Дорога в сто парсеков

Ефремов Иван Антонович

Сун Лин быстро раздел Карбышева.

Тело начальника экспедиции было испещрено огромными синяками и кровоподтеками. Особенно много багровых пятен покрывало руки и ноги. На левой руке, на бицепсе, отпечатался синий след четырех огромных пальцев. Темное пятно виднелось около шеи.

– Вот это самое опасное, - сквозь стиснутые зубы выдавил Сун Лин.
– Укол!

Гарги уже нажимал кнопку шприца.

– Электродуш!

Нгарроба подтащил блестящий рефлектор, вытянув его вместе с кабелем из стенного шкафчика. Надев шлем на голову Карбышева, он включил

ток.

– Электродыхание!… Электросердце!… - раздавалось в полной тишине.

Окутанный проводами и приборами, Карбышев лежал безжизненный.

– Ну, этого я не прощу!
– проворчал Нгарроба с сокрушением и гневом, поднося запасной баллон с кислородом к аппарату искусственного дыхания.

Только на шестнадцатой минуте веки Карбышева чуть дрогнули.

– Спасен, - с облегчением сказал Сун Лин. Была бы лишь капля жизни… Теперь максимум осторожности!

Он выключил электродуш. Гарги переводил электродыхание и электросердце на более спокойный режим.

Еще четверть часа Карбышев лежал неподвижно.

Затем открыл глаза.

– Все целы?
– спросил он, обводя взглядом лица товарищей.

Щеки его порозовели. Он поднял голову.

– Здорово вас отделали, - сказал счастливый Гарги.

– Это Нгарроба, - пошутил Карбышев, с трудом двигая бледными губами.
– Он так спрессовал меня, что объем моего тела сейчас в два раза меньше нормального, но зато я уместился в тамбуре. Спасибо, Нгарроба!

– Нет, это не моя работа, - возразил Нгарроба, смазывая кровоподтеки на теле Карбышева белой пахучей массой, которую выдавливал из большого тюбика.

Синие и багровые пятна сразу стали бледнеть.

Карбышев потянулся всем телом. Попробовал сесть.

– Кости целы - и за то спасибо! Ну, такой силищи я в жизни не видывал…

– А где ваш пистолет?

– Гм…

Ни в тамбуре, ни в скафандре его не оказалось.

– Не помню… Как во сне было! Страшные существа окружили вплотную, какие-то звериные морды с клапанами, закрывающими ноздри, руки четырехпалые, с перепонками у самого основания пальцев, пальцы длинные… Тянутся со всех сторон, хватают.

А тут Нгарроба втягивает меня по лесенке! Кажется, они оторвали трап… Больше ничего не помню.

– Ну вот, - покачал головой Гарги.
– Мы, кажется, вооружили наших противников.

– Я бы не хотел считать их противниками, - вяло произнес Карбышев. Он откинулся снова на постель.

– Попробуйте разъясните это им, - Нгарроба кивнул на иллюминатор.

Там по-прежнему была видна лохматая голова с круглыми глазами.

Еще несколько людей Венеры бродили поодаль.

Охотники на тавтолонов, видимо, поняли, что ракета не в состоянии ни брыкнуть, ни вообще сдвинуться с места, хотя и стоит на множестве ног. Может быть, исчезновение в туловище ракеты трех патрульных, за которыми они гнались до самого люка, навело их на какие-то мысли. Словом, они стали смелее.

– Не спугните его, - предупредил Сун Лин.

Но что-то оттолкнуло глядевшего, и он отскочил прочь.

Киноаппарат издал короткий гудок.

Гарги

кинулся менять кассету.

– Досадно упустить такой объект!

Человек Венеры стоял теперь в десяти шагах от иллюминатора и был виден во весь рост. Высокий, с очень выпуклой грудной клеткой, с огромными ступнями, с длинными руками, поросший рыжей шерстью, он производил впечатление первобытной силы.

– Не очень красив, - заметил Гарги.
– По нашим, конечно, представлениям. Но, видимо, здорово силен.

– Обратите внимание на череп, - сказал Сун Лин.
– Какая-то смесь неандертальца с… честное слово, мне кажется, такой или почти такой череп я встречал в музеях на Земле. Вероятно, мозг у него развит больше, чем это кажется по общему внешнему виду. А могучая грудная клетка тут, конечно, просто необходима. Ведь у него нет скафандра, и ему приходится прогонять через легкие много воздуха, бедного кислородом. Посмотрите, она по объему чуть не в половину туловища.

– Во всяком случае, эти люди давно забыли о том времени, когда ходили на четвереньках, - вставил Нгарроба.
– Походка неуклюжая, но это за счет строения тела. Зато какая уверенная!

Он вдруг засмеялся.

– Вы что?
– спросил Гарги.

– Очень забавно получилось. Битых двадцать четыре часа мы выслеживали эти существа и ни одного из них в глаза не видели. А вы, неудачник, оставшийся караулить ракету, были первым, кто с ними встретился.

– Так никого и не нашли?

– Видели тавтолона, утыканного дротиками, как подушка для булавок. После этого у нас пропало желание беседовать с владельцами этих дротиков без переводчика.

– Охота, видимо, была внезапно прервана, - добавил Сун Лин.

– Мы поняли, что ракета обнаружена. Что еще могло бы их так сильно удивить или напугать? И мы решили вернуться. А чтобы не угодить к ним в руки, приняли некоторые меры предосторожности. Из-за этого мы, собственно, и опоздали.

– А где ваш дротик?
– спросил Гарги.

– Я бросил его, - объявил Нгарроба.
– При посадке было не до того… Около ракеты валялось множество, и я решил, что вы уже сделали достаточный запас.

– Не успел, - с сожалением сказал Гарги.
– Они появились внезапно. Я быстро вскочил по трапу в ракету. А потом уже посыпались дротики. Может быть, они меня даже не заметили. Они атаковали ракету.

– У меня создалось впечатление, что они хотели взять нас живьем, - заявил Нгарроба.
– Ведь мы для них еще более непонятные существа, чем они для нас. Может быть, они решили изучить нас поближе?

– Похоже, что они собираются уходить, - заметил Гарги, глядя в иллюминатор.
– Скорее, прячутся снова в зарослях, - возразил Сун Лин.
– Думаю, они не снимут осады.

Люди Венеры один за другим покидали площадку около ракеты. Некоторые подбирали валявшиеся дротики.

– Они уносят последние вещественные доказательства!
– воскликнул Гарги.
– У нас на руках ничего не осталось, кроме кинопленки. Мы даже не узнали, что это за порода, из которой они делают наконечники.