Достойный Розы
Шрифт:
— Норман, скажи, чего мы ждем? — спросила Роза, — маменька приказала прокатиться по Гайд-парку, так давай уже спустимся вниз.
Роза была полностью готова к прогулке. На ней было розовое платье с кружевами, которое приятно оттеняло нежный цвет ее кожи. Китти отвернулась, представляя, как оттеняет цвет кожи ее серое платье.
— Мы ожидаем Кейра, сестрица, — ухмыльнулся Норманн, — как только он придет, поедем показывать товар лицом. Благо цена уже озвучена нашими родителями.
Роза молча смотрела на брата. Глаза ее метали молнии.
—
— Правда действительно не всем нравится, — усмехнулся он.
— Через пару лет вас точно так же отправят на рынок, — почти промурлыкала Китти, будете предлагать себя дочкам разорившихся графов и герцогов. А графы будут оценивать ваш кошелек, забывая спросить, нравятся ли вам их дочери...
— Да я лучше на вас женюсь, чем пойду продавать себя! — воскликнул Норман, вскакивая с места.
Китти откинулась на спинку дивана.
— Это стоит рассматривать, как предложение руки и сердца? — спросила она, сверкнув глазами.
Роза рассмеялась, закрыв лицо руками. От этого жеста она так и не смогла отучиться даже в благородном пансионе. Она смеялась заливисто и долго, пока брат наконец не вышел из комнаты и не хлопнул дверью.
— Браво, Китти, — Роза достала платочек и вытерла слезы, — хоть кто-то может поставить его на место. Спасибо тебе.
Тут в комнату вошел слуга, сообщивший, что мистер Кайр Морган приехал и молодые люди ждут их внизу.
— Ну что же. На рынок, так на рынок, — сказала Роза, вставая, — в конце концов это я выбираю товар, а не они меня. Я завидую тебе, Китти, ты сможешь выйти замуж по желанию и зову сердца, а не потому, что твоим родителям захотелось забраться на вершину общественной пирамиды
Глава 4. Когда любовь обречена...
Дэвид каждый день ожидал ее в Гайд-парке во время прогулок и у дверей театра вечером. Прекрасную незнакомку по имени Роза. Он бредил ею наяву, боясь забыть ее милые черты и желая видеть ее хотя бы еще раз. Вот и сейчас он ходил вдоль ворот в парк, вглядываясь в каждую коляску, стараясь различить голубые глаза и светлые кудри его Розы среди множества чужих глаз.
В этот день усилия его не пропали даром. Роза появилась, конечно же, не одна. Она сидела в коляске вместе с той же девушкой, что была с ней на аллее, а напротив, развлекая их беседой, ехали два молодых человека. Один — красивый блондин, похожий на Розу, видимо ее брат, и второй, мрачный брюнет, представляющий собой классический типаж английского джентльмена. Квадратный подбородок, темные волосы, уложенные по последней моде, чуть отпущенные бакенбарды, тонкие губы и светлые глаза. Наверняка сынок графа. Дэвид весь сжался, смотря не столько на Розу, о которой он так долго мечтал, но больше на ее спутника. Сердце его сдавило, будто железным обручем, и он забыл, как дышать. А когда вдохнул, легкие его наполнились обжигающим горячим воздухом, хотя на улице было весьма промозгло.
Как много дал бы он только за возможность сидеть напротив мисс Розы и смотреть на ее! Как много он дал бы за возможность перекинуться с ней парой слов, поцеловать ее тонкую
— Господь, дай мне возможность оказаться с ней в одной комнате! — шептал он, — я никогда не причиню ей вреда, но... я молю, позволь мне просить ее стать моей женой!
...
Мистер Кейр Морган раздражал Розу всю прогулку. Он молча восседал напротив нее, не давая ей спокойно разговаривать с Китти и наслаждаться хорошей погодой. Сияло солнце, и город стоял умытый после утреннего дождя, сверкая глубокими лужами и каплями на пожелтевшей листве.
Гайд-парк понравился Розе, несмотря на то, что тут было шумно и многолюдно. Роза любила уединенные леса и поляны, особенно если по краям дорожек не будут расставлены красивые скамеечки и газовые фонари. Но парк был парком, и люди ходили, ездили на лошадях и в повозках. Роза смотрела на них, пытаясь рассмотреть лица, но те ускользали от нее, оставаясь в памяти светлыми пятнами.
Некоторое время коляска медленно ехала по аллее, потом остановилась, и седаки пошли парами. Роза с мистером Морганом, молчавшем, как истукан, а Китти с Норманом. Роза все время мечтала поменяться парами, впереди снова возникла перепалка, и нужно было что-то делать, пока Норман и Китти не начали драку. Она подозревала, что Китти слышала, как Норман назвал ее крысой, и была уверена, что в долгу она не останется. Тихая и скромная на вид, Китти имела когти, как кошка, и умела больно ранить, если была задета ее гордость.
— Мистер Грансильвер!
Норман обернулся и перед ними возник молодой человек вполне приятной наружности.
— Представьте меня своим спутницам, мистер Грансильвер, — сказал молодой человек.
Он с жадностью разглядывал Розу, мельком взглянув в сторону Китти.
— Это моя сестра, милорд, — поклонился Норманн, и Роза поняла, что молодой человек скорее всего весьма знатен, — а это ее подруга, мисс МакМилтон.
Девушки присели в реверансах, опустив глаза.
— Дорогая Роза, хочу представить тебе его светлость графа Даррела.
Роза вспыхнула, понимая, что это и есть тот самый жених, на которого была объявлена охота. Теперь был ее выход, и она подняла на него глаза.
— Очень приятно, милорд, — сказала она, протягивая ему руку.
— Я восхищен вашей красотой, мисс Грансильвер, — вы покорили мое сердце с первого взгляда!
...
Дэвид прислонился к дереву. Вот уже третий молодой человек склоняется к ее руке, улыбается, произносит комплименты. Роза так и не заметила его, хотя он подошел очень близко. Да и как было заметить, если она окружена столь знатными людьми? Зачем обращать внимание на бедного журналиста, сходящего с ума от любви и ревности? Каждая ее улыбка, что была предназначена другому, вызывала у Дэвида приступ тошноты. Ему физически было больно смотреть, как его возлюбленная протягивает руку кому-то еще, а ему... а ему она никогда не протянет руки.