Доза
Шрифт:
Спустя мгновение перед ними стояли высокие стаканы с плескавшейся в них прозрачной, чуть желтоватой жидкостью, распространяющей запах можжевельника. Дама немедленно приникла губами к краю стакана и сделала несколько жадных глотков. Лорд едва тронул губами жгучий напиток и, увидев, что женщина, оторвавшись от стакана, снова принялась оглядывать зал, негромко спросил:
— И кого же это прекрасная Дженни разыскивает своими розовыми глазками?.. — а про себя подумал: «И почему это — розовые глазки?.. Она вроде
— А ты, красавчик, любопытен!.. — чуть хрипловато и в то же время довольно визгливо ответила Дженни. — Разве не может быть у… молодой женщины каких-нибудь старых знакомых?..
— Нет, конечно!.. — немедленно ответил Дорт. — Ты находишься в таком возрасте, когда твой знакомые могут быть только молодыми!.. Ну, сколько тебе лет? Семнадцать?.. Девятнадцать?..
Дженни уставилась на Дорта округлившимися глазами, а затем, словно что-то сообразив, скромно их потупила и прошептала:
— Ах, мне уже двадцать два…
«Как же, двадцать два!.. — язвительно подумал Дорт. — Сказала бы — сорок два!», — а вслух удивился:
— Двадцать два?! Не может быть!.. Я, признаться, думал, что ты еще не окончила колледж!..
Дженни кокетливо улыбнулась и махнула рукой.
«Колледж она явно не окончила, — решил Дорт про себя. — Возможно, она и не знает, что это такое!»
Именно в этот момент на его плечо легла тяжелая рука, а за его спиной раздался хрипловатый бас:
— Дженни, старушка, где ты подобрала этого лощеного франта?!
Лорд повел плечом, но сбросить чужую ладонь не сумел, она лежала наподобие могильной плиты, прижимая его к сиденью табурета.
— Стокер, сволочь! — восторженно взвизгнула Дженни, едва не расплескав остатки своего джина. — Я думала, ты все еще томишься в лапах у закона!..
— Ну да!.. — самодовольно ответил Стокер, снимая наконец свою длань с плеча Дорта и обходя его. — Мой адвокат давным-давно внес залог, да и проступок мой невелик…
— Невелик! — снова взвизгнула женщина. — А мне сказали, что ты накачал молодого Симпа Молоком Сатаны по самый воротник!! Стокер, он в самом деле… того… помер!! Тот, кто мне это рассказал, утверждает, что у малыша Симпа МС даже через поры выступило!..
Стокер оказался очень крупным мужчиной с грубо вылепленным лицом, здоровенным, не единожды ломанным носом, вывернутыми губами и маленькими, прижатыми к голове ушами. На секунду отведя пристальный взгляд от лица лорда, он быстро наклонился и звонко чмокнул Дженни в шею под левое ушко. У Дорта при виде этого поцелуя возникла долгая сосущая спазма в области солнечного сплетения, и ему пришлось незаметно сделать пару глубоких вдохов, чтобы сдержать новый спазм Голода. Стокер же, выпрямившись и снова уставившись на Дорта, усмехнулся:
— Ну и сдох!.. Подумаешь!.. Не надо было ему прикидываться вампиром, а то даже клыки себе вживил!
— Сток, ты не прав, — раздался позади Дорта еще один незнакомый голос. — Симп сдох на следующий день после нашей гулянки, а если бы он был вампиром, он сдох бы сразу после… э-э-э… первой дозы!
Лорд Дорт быстро обернулся и увидел, что за его спиной стоит еще один мужчина. Лицо его было бледно, глаза прятались за темными очками, выглядевшими довольно странно в это время суток, а губы подергивались, даже когда он молчал. Судя по медлительности выговора и старательности произношения, говоривший был либо иностранцем, либо в сильном подпитии. Тем не менее говорил он спокойно, слегка наставительно, и, видимо, именно эта наставительность мгновенно привела Стокера в ярость. Его и без того не бледная физиономия налилась багровым румянцем, короткие волосатые пальцы сжались в кулаки, и он прохрипел с нескрываемой угрозой:
— Раз молокосос сдох от МС, значит, он был вампиром!.. Во всяком случае, мой адвокат берется это доказать!.. А если кто сомневается в этом медицинском факте, тот сам будет пить «дрянь», пока она у него не выступит… откуда-нибудь.
Все это Стокер произнес, буквально пожирая Дорта глазами, потом вдруг выхватил у него из пальцев полный стакан и сделал из него жадный глоток. Пристально всмотревшись в содержимое стакана, он уже спокойнее, с некоей скрытой насмешкой, обратился к Дорту:
— Что это такое ты пьешь… прыщик?! И тут же повернулся к Дженни:
— Ты где этого прыщика подхватила, подруга?!
— Какой он тебе прыщик?! — немедленно оскорбилась та. — Он красавчик!
И она ободряюще-покровительственно улыбнулась Дорту.
— Да нет, он прыщик, — не унимался Стокер, снова уставившись на Дорта, — смотри, такой же бледный и такой же… натянутый!.. Хм… Так что ты пьешь, прыщик?!
— Чистый джин, фурункул, — с холодной наглостью в голосе ответил лорд. — Или ты совсем уже не чувствуешь вкуса?!
Мужчина, стоявший позади него, расхохотался, повторяя сквозь смех:
— Фурункул… Фурункул… Ну и здорово он тебя приложил, Сток!..
— Это почему же… фурункул?.. — раздельно произнося слоги, поинтересовался Стокер.
— Такой же красный и так же дурно пахнешь!.. — спокойно пояснил Дорт.
С минуту двое мужчин, один нарочито элегантный, а второй нарочито расхлябанный, молча рассматривали друг друга, а затем Стокер повернулся к стойке и заорал:
— Эй, Макс, четыре джина… Три с капелькой «дряни»!.. — и снова повернувшись к Дорту, угрожающе добавил: — Сейчас мы посмотрим, прыщик, с чего это ты такой бледный?!