
Так что же теперь – все, лежать и ждать? Ждать?
Нет, так не годится, не по-нашему это. Кризис прошел. Да, больно пока, ну и что? Потихоньку начинать надо оживать, да, вот здесь, прямо в постели. Силовые упражнения, сгибать-разгибать ноги, спину. Что там еще, ну-ка вспоминай свои упражнения!
Ничего, не ты первый, не ты последний. Ходить, надо ходить – по стенке, с палочкой, но ходить и ходить, не торопиться, не опережать возможности, спешить нам некуда. Ничего-ничего, главное не раскисать, не впадать в панику, здоровье, оно ведь мое здоровье, а раз мое, никто за меня о нем не позаботится. Поднатужимся, расходимся, еще и до лыж доберемся.
Давай, а что, вот прямо сейчас и начнем, пока никого нет дома. Без «ахов и охов».
Не торопись, спускай ноги спокойно, так, сразу на обе пятки, теперь на обе ступни, взял палку, ну, с Богом, встаем, держись за стенку, пошли.
Ходить нестерпимо больно, но что делать, не ждать же в самом деле какого-то конца! Хотя, о чем это я? Конец в моем положении не какой-то. Конец в моем положении один.
Ходить по нескольку раз в день, ежедневно, еженедельно, ходить и ходить, нагружать ослабевшие ноги, и – ходить, ходить, ходить.
Первые месяцы ушли на простое передвижение, на силовую гимнастику с гантелями. Главная нагрузка – на ноги, на спину. Наконец, научился приседать. Да, научился, хотя когда-то приседал по пятьдесят раз за одно упражнение.
Ноги вроде чуть окрепли, передвигаюсь уже без стенки.
Еще
И снова несчастье, неосторожно уронил одну гантель – восемь кило – на ногу, прямо ударил по большому пальцу, боль нестерпимая, но это твоя вина, ходить стало еще больнее, но ходить, ходить! А главное – дошло. Раз боль, значит живое, значит нога оживает, уже и боль чувствует!
Снег выпадет, начнем и на лыжах учиться. Как хорошо бежалось когда-то на Уктусских горках. И здесь, среди садовых плетней и заборчиков круг у меня тоже интересный. Сам сочинял!
Вот и снег. Правая нога у меня нормально, волочится левая, надо разработать технику передвижения. Просто устоять на лыжах я смогу. На моих некрутых спусках. Но начинать-то надо на равнинке! Левая мало помогает – только держать равновесие, пусть левая нога просто стоит на своей лыже, не до толчка, а правой – вперед, подталкивай, вот, так и передвигайся…
Лыжня как будто чувствует, что мне тяжело, крепко, устойчиво держит и направляет лыжу, скольжение хорошее, конечно, мази еще старые, беговые, спортивные.
Подтянем и левую, главное не лежать, главное – ходить, ходить, ходить.
И жить. Надо жить, жить еще надо. Надо заставить себя жить.
Конец первой части
Москва-Байбаки
1999–2003 г.г.
Примечание:
Все встречающиеся в книге имена, фамилии – друзей, родственников, коллег по работе, а также руководителей разного уровня, вплоть до руководителей страны, названия предприятий, ведомств, все названия городов – все это автором вымышлено, любые совпадения случайны.
Ю. А. Запевалов.