Доспехи Афродиты
Шрифт:
– Я знаю, что ты хочешь мне сказать, так что сразу скажу, что ты без всяких обсуждений выйдешь за него! – Алинея не всегда могла видеть мать такой. Обычно, она более спокойна и сдержана в словах, но в последнее время в ней видеться заметная перемена. Кожа, как и цвет глаз потускнели, будто потеряли свою искру и утратили свои надежды вместе с мечтами.
– Мама, я задыхаюсь! Мы еще не стали законными супругами, а я уже понимаю, что моя жизнь закончена.– Впервые за все время дочь открывает душу своей матери. И эта новая черта отношений удивила не только Алинею, но и всех слуг, что подбрасывали дрова в еще тлеющий камин.
– Ты не должна такого говорить! У тебя нет ни малейшего понятия, какая жизнь жестокая и несправедливая. Не все получается
На черных ночных глазах проступили слезы. Они из последних сил пытались не вытекать из берегов, но не выдержали и каплями скатились по бледной скале. Алинея хотела отвернуться, чтобы зоркая Нела не увидела неподобающее проявление слабости. За окном поднялся ветер, застучали крупные капли по мутным стеклам дома. Собаки, что сидели возле ворот, радостно залаяли, будто непогода была их хозяином. Маленькие огоньки кандилябров качались в шторме то вправо, то в другую сторону. И, казалось, душевная вьюга Алинеи нашла пристанище в взбушевавшейся природе.
Через секунду послышалось, как огромная железная дверь с размахом захлопнулась.
– Отец пришел!– То ли с ноткой страха, то ли с облегчением промолвила Нела. Она, не задумываясь, кинула дочери полотенце, чтобы просушить им мокрые от слез щеки.
Нела не была нежной натурой, и она никогда не старалась облегчить жизнь своего родного дитя. В ее воспитании всегда было место наказаниям, трудностям или порой жестокости. Но несмотря на всю каменистость сердца, сейчас она проявила другую сторону своей души. Отец в семье был неприступной стеной, который не терпел, когда в доме утаивали от него важные вести. Сейчас Нела и Алинея понимали, что их разговор должен остаться только между ними. И слезы на багровых щеках могли бы предательски выдать недавний разговор.
Алинея с благодарностью смотрела на мать, но в то же время помнила о том, что только что произнесли ее губы. Сейчас она не предаст этому большого внимания, но она чувствовала, как сильно ее судьба переменится после сегодняшнего ужина.
– Добрый вечер! – Холодно промолвил вошедший в зал мужчина. Он окинул дам мимолетным взглядом и сел во главе стола, не заметив в глазах Алинеи следы недавних раздирающих душу слез. Даже в воздухе кроме как запаха благородного вина в его разум не врезалось нависшее напряжение между матерью и дочерью.
Оба родителя погрузились в разговор о предстоящих тратах и запасах на зиму. В этом году грядет самая тяжелая и неукротимая холодная пора. Продовольствия должно хватить, иначе все хозяйство, да и сами хозяева уйдут в упадок и не смогут пережить суровые зимние времена.
Алинея, не в силах больше находиться в помещении, где ее не замечают и не слушают, встала тихо из-за стола и пошла в сторону выхода. Каменная лестница, казалось, была бесконечна. Кроткий силуэт словно призрак проходил из комнаты в другую, пока вовсе не вышел на улицу. Белая Луна придала призраку форму и очертания. Алинея почувствовала себя так, будто впервые смотрит и дышит ночью. Сегодня на небе не горели звезды. Они спрятались за тучами, испугавшись надвигающейся грозы, но вот Алинея ни на секунду не сдалась страху непогоды и решительным шагом направилась к стойлу со спящими лошадьми. Порой Алинея тайком от родителей отправлялась в королевскую библиотеку, где любила просиживать в укромном месте, читая истории о принцах и об их счастливых принцессах. Как же порой сжималось девичье сердце, прочитывая конечные строки, когда мужчина и женщина сияющими улыбками отдаляются в закат навстречу безоблачному будущему. Алинее приходилось с болью в груди поворачивать каждую страницу, оставляя на них частичку своих ощутимых слез.
Алинея мчалась
Алинея стояла под струями холодного дождя. Перед ней была небольшая деревянная дверь секретного хода, который был известен только ей. Король хоть и разрешал приходить девушке в библиотеку, но запрещал находиться в царстве книг в ночное время суток. Один раз она была уже поймана, но король великодушно простил проступок. Но Алинея была уже связана сердцем с этим местом. Его стены забрали слишком много слез, которые Алинея всегда скрывала от людей. Она стала ей второй матерью, а ее книги были жизненными уроками, которая родная душа дает в течении всей жизни своему чаду.
Алинея уже давно узнала, что эта дверь редко запиралась. Девушку после последнего инцидента ни разу никто не видел и даже не замечал следы ее присутствия. Вот и в этот раз она незаметно прошмыгнула в глубь книжного мира. Тусклые огни догорали в огромном зале. Свет еле достигал красочных обложек, так что очень трудно было разглядеть даже название. Но Алинея знала это место, как свои пять пальцев. Ей не составит труда найти нужную книгу даже в кромешной темноте, настолько тщательно она изучила содержимое пыльных полок.
С одежды девушки медленными каплями стекала дождевая вода. Здесь Алинея могла чувствовать себя в безопасности. Никто не сможет потревожить спокойствие, которое редко посещало сердце Алинеи. Запах старых книг, помогали поглотиться сознанию в самую глубь истории. Каждая черная буква излагала свою истину и по-своему дополняла детали. Яркие образы, античные платья, серость улиц и загадочность незнакомого музыканта окружали каждый уголок мрачной комнаты. Вместо высоких колонн стояли грозные стражи с острыми мечами, а перед ними кружились в быстром танце красивые дамы. Алинея на секунду поднимала глаза, и представляла перед собой, как принц берет за руку незнакомку и ведет ее на середину зала, где миллионы глаз смотрели на счастливую пару. Кто-то с ненавистью, а кто-то с нескрываемой радостью шептался за спинами. Алинея встала и начала медленно подходить туда, где ясно видела образы молодого человека и его спутницу. Постепенно мутные черты лиц становились более отчетливыми, и Алинее, будто перестало казаться, что это всего лишь плод ее воображения. Грациозные манеры, изящество нежных рук смешивались воедино и незримым потоком пропускали через себя любовные импульсы. Множество мелких мурашек пробежало от наплывающей красноты. Алинея не должна была смотреть на своеобразное уединение двух душ. Их взгляды не обращали внимания на остальных, они лишь с головой окунались в мир бездонных океанов их глаз. Хоть внутренняя воспитанная девушка и пыталась отойти назад, но вот искалеченная душа не отступала ни на шаг и продолжала стоять, наслаждаясь интимной красотой.
Потихоньку через тонкие занавески стали проникать тусклые лучи. Начало светать. Алинея совсем засиделась за книгой и забыла, что ей пора возвращаться в поместье. Еще было рано, поэтому даже петухи не проснулись, но вот редкие солнечные лучи предупреждали о том, что очень скоро замок оживится и заметит ее присутствие.
В страхе она стала складывать книги на свои места. Некоторые из них судорожно падали, создавая оглушительный звук. Нервные струны дергались от каждого шороха длинного платья. Алинея оглядела беглым взглядом зал и, убедившись, что все было в прежнем виде, убежала к выходу.