Драконье горе
Шрифт:
Я последовал за ним, краем уха слыша, как провожавший нас хозяин бормочет себе под нос:
– Какой грозный благородный сэр… Это ж надо, из-за такой малости сразу… «требую пригласить… требую пригласить…»
Когда мы, провожаемые поклонами и благодарностями хозяина, садились на лошадей, я заметил, как Вигурд сунул в ладошку мальчишке-сторожу монетку и ласково потрепал его по затылку закованной в сталь ладонью.
Проехав немного по заполненной народом улице, я не выдержал и обратился к своему спутнику:
– Маркиз, твой короткий диалог с этим мошенником Шапсом был очень интересен и породил у меня несколько вопросов. Может, ты ответишь на них?…
– Конечно… –
– Что такое «кра-сквот», кого ты потребовал пригласить в лавку, и почему этот Шапс так перепугался?…
Вигурд улыбнулся и начал отвечать по пунктам:
– Кра-сквот – это сквот, который за нарушение закона, обычая или по собственной жадности, или за долги ставший рабом. Пригласить я собирался императорского пристава. А почему Шапс перепугался… Видишь ли, сквот-торговец имеет право получать прибыль не более определенного размера. Наш друг Шапс увидел перед собой двух странствующих рыцарей и решил нажиться сверх закона. Он по нашему виду сразу догадался, что мы давно не были в столице, а может быть, и вообще впервые прибыли сюда, так почему бы не надуть двух простофиль-провинциалов?! Но если бы я договорил формулу вызова в суд и потребовал бы императорского пристава проверить правильность назначенных Шапсом цен, ему грозило бы серьезное наказание. Если бы оказалось, что он потребовал с нас плату, превышающую законную стоимость покупки больше чем на целый дубон, его казнили бы. Если запрос был меньше, но все-таки превышал установленную величину наживы, его превратили бы в кра-сквота… Отдали бы в рабство!…
– Кому?! – спросил я, внутренне содрогнувшись.
– Тебе, – небрежно ответил Вигурд. – Ты же был покупателем…
– А если бы проверка показала, что с назначенной им ценой все в порядке?
– Тогда мы должны были бы уплатить ему двойную назначенную цену… – все тем же спокойным тоном проговорил Вигурд. – Но я знал, что он загибает…
Мой спутник помолчал, потом бросил на меня веселый взгляд и пояснил:
– Мне, конечно, далеко до матушки Елаги, но кое-чему она меня научила… Я чувствую сквотов… я сразу вижу, когда они… ловчат.
И тут словно что-то толкнуло меня изнутри:
– Тогда почему ты не почувствовал, что сэр Лор, тот самый рыцарь, которого ты видел на дороге во время моего боя с Красными Шапками, что он предводительствует этими… бандитами?…
– К сожалению, я не чувствую благородных сэров, – огорченно произнес сэр Вигурд и как-то виновато отвел глаза. – Я понимаю только простых сквотов… Это матушка Елага чувствует суть любого живого существа, но она…
И Вигурд замолчал, не договорив.
В этот момент кони вынесли нас на широкую, совершенно пустую площадь, с противоположной стороны которой высились каменные стены небольшого, но самого настоящего замка. На угловых замковых башнях развивались широкие желто-зеленые полотнища знамен, а посредине зубчатой стены, в нижней части чуть возвышающейся над ней башни между тяжелых, широко распахнутых створок чернел проем ворот. Примерно на метр выше стрельчатой арки ворот в стене башни были проделаны два узких отверстия, сквозь которые проходили толстые кованые звенья цепи, удерживавшие подъемный мост. Этот мост выглядел очень массивно и чрезвычайно по-идиотски, поскольку рва перед ним не было, и он лежал прямо на брусчатке площади.
