Дороги рая
Шрифт:
Она готова была поклясться, что услышала в ответ долгий печальный звук, механическую горестно-стариковскую жалобу. Наверное, в самом деле услышала: ведь запускались и настраивались десятки систем... И будто откликаясь на этот звук, Чак тихонько мяукнул.
Системы "Леннона" также начали оживать одна за другой, когда Джейсон переступил комингс рубки и уселся за главный пульт. Квадраты огней, бегущих и неподвижных, вспыхивали под его пальцами, обрушивались потоки цифр и математических символов на экранах, мерцали координатные сетки над изображениями звездных россыпей и спиралей.
Айсинг подсоединил принесенный с собой блант. Диск с его расчетами Джейсон скормил другому бланту, и теперь центр большого экрана занимала темная воронка корда. Юля к полетам через корды привыкла, и все-таки перед каждым погружением ей было немного не по себе. А тут как ещё обойдется со взрывом...
С нажатием кнопки диафрагма шлюза раскрылась - Джейсон давно позаботился о том, чтобы шлюзовые люки "Ринго" управлялись и со слейдера, и с "Леннона".
В обычных условиях Джейсон (да и кто угодно) легко справился бы с пилотированием корабля класса "Лонгфайр" в одиночку. Собственно, пилотирование как таковое и сейчас не вызывало у него никаких вопросов - он проверил режимы тяги фойл-двигателей, стабилизации факелов, стабилизации на оси, ещё с полсотни параметров... Но его действия зависели от Айсинга, который напряженно следил по своему монитору за пространственными и временными координатами "Ринго". Всё должно было произойти в десятисекундном интервале - старт на рассчитанном ускорении, взрыв, бросок в корд... Одиннадцатая секунда уже делала затею бессмысленной.
– Ноль, - сказал Айсинг.
"Леннон" рванулся из шлюза, и Джейсон сразу включил трансфойл-преобразователи, потянувшие корабль к воронке корда.
– Взрыв!
– крикнул Айсинг.
Этот взрыв нельзя было услышать, потому что звуковые волны не распространяются в космосе. Его нельзя было увидеть, потому что объективы камер смотрели только вперед, в корд. Его нельзя было ощутить, потому что "Леннон", по расчетам, опережал взрывную волну, если этот термин опять-таки применим в безвоздушном пространстве. И все-таки увидели, услышали и ощутили.
Оглушительный грохот потряс рубку "Леннона". Экраны вспыхнули слепящим белым светом и погасли. Удар был настолько сильным, что лопнули ремни, которыми Джейсон пристегнулся к креслу, и его выбросило на пульт - с Айсингом и Юлей, к счастью, такого не случилось. Потеряв стабилизацию, "Леннон" беспорядочно кувыркался. Померкли все лампы, в рубке воцарилась полная тьма. Ослепший, оглохший, неуправляемый корабль низвергался в пучины корда под истошный вой Чака.
11.
– Джей!
– позвала Юля в темноте.
– Ты жив?
– Жив, Джонг, - послышалось откуда-то сбоку.
– И кажется, цел, если не считать... Ну, не знаю...
– Что это было?
– Теория вероятностей Айсинга Эппла, - сердито ответил Джейсон.
– Где её автор? По-моему, его будут бить.
– Не надо, - мгновенно откликнулся Айсинг.
– Типичный подход дилетанта.
Несмотря на шок, Юля улыбнулась.
– Где мы хотя бы?
– спросила она.
– Судя по отвратительному самочувствию,
– Мы забыли про брин.
– Брин? А, эта жвачка для кордов...
– Он в аптечке.
– Где тут найдешь аптечку, - проворчал невидимый Джейсон.
Словно в ответ затеплились аварийные лампы, разгораясь все ярче - это включились резервные генераторы. Юля увидела Джейсона, он сидел на полу, держась за голову. Так как корабль выровнялся и больше не уподоблялся несущемуся с горы снежному кому, Джейсон встал, доковылял до аптечки и раздал пластинки брина.
Засветились экраны двух мониторов - остальным не хватало энергии аварийной сети. Джейсон впился взглядом в правый экран, куда автоматика выводила рапорт о повреждениях.
– Что там?
– задала Юля вопрос, невнятный из-за брина во рту.
– Пока не очень ясно... Видимо, здоровенный обломок ударил по восьмому отсеку. Он разгерметизирован.
– Восьмой отсек?
– простонал Айсинг.
– Только не это! Все наши запасы воды, провизии, наши деньги, наше виски, Джонг побери!
– Может быть, не так страшно, какая-нибудь трещина в корпусе... Пошлем ремонтного робота, посмотрим, залатаем...
Но дела обстояли намного хуже, чем надеялся Джейсон. Камеры отправленного на разведку робота показали, что восьмого отсека не существует, вернее, существует лишь пустая металлическая коробка с громадной пробоиной. Через неё в космос вымело абсолютно все - контейнеры с провизией, сейф с деньгами... Остались только разбитые, опустевшие цистерны для воды. Однако ещё сильнее помрачнел Джейсон, когда обследовал фойл-двигатели.
– Блоки Д-2 и Д-12 - металлолом, - сообщил он.
– Синхронизаторы!
– взвыл Айсинг.
Джейсон кивнул.
– Именно они.
– Мы взорвемся, если попытаемся запустить двигатели!
– Не совсем так. Взорвемся, если они будут работать достаточно долго... Ах, будь у меня запасные детали! А теперь мне остается затыкать дыры ветошью из проклятого лессианового ковра и вместо блоков синхронизации вставлять чашечки для твоего файетского дерьма...
– О, мои чашечки... Наверное, они разбились...
– Тьфу!
Разъяренный Джейсон отвернулся к экрану, глубоко подышал, чтобы успокоиться.
– Это плохое, - продолжил он вскоре.
– Теперь хорошее. Внутренние герметичные переборки выдержали, и утечки воздуха нет. Аннигиляторы в порядке, корд мы пройдем нормально. И если нам подвернется подходящая планета, я сумею сесть. Мне только добраться до двигателей снаружи, тогда я попробовал бы починить и без деталей.
– Подходящая планета?
– Айсинг воодушевился, видя, что гроза миновала.
– Какая?
– Такая, где я смог бы работать без скафандра. В перчатках и шлеме тут делать нечего. И конечно, такая, где мы бы запаслись водой и нашли хоть что-то поесть...
– Посмотрим, - Айсинг вызвал на экран данные галактического справочника, - что представляет собой эта система Элоиза, куда мы направляемся... Сорок три планеты трех звезд. Дальние звезды нас не интересуют, туда нам не добраться... Вокруг ближней обращаются пятнадцать планет. Четыре были обитаемы до войны, но... Ага, есть некая планета Ма-хатта.