Doom-mode
Шрифт:
"Да уж, – подумал тот и на всякий случай ускорил шаг. – Недооценил я этого пушистика... Вот что происходит с гостями архимага, кто недостаточно старательно вытирает ноги. У котейки серьёзный пунктик на счёт чистоты. В следующий раз проще с собой просто сменные сапоги захватить, чем пытаться ему угодить. А всем остальным, кто не Тёмный лорд, ещё и сменные труселя прихватить...".
Платформа оказалась толстой каменной плитой. Она светилась в полумраке, словно её обмазали фосфором. Парацельс уже стоял на ней, нетерпеливо постукивая носком сапога.
– Эту штука надёжна? –
– Разумеется! – воскликнул Парацельс. – Архимаг даёт гарантию!
Тёмного лорда это заявление ничуть не успокоило. Но оставалось лишь верить хозяину на слово. Волшёбник щёлкнул пальцами, и плита медленно поползла вверх. Двигалась она скорей всего благодаря магии. Механизмов, приводящих её в движение, Сергей не заметил. Да и двигалась совершенно бесшумно.
– А что находится под нами? – спросил но, вспомнив о кромешной темноте в проёме в полу.
– Шахта. А ещё ниже – подземелье, где я храню артефакты, зелья, держу разное зверьё для опытов… Сразу уточню, что для всех, кроме меня, там находится небезопасно.
– Небезопасно? – с недоверием переспросил Сергей. То есть архимаг хочет сказать, что в обычных помещениях башни безопасно? Ага, держи карман шире. Один кошак, борец за чистоту, чего стоит. А ведь кроме рыжего пушистика наверняка есть ещё опасности. Какой-нибудь другой борец за чистоту рук или ушей.
– Оттуда почему-то никто не возвращается, – Парацельс пожал плечами. – Странно, да? Ну сбежит какая зверюшка или пробирка с зельем протечёт… Это ж ведь не повод умирать?
Поднимаясь вверх, платформа случайно чиркнула по одной из стен, выбив сноп искр. Сильно накренилась, из-за чего Тёмный лорд и архимаг едва не полетели кувырком. В итоге плита выровнялась и как ни в чём ни бывало продолжила движение.
– Действительно… – неторопливо произнёс Сергей, пошире расставив ноги для большей устойчивости. – А вы не думали сделать для платформы перила?
– Думал, – ответил архимаг с важным видом и кинул в рот вторую огуречную дольку.
– И?
– Перила – это не пафосно. Настоящий архимаг не нуждается в них.
– А не боитесь в один прекрасный день упасть в провал?
– Не боюсь.
– Почему?
– Потому, – отрезал Парацельс. – Архимаг всегда твёрдо стоит на ногах. Даже когда в дрова…
– Короче, Разум – ничто, Пафос – всё?
– Именно так.
Сергей подумал, что Парацельс скорей всего сейчас озвучил кредо всей своей жизни. Впрочем, почему бы и нет? Как говорят хаоситы, здравомыслие – удел слабых. Зачем архимагу прислушиваться к доводам разума и общественному мнению, когда он просто невероятно силён и может делать, что захочет... ну почти всё. Заниматься любимым делом, ставить эксперименты, проводить опыты над природой и магией, лишь изредка отвлекаясь, чтобы вдарить очередной Чупакабре из Преисподней. Как неоднократно слышал Сергей, Парацельс уважал лишь Императора и подчинялся строго ему лично. Ну или очень настойчивому инквизитору, кои, как известно, носители воли Бога во плоти. Если верховный правитель по какой-то причине сгинет, то уже никто и ничто не сможет контролировать буйный нрав престарелого
Поравнявшись с очередным этажом, плита остановилась.
– Минуточку… – нахмурился Парацельс, оглядывая открывшийся перед ними тёмный проём. Ни свечей, ни факелов, ни магических кристаллов – ни одного источника освещения. – Это же не тот коридор! Плита должна была поднять нас куда выше, прямо к комнате для гостей номер пятьдесят четыре!
– Уверены, мессир?
По мнению Сергея, новый коридор ничем не отличался от предыдущего. Разве что картины на стенах отсутствовали. И, как уже было сказано, освещение.
– Нам надо выше, – повторил архимаг и постучал ногой по платформе. – А ну работай, болванка!
Но плита не сдвинулась ни на дюйм.
– Сломалась что ли? – удивился волшебник. – Не может быть! У архимага ничего не ломается!
– Сразу взрывается? – не удержался Сергей. Если обычные люди, находясь рядом с великим магом, ощущали себя не в своей тарелке из-за непредсказуемости Парацельса, то Тёмный лорд напротив – пришёл в необычайно весёлое для себя расположения духа.
Волшебник что-то шептал под нос и водил по воздуху руками, между его пальцами вспыхивали разноцветные искры. Но платформа так и осталась на месте. Лишь завибрировала, исходящий от неё свет начал мигать, вызывая у Сергея ассоциации с плохо работающей лампочкой в подъезде.
– Неужели всё так плохо? – спросил он. – Если не получается, давайте пешочком пройдёмся.
– Как? – выпустил глаза Парацельс. – Архимаг? Пешочком? Я лучше тут останусь! Не уж! Мне нужны зелья, чтобы починить! У меня рук не хватит всё с собой таскать! Надо зайти в лабораторию!
– Хорошо, – кивнул Сергей. – Тогда пошли в лабораторию.
– Что? Пешком что ли?
– А как ещё?
– Архимаги не ходят пешком! Не по статусу!
– Тогда полетели.
– Э-э-э… для этого нужно зелье.
– Мессир… – Сергей закатил глаза. Парацельс всё больше напоминал ему собственного деда. Тот тоже, если напивался, начинал сначала нести, а потом и вытворять несусветную дичь. – Собираетесь остаться здесь?
– Ну, – волшебник важно погладил бороду, щелчком пальцев наполнил свою кружку и отхлебнул. – Мы могли бы подождать утра, если нас найдёт Васька, то что-нибудь придумает… Ладно, ладно, не зыркай своими огненными глазищами… Пешком, значит, пешком.
Оба двинулись вперёд по коридору. Волшебник и его гость так не заметили зелёных глаз с вертикальным зрачком прямо на светящейся поверхности плиты-лифта…
Парацельса и Сергея ждал неприятный сюрприз. Пол, стены и потолок нового коридора после первого же поворота оказались покрыты маленькими комочками слизи, от которой почему-то пахло клубникой. Отвратительная субстанция шевелилась, словно живая, иногда на несколько секунд выпуская маленькие щупальца. Пол, словно слизи было мало, покрывал слой невероятно жирных мёртвых тараканов.
– Все признаки налицо, – прошептал Парацельс, с напряжённым видом оглядываясь по сторонам. – Слизь, тараканы, запах клубники… она где-то недалеко.