Дорога в Ад
Шрифт:
– А уж распускать руки, это вообще за гранью! – проговорила Исилиэль без тени улыбки, – Искалечил парня, сломал ему челюсть…
– Подожди-ка! – взъелся Нергал, – Ударил я вовсе не из-за внешности! Хоть и не понравился он мне… Но получил малец за дерзость!
– Да это ж всего лишь слова! – девушка всплеснула руками, – Выбивать зубы за небрежно оброненный звук, это, извините, дикость!
– Слова?! – рыкнул Нергал, – В мое время за такие слова его бы…
Убийца внезапно осекся и замолчал, сурово насупившись. Как бы ему не хотелось, но Исилиэль оказалась права. Его время ушло, ушло безвозвратно.
Долгое
Марио завертелся на сиденье, сбрасывая теплую куртку; Рихтер приоткрыл окно, подставляя лицо встречному ветру. Прекрасная эльфийка сидела, прикрыв глаза; на безмятежном лице не осталось ни капли эмоций.
Грассо повернулся к водителю, собираясь заговорить, но Нергал его опередил на мгновение.
– Прежде, чем начнешь пичкать меня небылицами о судьбах мира и противостоянии злу, ответь на пару вопросов, – тихо проговорил убийца, не отводя взгляд от дороги, – Клаудия Сенна, где она?
Стрелок судорожно поперхнулся, проглатывая заготовленную фразу. Это был один из двух вопросов, которых он опасался больше всего. Нервно облизав губы, мужчина выдохнул.
– Умерла, – почти шепотом ответил он, – Десять лет назад. Здоровье… ни к черту. А от помощи целителей она принципиально отказывалась.
Нергал не ответил, лишь почувствовал, как внутри, в области сердца, сгущается черный комок напряжения. Хоть мужчина подспудно и ожидал чего-то подобного, но не рассчитывал, что скорбная новость произведет столь сильный эффект. На секунду зрение помутилось, дыхание сперло, сердце замерло в раздумьях – стоит ли биться дальше?
Холодная ладошка легла на шею убийцы, поток мягкой силы устремился внутрь тела, помогая справиться с оцепенением. Тьма сжалась – и рассеялась; сердце дрогнуло, но продолжило сокращаться; дыхание выровнялось; в глазах прояснилось. Рихтер благодарно кивнул, бросив взгляд на эльфийку, но та вновь сидела смирно, ничем не выдавая заинтересованности.
А собеседник, похоже, и не заметил состояния шофера. Покопавшись в нагрудном кармане, Грассо протянул убийце потрепанный запечатанный конверт.
– Это весточка… от нее, – только и произнес Стрелок.
Рихтер принял послание, оглядел сверток с мрачной усмешкой.
– Проверил хоть? Ничего лишнего? – выдавил он.
– Я не читал, – спокойно ответил Марио, – Это ведь письмо тебе.
Как и обычно, Грассо не покривил душой. Содержание послания оставалось для него тайной, хоть искушение ознакомиться и было. Впрочем, Стрелок благоразумно умолчал, что каждая строчка, каждое написанное слово изучалось специально созданным отделом под личным руководством Краузе. А возможно, записка не только перечитывалась, но и правилась… Но раз уж, в конце концов, сам Ханс счел нужным все же передать письмо адресату…
Конверт исчез в кармане убийцы, Рихтер глубоко вздохнул.
– Анжела Сенна… – вымолвил он, –
Это был второй вопрос, не дававший покоя Марио. И по силе воздействия он казался гораздо мощнее предыдущего.
– Формально, – как можно мягче проговорил мужчина, – Девушка считается пропавшей без вести. Но де-факто, по мнению Краузе, она мертва. Убита.
Мехмобиль вильнул и выправился, ладони Рихтера сжались на руле, грозясь раздробить пластик в крошку. Вторая тягостная весть не застала его врасплох, хоть и ударила не менее больно. Во взгляде убийцы плеснулась зарождающаяся ярость, аура смерти разлилась по салону. Грассо вздрогнул, даже бесстрастная Исилиэль беспокойно завозилась на сиденье.
– Как… это случилось? – голос Рихтера стал холодным и острым, как кромка льда, – Кто это сделал?
Поежившись от внезапно пробравшего озноба, Грассо тяжело вздохнул.
– Это возвращает нас к вопросу о небылицах…
Дорога разветвлялась, уводя движение прочь от городской застройки. Передний мехмобиль моргнул поворотником и прянул вправо, Рихтер послушно последовал за ним. На душе мужчины скреблись кошки; с трудом, но ему все же удавалось держать себя в руках.
– Так что стряслось? – хмуро выдавил он, – Нашествие зомби? Падение метеорита? Прорыв инферно?
Марио удивленно уставился на убийцу, ошалело моргая.
– С чего ты взял?
– Закономерность, – хмыкнул Нергал, – Каждый раз, как я оказываюсь в Республике, меня хотят использовать. Так или иначе, те или иные силы. А чаще всего – и те, и иные. Так что мне очень сложно поверить, будто меня воскресили просто так, по доброте душевной. Проще было прикончить, раздавить вместе с ледяной скорлупой. А раз я жив – значит, для чего-то нужен.
Грассо покачал головой, поражаясь прозорливости убийцы. Впрочем, в определенной логике ему не откажешь…
Невольно вспомнились слова Ханса: «Рихтер – это оружие. Мощное, неудержимое, возможно – абсолютное. И, как каждое другое оружие, оно может быть смертельным для собственного владельца, если не уметь как следует им пользоваться…»
Очередной поворот дороги вывел машину к воздушному порту. Обвешанные колючей проволокой ворота медленно отъехали в сторону, два мехмобиля юркнули внутрь почти одновременно. Рихтер и здесь положился на знания юного водителя – покорно петлял вслед за ним по широкому асфальтированному полю. Георг то ли имел особое чутье, то ли отлично разбирался в особенностях разметки аэродрома – всего лишь через несколько минут обе машины остановились у впечатляющего по размерам планера.
Нергал выбрался из-за руля, не сводя глаз со стальной громадины. Раньше ему не доводилось видеть подобных монстров, не говоря уж о том, чтобы использовать по прямому назначению.
– Впечатляет, – протянул мужчина, – Он вообще взлететь-то сможет?
– Еще как! – Георг выпорхнул рядом, уставившись на Рихтера с довольным видом победителя, – Военный борт!
– Что военный, я вижу, – буркнул Нергал, – Но вот за счет чего он будет держаться в воздухе? Где винты? Где крылья?
– А? – паренек оглянулся, словно первый раз посмотрев на летающую машину, – Так это же реактивный! У него тяга за счет толкателей…