Доплыть до Каталины
Шрифт:
"Я заберу тебя у центрального входа в семь, договорились"?
"Хорошо, Вэнс. И спасибо за машину".
"Это чудесный автомобиль, не так ли"?
"Да, конечно".
"Пока ты здесь, можешь кататься на нем, куда тебе заблагорассудиться. Увидимся в семь. Пока".
"Пока". Стоун повесил трубку и уселся на кровати, пытаясь проснуться. Сказывалась трехчасовая разница во времени. Чтобы окончательно проснуться, он должен был что-то сделать. Позвонил администратору
Пятнадцать минут спустя, сидя у столика возле бассейна, заказал сэндвич с пивом Хейнекен. Наверное, половина шезлонгов была занята, и дюжина из них - потрясными женщинами. Это Голливуд, подумал он. Стоун скинул халат, нырнул в бассейн, немного поплавал, потом вернулся к своему столику. Через минуту, ему принесли сэндвич, и он с жадностью его съел. После этого, Стоун нашел шезлонг и заснул под лучами полуденного солнца.
Было около шести, когда он очнулся, почувствовав себя отдохнувшим. Может, он наконец-то приспособился к временной разнице. Вернулся в номер, побрился, оделся в яркую спортивную тропическую куртку и слаксы серого цвета. После непродолжительных дебатов с самим собой, надел галстук.
Стоун стоял под аркой у входа в отель, когда, ровно в семь, подъехал темно-зеленый Бентли и остановился перед ним. Служащий паркинга обежал вокруг машины и открыл дверь со стороны водителя. "Добрый вечер, мистер Калдер", сказал он.
"Спасибо, Джерри, но я заехал, чтобы забрать друга", ответил ему Вэнс.
Другой служащий открыл дверь Стоуну. Он сел и обменялся теплым рукопожатием с Вэнсом.
"Когда-либо бывал в Спаго"? спросил Калдер.
"Нет".
"Тогда давай отправимся туда"!
"Заманчиво. Что-нибудь было от Аррингтон"?
"Пока нет. Поговорим о ней за обедом". Калдер выехал из паркинга и направился в сторону Каменного каньона.
Стоун откинулся на сиденье. Он сидел в роскошном автомобиле Бентли на пути в Спаго с самой яркой звездой экрана. Ему это нравилось.
4
Вэнс Калдер направил Бентли в сторону Сансет Бульвард, болтая о калифорнийской погоде и о полете на реактивном самолете корпорации, потом свернул налево, въехал вверх на довольно крутой холм, и свернул направо, на стоянку. Не успел он остановить машину, как она была окружена фотографами.
Калдер спокойно отнесся к прессе. "Добрый вечер, друзья"! обратился он к ним, помахав рукой и улыбаясь.
Стоун последовал за ним, наслаждаясь оказанным вниманием. За ними закрылись двери, и фотографы ушли. И тут он заметил, как за ним вошли два молодых крепких парня.
Калдера тепло приветствовала молодая женщина у стойки. Она едва взглянула в сторону Стоуна, когда вела их к столику в углу возле окна. У него было такое чувство, какое он испытывал в прошлом в компании красивой
По пути они останавливались у отдельных столиков, так что Вэнс мог поздороваться с несколькими посетителями - Билли Вайлдером, Тони Куртисом и Милтоном Берли. Стоун жал им руки, балдея от того, что видел их так близко. В конце концов, все уселись в уголке, таким образом, что Стоун мог обозревать весь зал, а Вэнс оказался повернутым к залу спиной.
"Надеюсь, ты не возражаешь, что так сидишь", обратился к нему Калдер, расправляя салфетку. "Моя спина избавит нас от нежеланных гостей".
"Вовсе нет", ответил Стоун. "Должно быть, тебе трудно появляться на публике". Стоун заметил, как двое молодцов, следовавших за ними, теперь устроились в разных местах, один возле бара, другой - за небольшим столиком.
"Приходиться приспосабливаться", сказал Калдер, разглядывая меню. Слава - обоюдоострый меч; она дает многое, как, например, этот столик, но имеет определенную цену, в лице фоторепортеров. Я довольно давно принял к сведению обе стороны этого лезвия. Кстати, не заказывай закуску. Об этом позаботятся".
Как по мановению волшебной палочки, появился официант, принеся маленькую пиццу, украшенную копченым лососем, каперсами и ломтиками лука.
"С наилучшими пожеланиями от Вольфганга", сказал официант. "Могу я предложить вам напитки, мистер Калдер"?
"Стоун"? спросил Вэнс.
"Я бы предпочел Бифитер с тоником".
"А мне очень сухой Мартини Танкирей", сказал Калдер. "Без оливок".
Официант исчез, потом появился вновь с быстротой, поразившей Баррингтона.
Оба сделали несколько глотков.
"Я встретил в самолете Луи Ригенштейна", сказал Стоун. "Обаятельный мужик".
"Да, он такой", согласился Калдер, "и один из трех умнейших людей, с которыми мне когда-либо приходилось иметь дело".
"Кто же двое других"?
"Дэвид Стармак и Хаймэн Гринбаум".
"Кажется, я слышал про Гринбаума. Это агент, не правда ли"?
"Был. Он умер около десяти лет назад".
"А кто"…
"Дэвид Стармак? Конечно же, ты никогда не слышал о нем - а ведь как бы ему было приятно, - но вместе с Луи Ригенштейном и Львом Вассерманом из МСА, у него больше реального влияния в этом городе, чем у кого-либо еще. Да, ты увидишь его завтра вечером".
Стоун был удивлен, почему Калдер организует подобные мероприятия, в то время как у него пропала жена, но не успел спросить, так как Калдер продолжал.
"Хаймэн Гринбаум был моим первым агентом - фактически, единственным - и он дал мне лучший совет, который мог бы попросить юный актер".