Доспехи Афродиты
Шрифт:
– Я знаю, что именно видела, так что не пытайся меня переубедить! Это был рыцарь, а никакой не Конрад!
– Алинея, говори тише, иначе он может услышать! Это был он и точка! Перестань переубеждать себя в этой бессмыслице. И подави наконец желание изменить предначертанное. Он станет твоим мужем, а вчерашняя ночь поможет ему заслужить благословение отца!
– Нет! – Тихо, но все же уверенно произнесла молодая особа. – Почему я должна молчать, когда знаю правду?! Почему ты всегда так жестока ко мне? Раньше ты мне часто говорила, что делаешь все для того, чтобы я была счастлива и жила в достатке. Но ты никогда не спрашивала, что для меня настоящее счастье. Ты поступала только так,
Нела ничего не говорила, но сжимала нервно кулаки. Она помнила тот день, когда позволила себе больше обычного. Тот удар до сих пор, казалось, краснел на щеке и напоминал о том ужасном разговоре. Нела не извинится, и Алинея знала об этом. Ей всегда было трудно показывать себя слабой и виноватой. Единственный, кто стал исключением, была бабушка- родная мать Нелы. Только она могла заставить дочь прийти с глазами, полными слез и сожалений. Только она слышала от Нелы искренние слова о своей неправоте. Но ее давно не стало, и с того момента женщина совсем забыла, как это делать.
– Вижу, ты хорошо себя чувствуешь… Тогда собирайся! Мы скоро поедем к королю, чтобы сказать о том, что нашли тебя вчера. Он очень волнуется, и думаю захочет с тобой немного поговорить… – Нела равнодушно оглядела дочь и вышла из комнаты.
За окном природа вовсю готовилась к приходу зимы. Деревья больше не горели яркой зеленью и согревались последними лучами осеннего солнца. Они не тянулись к самому верху, а старались сохранить тепло у корней и в стволе. В этом году стужа будет намного яростнее, чем раньше, поэтому нужно было основательно готовиться к приближающимся холодам. Звери попрятались по норам, а птиц лишь изредка можно было услышать, когда солнце почти заходило за горизонт.
Алинея проводила пальцами по замёрзшему стеклу. Линии были то броскими, слишком крутыми и непослушными, то наоборот нежными и изящными. Сама того не осознавая, девушка нарисовала образ своего спасителя. Ей были ведомы лишь прекрасные, золотистые глаза. Но и этого ей хватило, чтобы оставить для него место в своей раненой душе. Несколько недель назад она его страшилась, боялась, что он кому-то сможет разболтать о том, что видел. Но теперь что-то значительно переменилось. Алинея его не знала, не видела его лица, никогда не разговаривала с ним. Все их встречи происходили не самым лучшим образом и не при лучших обстоятельствах. Но несмотря на это, осадок все же остался тёплым и ясным.
– Король Иеран, к Вам пришла семья Лиреа! Попросить их подождать, или Вы готовы их принять?
– Конечно скажите, чтобы вошли. Я волновался ночью не только за своего сына, но и за Алинею. Так что зовите и без лишних промедлений!
Правитель Свэзерби не спал всю ночь и все утро был, как на иголках. Но все же не все было так мрачно. Новость о том, что нашлась его дальняя по происхождение, но не по крови, родственница, вселила в его душу некоторый покой и умиротворение. Сын оставался без вести пропавшим, а вера в то, что его все же смогут отыскать меркла с каждой просчитанной секундой.
– Добрый день, Ваше Высочество!– Северус вместе с женой и дочерью низко поклонились и посмотрели в грустное лицо короля.
– Алинея, как ты себя чувствуешь? – Иеран не услышал того, что сказал Северус. Он пролетел мимо ошеломлённой Нелы и с круглыми глазами смотрел на удивлённую девушку.
– Иеран, сейчас все намного лучше! Благодарю!
– А где тебя нашли?
