Дракон
Шрифт:
Было довольно холодно, но они привыкли ждать, да и я умел это делать. Через два часа часовые сменились, до следующей смены оставалось достаточно времени. Я успел разобраться в том, как они перемещаются. Кроме того, я убедился, что никто их не проверяет.
– Если бы это была твоя собственная операция, босс, ты бы все узнал заранее.
– Если бы это была моя операция, Лойош, я бы нанял кого-нибудь другого.
Я знаком показал своим соратникам, что им следует оставаться на прежнем месте, а сам подошел поближе к часовым. Вытащил из-под плаща дротик, дождался, пока один из часовых повернется ко мне спиной, и метнул в него дротик. Он выругался.
– Что
– спросил кто-то.
– Меня кто-то укусил.
– Ночью пчелы спят.
– Ты меня утешила.
– Я просто хотела сказать...
– Пойду-ка я к лекарю; что-то мне стало нехорошо.
– У тебя есть аллергия?
– До сих пор не было. Что здесь так кусается?
Он так и не получил ответа, потому что женщина, с которой он разговаривал, уже ничего не могла сказать. Она потеряла сознание или умерла - удар по голове рукоятью кинжала иногда убивает, даже если у вас и нет таких намерений. Превратности войны и все такое. Потом мужчина пошатнулся и упал, а я воткнул дротик в женщину, чтобы иметь гарантии - яд ее не убьет, но лучше ей не станет. В любом случае ни один не проснется в ближайшее время. Я надеялся, что они остались живы: не люблю лишать жизни людей, за смерть которых мне не платят. При проведении операций для джарегов таких вопросов не возникает. Там все делается чище.
Впрочем, вам не нужны подробности; я позаботился о двух оставшихся часовых - ни одного из них не убил, хотя последнего пришлось ударить достаточно сильно...
Пропустим детали. Я вернулся к своим спутникам и знаком показал, чтобы они следовали за мной.
Теперь осталось принять последнее решение: откуда начинать - от воды или к воде? Первый путь был быстрее, второй - безопаснее. Я выбрал быстроту. Я не сомневался, что сумею раствориться в темноте, если нас заметят, но не рассчитывал, что на это способны мои спутники. Когда они подошли ко мне, я прошептал:
– Если услышите, что кто-то поднял тревогу, бросайте все, бегите к реке и плывите вниз по течению, ясно? Не забудьте избавиться от сапог.
Они кивнули. Могу спорить, что подобная перспектива их не слишком вдохновила. Мы вошли в столовую палатку и сделали свое дело, потребовалось всего несколько минут. Лойош тем временем по запаху определил фургоны, которые нас интересовали.
– Всего их три, босс.
– Хорошая работа.
Я первым вышел из палатки и огляделся, несмотря на заверения Лойоша, что все спокойно, а потом повел свой маленький отряд к фургонам и показал им те, которые нам требовались. Здесь было немного светлее, и я заметил, что они не понимают, как мне это удалось узнать. Я решил не рассказывать.
Мы полили фургоны керосином. Теперь следовало действовать быстрее, потому что до сих пор наше появление могло и не вызвать любопытства - мало ли зачем солдаты гуляют по лагерю ночью? Однако запах керосина распространяется быстро...
У нас ушло не больше минуты на то, чтобы полить фургоны, а потом я знаком показал, что пора отходить к своему лагерю. Вирт вопросительно посмотрела на меня, очевидно, ей хотелось спросить, как мы подожжем фургоны. Но я только улыбнулся в ответ и повел их обратно.
Мы благополучно миновали линию пикетов, и тут Вирт не утерпела и спросила:
– Ну и как ты собираешься поджечь фургоны?
– Право, не знаю.
– Я поднял палку, связался с Имперской Державой и поджег ее.
– Что-нибудь придумаю, - сказал я и протянул зажженную палку Лойошу, который тут же умчался в ночь.
Некоторое время они удивленно смотрели на меня; никто из них не подозревал, что Лойош настолько разумен. Ради развлечения
Когда мы вернулись в лагерь, они принялись безудержно хохотать, как я и предполагал, причем Нэппер производил жутковатое впечатление. Если учесть, что они пытались не шуметь, зрелище получилось весьма уморительное.
Наконец они успокоились, и Элбурр прошептал:
– Надеюсь, они любят тосты, - и все снова принялись хихикать, зажимая руками рты, отчего смеяться хотелось еще больше.
Я вдруг понял, что веселюсь вместе с ними, пока нас не поставили в известность, что если мы немедленно не заткнемся, то на нас подадут рапорт. Нэппер, из глаз которого неудержимо текли слезы, пытался прошептать что-то, но у него ничего не получалось, и он хохотал все неудержимее.
Однако Вирт вовсе не хотелось, чтобы на нее написали рапорт, поэтому она жестом показала, чтобы мы следовали за ней. Она побежала к реке, чуть в сторону от лагеря. Довольно быстро я понял, чего она добивается. Трудно бежать и смеяться одновременно. Через несколько минут мы успокоились, и Вирт отвела нас обратно к палаткам.
Мне удалось уснуть почти сразу. Полагаю, что мои соратники тоже крепко спали той ночью. Только за завтраком мы вспомнили о ночном приключении, когда каждый из нас взглянул на свою галету.
– Да, - сказал Нэппер.
– Сегодня они гораздо вкуснее, чем вчера, как вы считаете?
Что бы ни произошло в следующие несколько часов, комплимент от Нэппера - это уже моральная победа.
ГЛАВА 12
НЕСКОЛЬКО СИНЯКОВ И ШИШЕК
Раздался шум, который заставил меня и Ори опустить взгляды: убивали людей с Востока. В основном до нас доносились вопли ужаса - раненые так не кричат. И я понял, что даже отсюда ощущаю присутствие Черного Жезла. На поле, внизу и справа от меня, умирали люди с Востока, моя армия побеждала; вскоре души моих гибнущих собратьев исчезли, навсегда поглощенные страшным клинком; я понял, что победа близка. Надеюсь, вы понимаете, какие смешанные чувства меня обуревали.
С другой стороны, если я хотел вступить в переговоры, то мне происходящее было на руку. Пока я размышлял, положение вновь изменилось кто-то пробирался к Ори сквозь строй драконлордов.
И тут события начали разворачиваться быстрее и одновременно медленнее; иными словами, мне казалось, что у меня хватает времени их обдумать, оценить шансы, увидеть опасность и испугаться.
– О, милорд Форния, - сказал я, - никак не ожидал найти вас здесь.
Его отношение ко мне едва ли улучшилось со времени нашей последней встречи, которая - если мне не изменяет память - произошла не более чем в четверти мили от того места, где мы сейчас стояли. Вы скажете: совпадение. Категорически с вами не согласен. Мгновение я колебался: может быть, следовало попытаться убить его именно сейчас. Впрочем, слишком многое мешало, в том числе и то, что у меня практически не было шансов добиться успеха, не говоря уже о том, чтобы уцелеть. Кроме того, я не сомневался, что Маролан вряд ли останется мной доволен. Но такая мысль все-таки пришла мне в голову.
– Он убийца. Его необходимо прикончить, - повторил Ори.
– Зачем?
– поинтересовался я.
– Нет, он пришел сюда вовсе не для того, чтобы меня убить. Несмотря на все угрозы, Маролан никогда не допустит подобного акта.
– Во время войны, милорд? В сражении?
– С другой стороны, - продолжал Форния, - я не верю, что тебя послали в качестве парламентера. Маролан не отправит на переговоры со мной человека с Востока, как и не станет нанимать джарега, чтобы убить меня. Так что же ты тут делаешь?