Драконы севера
Шрифт:
Пришли сумерки, горцы зажгли факелы и продолжали бойню при их свете.
Я пустил меч в ход всего два раза — нет чести в убийстве покалеченных… Первый раз я дорезал коня с перебитым хребтом, бедняга хрипел, пуская кровавую пену из пасти и ноздрей, не в силах ржать…
Второй раз — я перерезал горло молодому солдату, которому сосна, упав, раздавила все ниже пояса. Несчастный сам подставил шею под мой меч…
Не в силах больше смотреть на эту бойню, я поднялся выше по склону и дошел до завала на выходе из ущелья. Там на кострах уже жарили мясо и разливали эль. Вместе с темнотой пришла наконец тишина, крики и стоны
— Милорд — я обернулся — Это Говард. Мы разбили для вас шатер вон там у холма и приготовили ужин. Миледи ждет вас…
Молодая луна тускло плыла по небу. Победа не принесла мне радости. На книжных гравюрах война была совсем другой….
Шатер был просто палаткой из овечьих шкур. На костре жарилась тушка молодого барана. Щурясь на дым, рядом стояла Нелл и срезала кинжалом полоски уже готового мяса. От жара ее лицо разрумянилось… Она увидела меня и, ахнув, отступила от костра. Кусок мяса упал в пламя.
— Милорд…
— Здравствуй, Нелл, ты не хочешь меня угостить?
— Конечно, она хочет! — из палатки к костру вышла Сью. Я опустился на овечью шкуру… Сестра быстро оказалась рядом и травинкой пощекотала мою шею.
— Выпьешь вина?
— Нет, я ничего не хочу….
— Милорд брат увидел войну, и она ему не понравилась….
— Если бы я мог отрубить головы герцогам Бронкасл или магистру Брокен, война бы мне понравилась! Но убивать этих людей… Никто из них не сделал мне ничего дурного. А теперь они лежат там, с перерезанными шеями как бараны…
— Они не сделали ничего дурного потому что просто не успели! Ты не дал им успеть! Мне не нравится твое настроение, брат!
— Оставь меня в покое!
Я ушел вглубь палатки и лег на шкуры. Сон не шел ко мне в эту ночь. Сью и Нелл о чем-то шушукались у костра, а у меня в глазах стояли только кровь, истерзанные тела под желтыми стволами деревьев и кровавое закатное солнце….
Утром с похмелья, моим горцам пришлось много потрудиться чтобы расчистить дорогу: оттащить упавшие деревья, вынести тела мертвых врагов и трупы лошадей. У нас же не было ни одного убитого. Два десятка раненых не в счет!
Утром я прихлебывал травяной отвар рядом с погасшим, подернутым пеплом костром, когда пришел Шварц и принес письменные указания герцога офицеру, командовавшему отрядом. Их нашли на мертвеце.
Я развернул заляпанные засохшей кровью свитки. Вот только бумаги и остались. Горцы вырезали всех, пленных для допроса не осталось…
Довольно подробные инструкции о том, что брать из нашего замка, как упаковывать и т. д.
Только в конце я нашел инструкции относительно себя и сестры. Наши тела следовало опознать и сжечь, предварительно отрезав головы. Головы же залить крепким вином или медом и с гонцом привезти в замок герцога в Корнхолл…
— Дорогу уже освободили?
— Еще нет…
— Поторопи горцев, и сколько мы вчера захватили коней?
— Всего три дюжины их уцелело.
— Отлично… — смутный план стал более четко кристаллизоваться в моей голове. —
Глава 10
Мой план состоял в следующем.
До Корнхолла — первого большого города королевства, от перевала ночь и день пути на конях, я это помнил с прошлогодней поездки. Отряд герцога мы истребили полностью, и если мы сядем на коней, то даже если кто пешком ушел из бойни в ущелье, мы все равно его опередим. Я, сестра и три дюжины горцев, переодетых в доспехи панцирной конницы, захватим предмостное укрепление на северном берегу Клайва, а потом уже когда подойдет весь отряд, разрушим мост через реку, и тогда вся местность от перевала до Клайва — старинные владения горных кланов, потерянные ими 100 лет назад, перейдут под наш контроль.
Из хроник я знал, что еще 150 лет назад Клайв был пограничной рекой, отделяющей земли горцев от равнинных земель королевства. Именно здесь, напротив Корнхолла, сейчас единственный постоянный каменный мост через Клайв. Королевство запрещало строить другие, в том числе деревянные мосты через реку, так как за проезд по мосту взималась пошлина, теперь это могло сработать в нашу пользу.
Старейшины кланов клятвенно пообещали через 2 дня привести отряд к мосту напротив Корнхолла. Я оставил с горцами Шварца — ему я поручил подгонять горцев, если они начнут опаздывать к сроку.
Мы скакали весь день и всю ночь, сделав несколько остановок, чтобы напоить коней и справить нужду, жевали снедь прямо в седле. Деревни и замки мы проскакивали без остановки, и нас никто не остановил.
Ближе к рассвету мы достигли берегов Клайва, и я скомандовал привал. Пару часов всем получилось вздремнуть, кроме меня. Мой план был большой авантюрой, мы сами лезли в капкан — сможем мы оттуда выбраться целыми и невредимыми? Нетерпенье и сомнения сжигали меня изнутри… Я стоял на берегу, а мимо меня черные в предрассветной мгле волны Клайва быстро неслись дальше в сторону уже близкого Корнхолла.
Ворота открывались в предмостном укреплении для пропуска проезжих, в основном местных жителей на рынок и редких торговцев, покупавших у горцев шерсть и шкуры, когда колокола на церкви Корнхолла отбивали 8 часов. Это я тоже твердо помнил…
На рысях мы подскакали к каменной башне, когда колокола уже смолкли и начали открывать ворота.
— Дорогу! — орал я и несся во главе отряда — Дорогу! Срочное сообщение для герцога!
Крестьяне и торговцы шарахнулись в разные стороны, заворачивая свои повозки подальше от несущейся кавалерии. Два заспанных стражника поспешно распахнули перед нами ворота. Мы влетели в мощеный двор башни. Стражников и выскочившего на шум сержанта зарубили в мгновение.
— Закрывай ворота! Гоните мужичье прочь!
Мои горцы, спрыгнули с коней и, затворив ворота, заложили их тремя брусами из дуба. Осталось закрыть ворота, ведущие на мост и далее в город, и сесть в осаду до подхода отряда. А если двинуться в город? Ведь нас никто не ждет!
— Гвен Макнилл — ты старший! — Остаетесь здесь! Вы двое — за мной! Гвен, закрой ворота за нами, откроешь их только перед нашими! Всех гони прочь и отвечай, что герцог приказал закрыть проезд и проход для всех! Все понял?