– В конюш… – В этот момент, когда Алинея почти произнесла слово, в зал
– Ваше Высочество, Ваш сын найдёт! Рыцари нашли его в конюшне. Он в очень плохом состоянии, поэтому Вам лучше как можно скорее пройти в его покои.
Иеран с опаской и даже с удивлением посмотрел в глаза растерянной Алинеи. Вопрос сам собой возник у двух сторон, но никто не решился произнести его вслух. Повелитель лишь попросил семью дождаться его прихода и удалился к сыну.
Девушка стояла посреди зала и смотрела в пол, пытаясь обдумать то, что только сказал стражник, и как именно король посмотрел на нее. Рикмана нашли в конюшне, как и ее. Она точно помнила, что когда пришла туда вечером, то была совершенно одна. По крайней мере ни один звук не доносился до нее. Она пыталась вспомнить хоть что-то, что могло помочь доказать ее истину. Алинея увидела в глазах Иерана, что на долю секунду в голове пробежала мысль о том, что два события могут быть связаны. Он об этом подумал, а значит сегодня вечером Алинею будет ждать очень трудный разговор.
Время шло своим чередом. Оно не замедлялось и не наращивалось темп. Каждая минута с обычным ритмом проходила круг и стучала стрелкой по дружным цифрам часов. Нела, как и Северус, все время молчала. Атмосфера была накалена до предела, и любое слово могло лишить рассудка. За окном царила такая же тишина. С самого утра природа не издала ни звука, будто разделяла всеобщее беспокойство. Ей хотелось стать частью того, что раньше она проходила мимо и не замечала.
– Северус Лиреа! Король Иеран просит всех вас подойти к нему! – Больше не сказав ни слова, страж пошёл по извилистым коридорам замка по направлению к комнате Рикмана.
В потёмках одиноких четырёх стен перед кроватью на коленях стоял Иеран и сжимал руку младшего сына. Грудь молодого принца не колыхалась и не вздымалась к потолку. Глаза безжизненно укрывались тяжёлыми веками, а на коже постепенно багровели глубокие порезы. Чёткие линии пересекали лицо, проводили линии по тонким рукам и костлявым пальцам. Смотря на него, можно было представить жестокую картину, как с ним произошло несчастье. Как, возможно, он звал на помощь, кричал и старался сам бороться за каждый воздух своей недолгой жизни. Он был еще так мал, так неопытен и полон энтузиазма. Король и королева души в нем не чаяли и с нетерпением ждали того часа, когда их сын вырастет и станет настоящим мужчиной. Столько было надежд, столько мечт рождалось под сводами светлых дней, столько прекрасных воспоминаний могло бы быть, если бы не вчерашний вечер… Каждая частичка развеялась прахом по облачному небу и не оставила после себя ни единого ответа, ни единого намека, что все будет не так плохо и печально…
– Он умер…. Несколько минут назад. – Король пытался оставаться смирённым и стойким, как и подобает настоящему повелителю. Но кому есть дела до правил, когда случается горе. Тот крик, который с бушующей силой надвигался к поверхности, вмещал в себя всю боль, а вместе с тем и любовь, которую испытывал Иеран. Он смотрел на самого младшего сына, растирая пальцами помолодевшую кожу. Губы дрожали. Но холод был тут не при чем. Страх и ужас, окутавшие морщинистое лицо, вихрем съедали внутренности короля. Постепенно и он становился похожим на мертвеца, что вот-вот покинет мир и забудет его будоражащие краски. В глазах меркли смысл, вера и жизнь… – Рикмана нашли в конюшне, всего перерезанного и замученного. Он настолько сильно испугался, что не смог сказать даже несколько слов. Он не смог сказать, кто сделал с ним это и умер у меня на глазах. Я не знаю, что будет с моей супругой. Думаю, что она не сможет выдержать этот удар… – Голос вздрагивал и почти терял свою прежнюю звучность.