Драконы Аргоната
Шрифт:
Релкин устремился вперед и оттеснил чародея к самому краю Черного Зеркала. К безумному поблескиванию хаоса.
Но тут Властелин произнес новое заклинание, и Релкин остолбенел, словно врос в землю. Он не мог пошевелить и главным яблоком, не то что рукой или ногой.
Ваакзаам несколько успокоился. Этот юнец продемонстрировал необычайную силу: его следует изучить получше. Дернув за цепь, кудесник рывком поставил Эйлсу на ноги.
— А теперь мы отправимся в путь.
Лессис попыталась обездвижить его торопливым заклятием, но Ваакзаам легко развеял ее чары.
— Ты бессильна против меня, ведьма! — прорычал он. Релкина
— Пробудись! — прозвучало в его мозгу. — Как ты взывал к нам, так и мы теперь взываем к тебе. Пробудись!
В следующий момент Релкин почувствовал присутствие в помещении чего-то немыслимо огромного, глубокого, как море.
Это присутствие он ощутил, словно морской бриз, вздымающий пенистые брызги. Теперь он знал, что снова сопри коснулся с Единым Разумом десяти тысяч, тем самым, который сам же пробудил в далеком Мирчазе. Этот разум находился в его сознании, но пребывал также в иных местах, и даже в иных временах.
Ваакзаам не мог не ощутить безбрежное величие того, что вторгалось в помещение, и вступил в борьбу за первенство. Пещера наполнилась огромной энергией противостоящих сил: в воздухе расплывались какие-то тени, внутри самих стен взрывались гулкие голоса. А потом в помещении стала формироваться светящаяся фигура, ростом и очертаниями напоминавшая человека. Ваакзаам пытался воспрепятствовать появлению этого фантома, но тот сгущался, уплотнялся и наполнялся все большей энергией. Полностью сосредоточившись на противоборстве магическому вторжению, чародей не мог более следить за Релкином. Воспользовавшись этим, юноша подскочил к нему и обрушил меч на его запястье. Взвыв от боли, колдун отдернул сломанную руку, выпустив цепь.
Светящаяся фигура становилась все плотнее и ярче. Ваакзаам заревел, и на сей раз ярость в его голосе соседство вала со страхом.
Релкин нанес ему удар по лицу и заставил отшатнуться назад.
И в этот момент великий Властелин двенадцати Миров увидел, что на сцену вступило новое действующее лицо. В помещение входил огромный боевой дракон со смертоносным мечом. И меч этот светился гневом.
Чтобы достичь Ваакзаама, дракону хватило бы и трех шагов.
Положение было безвыходным. Ваакзаам понял: он потерпел поражение. Это представлялось немыслимым, но тем не менее являлось свершившимся фактом. Времени на осмысление случившегося не было, следовало спасать свою жизнь. Анализом можно будет заняться и потом.
Чародей метнулся к Зеркалу.
Релкин устремился за ним и взмахнул мечом, в то время как с другой стороны приближался Базил. Безупречные эльфийские черты исказил крик безумной ярости. Несмотря на сломанное запястье, Ваакзаам схватился за рукоять обеими руками и рубанул так, что клинок Релкина переломился. Ваакзаам занес меч, собираясь нанести смертельный удар, но Релкин нырком ушел от клинка, упал на пол и налетел на стальную поножь гиганта.
Пинок Ваакзаама едва не вышиб из Релкина дух, но добивать драконопаса чародею было некогда. За долю секунды до того, как на его голову обрушился бы Экатор, Властелин прыжком нырнул в Зеркало и исчез в бурлящих развода хаоса.
В тот же миг Зеркало, оставив после себя эхо шипящего звука, захлопнулось.
Затем воцарилась тишина.
— Дело сделано, — устало пробормотала Лессис. Релкин заключил в объятия Эйлсу. Стоя позади влюбленных, Лессис положила руки на их плечи.
Светящаяся фигура начала таять.
— Эй! — закричал Релкин. — Постой, не исчезай! У нас есть вопросы.
Ответа не последовало. Релкин ощутил холодное отчуждение с легким оттенком насмешки. В других местах происходило достаточно событий, куда более заслуживавших внимания.
Свечение быстро потускнело и исчезло. В воздухе на долгий момент повисло молчание.
— Так вот что ты освободил в Мирчазе, — промолвила Лессис. Мир с этого времени стал иным.
Релкин взглянул на нее и тяжело вздохнул. У него действительно были вопросы к Разуму десяти тысяч, но они остались без ответа.
Услышав тяжелую поступь дракона, юноша поднял голову. Их глаза встретились.
— Неприятности у мальчишки только начинаются.
Эпилог
Основательно подкрепившись в Оленьем Чертоге, Сто девятый двинулся в обратный путь к Посиле. С собой они прихватили Фалтуса Вексенна, который прятался в чулане, переодевшись прачкой, и Косока, пойманного на крыше. Портеуса Глэйвса пленить не удалось: когда драконы вырвались из подземного королевства Ваакзаама и битва выплеснулась наружу, Глэйвс бежал.
Детишек разместили в реквизированных фургонах, и эскадрон направился прямо через долину; этой дорогой они должны были в течение дня выбраться за пределы Неллина. Странная процессия из девяти боевых драконов, нескольких всадников, вереницы фургонов с ребятишками и скованных цепями пленников не могла не привлечь внимания местных жителей. Многие из них знали Фалтуса Вексенна, но сейчас мало кто им восхищался. По дороге произошло несколько стычек. Один раз караван попытались обстрелять из засады, но меткие стрелы драконопасов живо охладили горячие головы. В целом же желающих сразиться за дело свободного Аубинаса и Фалтуса Вексенна нашлось немного.
У озера Торренз Сто девятый подобрал кое-кого из солдат генерала Кериуса, плененных у Красного Холма.
Некоторые из них были ранены, а голодны были решительно все.
В этот вечер и на следующее утро драконопасы подожгли несколько богатых домов: видимые издалека столбы дыма заранее оповещали о продвижении эскадрона. Лессис пробовала распекать их, но без особого успеха. На самом деле она не слишком жалела зажиточных землевладельцев, которые так дурно обращались с пленными легионерами.
Впереди эскадрона катилась волна слухов. О том, что Олений Чертог разграблен, а сам Вексенн Чамперийский угодил в плен, в Посиле узнали задолго до возвращения драконов. По всему Аубинасу распространилась паника. Генерал Неф пытался восстановить порядок, но преуспел в этом мало. Силы его таяли, солдаты попросту разбегались по домам. Уж коли драконы опустошили Олений Чертог, проникнув к Санбергу, в самое сердце Неллина, то же самое вполне могло случиться с их фермами. После того как треть его всадников подалась в бега, Калеб Неф отступил. Боевой дух защитников Посилы окончательно пришел в упадок. Почувствовав это, генерал Трегор предпринял на рассвете неожиданный штурм. Сто пятьдесят пятый драконий вломился в город, и к полудню неприятель обратился в бегство. Посила была освобождена.