Не было перед воротами и караула. Вместо каких-нибудь «королевских гвардейцев» или бойцов комендантского взвода на мосту лежало нечто невообразимо огромное и чудовищно волосатое, лежало неподвижной тушей, которую, впрочем, вполне можно было объехать. Что я и решил незамедлительно сделать. Легко толкнув свою умницу кобылу пятками,
– Ты куда, сэр Владимир?!
– Как куда? – повернулся я к нему. – В замок! Ведь, если не ошибаюсь, мы именно туда направлялись?!
– Но!… – Маркиз был явно встревожен. – Туда сейчас не пройти! Разве ты не видишь, на мосту лежит Гроган-Убийца!…
– Ну и пусть лежит, – невозмутимо ответил я. – Мы его трогать не будем, просто проедем мимо.
– Но мимо Грогана нельзя проехать! – воскликнул сэр Вигурд. – Он убивает каждого, кто приблизится к воротам!
– Зачем же их тогда открыли?! – удивился я, придерживая кобылу. – Не проще ли держать ворота закрытыми, если не хочешь, чтобы через них проезжали?!
– Ворота открывают, чтобы… проветрить замок… А нам надо объехать левую башню и попасть в императорскую приемную. Там мы изложим свое дело и узнаем, когда император или наследник смогут нам дать аудиенцию.
– И долго нам придется эту аудиенцию ждать? – поинтересовался я, не сводя глаз с неподвижного Грогана.
– Неделю, две… не знаю…
– Ага…
Я немного подумал и снова тронул лошадь.
– Сэр Владимир, не подъезжай близко к воротам! – тут же раздалось за моей спиной.
– Я только посмотрю… поближе… – успокоил я маркиза, но тот, видимо, не слишком мне поверил, потому что я сразу же услышал позади цоканье копыт его коня.
Моя кобылка медленно приближалась к подъемному мосту, а темная бесформенная куча на мосту продолжала оставаться неподвижной.
Мы подъехали уже довольно близко, но Гроган никак не показывал своих агрессивных наклонностей. Я уже совсем было уверился в том, что нам удастся проскочить в ворота, но когда до края моста оставалось всего метра три, вдруг, без всяких предварительных звуков или движений, валявшаяся куча шерсти превратилась в семиметровое чудовище с бесформенным мохнатым телом, стоящим на коротких столбообразных ногах. Его похожая на заросшую шерстью бочку голова возбужденно втягивала воздух через две дырки, заменяющие чудовищу нос, а три мгновенно открывшихся глаза жадно уставились на мою лошадку. Длинные, до колен, мохнатые лапы чудовища толщиной с шею моей кобылы странным образом задергались. В правой лапище Гроган держал огромную, под стать своему росту, блестящую обоюдоострую секиру, а в левой толстую палицу величиной с меня!
Я даже не испугался, я просто оторопел. Да еще вдобавок к увиденному на меня обрушился медвежий рев, пропущенный через двухсотваттовый усилитель! В голове чудища образовалась щель величиной с хорошую ванну, украшенная белоснежными клыками, вполне способными перекусить меня пополам, а лапа с секирой взметнулась вверх, совсем чуть-чуть не достав до верхушки мостовой башни. И в этот момент в реве чудовища послышалась некоторая членераздельность. Во всяком случае, я вполне отчетливо разобрал:
– Стой, сквот!… Еще шаг, и тебя ждет страшная смерть!…
А моя кобылка тем не менее продолжала спокойно шагать вперед.
И тут мне вдруг стало… смешно! Я смотрел на приближающееся ко мне жуткое чудовище, на его взметнувшуюся вверх смертоносную секиру, на палицу, которую он сжимал в другой лапе, ощущал на своем лице его смрадное дыхание, и… каким-то шестым, вдруг открывшимся во мне чувством, понимал, что все это простенький, наведенный коротким, двухстрочным заклинанием морок!
Нет, вполне возможно, что Гроган-Убийца действительно существовал и даже выглядел так же, как скалившее на меня клыки страшилище, но то, что преграждало мне путь к воротам, меня почему-то совершенно не пугало. Его просто не было!