Дождь в моем сердце
Шрифт:
— Если корабли идут скрытно, медлить и бегать туда-сюда не стоит. Решать придется на месте, а то и помощь звать.
Тут он бросил быстрый взгляд на меня, но как-то вскользь, что ли. Словно не хотел смотреть. Я и без того уже была встревожена, а тут мне стало еще и неприятно. Но быстро вспыхнувшая в душе упрямая злость подавила это странное и неуместное чувство.
— Я пойду с вами, — кивнула эссу Гурзишу. — Точнее, мы полетим.
— А ты ящеру-то сумеешь объяснить, куда нам нужно? — для порядка спросил старик, даже не пытаясь
— Сумею, — сосредоточенно кивнула я и подняла голову, чтобы встретиться глазами с гураем. Чудный зверь облюбовал надвратную башню под постоянный насест, и ему там, судя по всему, очень нравилось.
— Все хорошо, но в коллегии никого не останется, кто, значит, с хозяюшкой нашей поговорить сможет, — вздохнул старый охотник и приподнял бровь, словно на что-то намекая. А, он имел в виду мою связь с Лирити.
— Вот именно! — поддержал его женский голос из-за моей спины. Я обернулась и недовольно уставилась на Маирис. Вот ведь упрямая женщина! Ей же сказано было — надо еще не меньше трех дней лежать, а она…
— Потом отлежусь, — махнула наставница рукой, улыбаясь мне чуть напряженно. — Не до отдыха теперь. Лейсан, если с тобой что случится, мы…
— Да глупости это. — Я шагнула к наставнице и положила руки ей на плечи. Мы, оказывается, с ней одного роста — птички-невелички. Мне-то казалось, что Маирис выше и значительнее, а на самом деле… вот что авторитет делает. Но это сейчас не главное, так, просто мысли фоном. Важнее объяснить: — Лирити может говорить с каждой из тех, кого одарила силой. Просто ее надо захотеть услышать.
Маирис вдруг ахнула и покачнулась, мне пришлось ее поддержать. А потом ее лицо будто разом помолодело — даже мелкие морщинки у глаз, углубившиеся за последние дни, разгладились.
— Она очень хорошая, — прошептала я на ухо наставнице, продолжая обнимать ее за плечи. — Ну никак невозможно удержаться…
— Чтобы не затискать, — улыбнулась Маирис. — Спасибо, деточка. Спасибо тебе. Но…
— Нет, мне все же надо лететь и разбираться с угрозой на месте, — вздохнула я. — Не хочется, правда. Но надо.
— Хорошо. Удачи тебе.
— Я тоже лечу. — Лильрин даже не собирался спорить или выслушивать чьи-то возражения. А на меня вообще не смотрел. Развернулся и быстро начал подниматься по лестнице на надвратную башню. Он решил, он летит, а остальные... ну, захотят — присоединятся. Вот…
Тихо бурча себе под нос разные интересные слова, я одернула рубашку, поправила пояс и пошла следом. Подумаешь, строит из себя главного. Вот уж на что мне наплевать — так это на статус командира. И вообще на власть. Просто неприятно лететь с ним на одном ящере…
— Ну и ладушки, значит, втроем и отправимся, — резюмировал ухмыляющийся в бороду эсс Гурзиш. — Тута ты, свояченица, и без меня разберешься, коли сама хозяюшка теперь с тобой. А я за молодежью пригляжу, чтоб не убились, значит.
Я не слышала, что ему ответила Маирис, да и неважно
Ну и ладно. Ну и к лучшему. А мои личные отношения с этим человеком сейчас роли не играют!
***
Кажется, я уже привыкла летать. Полет захватил меня, я ненадолго забыла обо всем — о Лильрине, так и не сказавшем мне ни слова, пока мы устраивались между пластинами спинного гребня. Об эссе Гурзише с его неизменной трубкой. О чужих кораблях у входа в единственную удобную бухту острова. Обо всем… так хорошо было в небе. Свежий ветер с запахом грозы и моря дул в лицо, трепал волосы и гладил плечи, будто ласковыми руками. А мир плыл внизу, превратившись из маленького пятачка среди каменных стен в огромную чашу, полную разноцветных чудес.
А еще с высоты было отлично видно, почему город построили в глубине острова, а не на берегу возле самой удобной для торговых кораблей гавани. Обрывистые берега тянулись, насколько было видно глазу, и только в одном месте изгибались глубокой бухтой внутрь зеленого тела острова. Но и здесь берег мог порадовать только узкой полоской ровной земли и песка вдоль линии прибоя. Несколько десятков шагов от моря — и в небо устремляются острые отвесные клыки прибрежных скал. Только и хватило места для нескольких причалов, складов и высокой башни, встроенной наполовину в береговую кручу. Караульная башня совмещала в себе сразу и торговую контору, и дом для морских стражей.
От гавани к городу вела широкая торная дорога. Да и идти по ней недалеко — эсс Гурзиш сказал, около часа пешего хода. Прибрежные скалы переходили в пологие холмы, а потом местность плавно снижалась к большому пресноводному озеру, на берегу которого люди и выстроили свое поселение.
С высоты птичьего полета вся эта картина виделась разом и впечатляла, хотя и промелькнула под крылом гурая очень быстро. Вот мы миновали пенистую линию прибоя и закружились в воздушных потоках над серовато-стальным морем.
Глава 52
Корабли отсюда казались игрушечными коробочками, прыгающими по волнам. И правда, вот они — раз, два, три… — открыто идут в гавань, преодолевая почти встречный ветер. А еще пять вытянутых хищных силуэтов скользят по воде в стороне, строго держась так, чтобы от дозорной башни их загораживал каменистый северный мыс.
— Наемники! — прокричал Лильрин, повернувшись к старому охотнику, который сидел сразу за ним. — Не меньше трех сотен!
— С чего взял? — тоже перекрикивая ветер, осведомился старик, озабоченно разглядывая чужие корабли.