Дорога доблести
Шрифт:
— Благодарю, миледи! — сказал он весьма живо, и голос его был чист и свеж. — Надеюсь когда-нибудь отплатить вам той же монетой.
— Разве что когда греки снова начнут отсчитывать время по календам, согласилась Стар.
Руфо отвел многоножек в сторонку, накормил их, открыв шкатулку и достав оттуда большие куски свежего мяса. Арс Лонга съела не меньше полцентнера, Вита Бревис и Морс Профунда — ещё больше. В пути эти животные требуют высокобелковой диеты. Закончив эту работу, Руфо присвистнул и стал готовить стол и стулья для Стар и меня.
— Цветочек, — спросил я Стар, — а что это ещё за оживитель?
— Это старый семейный рецепт:
Зев
Глаз медянки, хвост угриный,
Шерсть кожана, зуб собачий
Вместе с пастью лягушачьей…<Шекспир В. ПСС в 8 томах. М.:Искусство.>
— Шекспир, «Макбет».
— …Вслед за жабой в чан, живей… Нет, милорд, Уилл получил его от меня. Такой уж народ эти писатели — тянут все, что плохо лежит, стачивают напильником заводские серийные номера, а потом говорят, что это ими придумано. Я же получила рецепт от моей тетушки — другой, той, что была профессором медицины по внутренним органам. Стишок облегчает запоминание, настоящие же ингредиенты куда сложнее, ведь никто не знает, когда именно тебе может понадобиться лекарство от похмелья. Я составила его вчера вечером, зная, что Руфо, хотя бы ради целости наших драгоценных шкур, должен быть сегодня в отличной форме. На всякий случай, любовь моя, я приготовила две порции — одну в расчете на тебя. Ты ведь привык прощаться с нашей аристократией в весьма поздний час.
— Семейный недостаток. Ничего не могу поделать.
— Завтрак готов, миледи.
Я предложил Стар руку. Горячие блюда были горячи, холодные закуски охлаждены. Эта новая шкатулка ярко-зеленого цвета с чеканным изображением герба Дораля имела приспособления, отсутствовавшие у потерянной. Все было безумно вкусно, а вина — превосходны.
Руфо ел с аппетитом за своим столиком и внимательно поглядывал на нас. Когда он подошел к нашему столу, чтобы добавить вина в салат, я выложил ему новости:
— Руфо, старый товарищ, миледи Стар и я сегодня сочетаемся браком. Прошу тебя быть моим шафером и оказать помощь в этом деле.
Бутылка выпала из рук Руфо.
Потом он принялся обтирать меня и вытирать стол. Когда же он, наконец, закончил, то заговорил, обращаясь исключительно к Стар.
— Миледи, — с трудом выговорил он. — Я мирился со многим и ни разу не жаловался, по причинам, о которых я умолчу. Но сейчас вы зашли слишком далеко. Я не позволю…
— А ну-ка, прикуси язычок!
— Да, — согласился я, — прикуси, а то я возьму нож и отрежу кусок. Что мы с ним сделаем? Зажарим? Отварим?
Руфо взглянул на меня, потом резко повернулся и ушел к своему столику. Стар сказала тихонько:
— Милорд, любовь моя, мне очень жаль.
— Что это? Кто его укусил? — Затем в голову пришло самое вероятное: Стар! Руфо ревнует?
Она ужасно удивилась, начала хохотать, потом тут же остановилась:
— Нет, нет! Дело совсем в другом. Руфо… Ладно, у Руфо свои странности, но на него можно положиться в главном. А он нам сейчас просто необходим. Не обращай внимания. Прошу тебя, милорд.
— Как прикажешь. Для того, чтобы я перестал себя чувствовать счастливым в такой день, потребуется нечто более существенное.
К столу Руфо вернулся с уже ничего не выражающим лицом и продолжал прислуживать нам. Затем, не говоря ни слова, сложил багаж и мы тронулись в путь.
Дорога привела нас к деревенскому выпасу. Здесь мы оставили Руфо и пошли разыскивать Глашатая. Его лавочка находилась в косом переулке, где обнаружить её было довольно легко. Подмастерье Глашатая бил в барабан прямо у входа, выкрикивая
Сам Глашатай сидел за столом, держа в каждой руке по бумаге. Третий манускрипт служил подставкой для его ног, покоившихся на столешнице. Он поднял глаза, быстро опустил ноги на пол, вскочил, шаркнул ножкой и жестом указал нам на кресла.
— Входите, входите, Ваши Благородия, — разливался он. — Вы оказываете мне огромную честь, это великий для меня день. И тем не менее, если осмелюсь так выразиться, вы явились по правильному адресу, какова бы ни была ваша проблема и в чём бы вы не нуждались, вам нужно только намекнуть хорошие новости плохие новости новости любого сорта кроме печальных отмывание пятен с репутаций события прихорашивающие историю прославление заново осмысленных великих дел качество любой работы гарантируется старейшим агентством новостей в Невии новости из всех миров всех Вселенных становление или ликвидация пропаганды или изменение каналов её распространения гарантируется полное удовлетворение всех желаний заказчиков честность лучшая политика но клиент всегда прав не говорите ничего я все знаю все знаю у меня глаза в каждой кухне и уши в каждой спальне вы без сомнения Герой Гордон и ваша слава милорд не требует герольдов но я польщен что вы разыскали меня вероятно из благородных побуждений биографического характера чтобы биография соответствовала вашим несравненным деяниям например старая нянюшка которая вспомнит своим тоненьким стареньким но убедительным голоском все знамения и предзнаменования предшествовавшие вашему рождению…
— Мы хотим вступить в брак, — врубилась Стар в его речь.
Рот Глашатая захлопнулся, он бросил острый изучающий взгляд на талию Стар, за что чуть не схлопотал от меня хорошую плюху.
— Какое удовольствие иметь дело с клиентами, которые знают, чего хотят! Я с радостью поддержу такое начинание, как имеющее огромное общественное значение. Все эти новомодные бегства с любимыми, гражданские браки и внебрачные ласки даже без поздравлений и благословений парочки родных и знакомых, лишь содействуют росту налогов и сокращению доходов, уж это точно. Я сам глубоко сожалею, о чём неоднократно говаривал своей жене, что у меня не нашлось времени жениться. Теперь, что касается дальнейших планов, то если я могу внести свои скромные предложения…
— Мы хотим повенчаться по законам Земли.
— А, очень разумно… — Глашатай повернулся к шкафу, стоявшему рядом со столом, и покрутил наборный диск. Подождав немного, сказал:
— Извините, пожалуйста, Ваши Благородия, но мой мозг перегружен миллионами различных фактов — больших и малых и… как вы сказали… это название начинается с буквы З?
Стар подошла к шкафу, внимательно рассмотрела диск и покрутила его.
Глашатай только хлопал глазами.
— Ах, это та Вселенная? У нас о ней так редко спрашивают. Я часто сожалею, что у меня нет времени на путешествия… все дела, дела, дела… Библиотека!
— Слушаю, мастер, — раздался голос.
— Планета Земля, брачные обычаи… Большое З, потом тета, — и он добавил ещё пять групп чисел. — Да побыстрее!
Через несколько минут в комнату вбежал подмастерье с тонким свитком в руках.
— Библиотекарь сказал, что с этим надо поосторожнее… Сказал, что это очень опасно. Он велел…
— Заткнись! Прошу прощения у Ваших Благородий. — Глашатай вложил свиток в читальную машину и начал сканировать.
Глаза у него полезли из орбит, он приник к экрану.