Драконы севера
Шрифт:
Я поднял ее и на руках отнес на плащ. Она была холодной, как труп. Но грудь едва поднималась в дыхании, и редко билась жилка на шее. По внутренней стороне бедер струилась алая кровь, нет, теперь она стекала на плащ.
Сразу же я положил одну ладонь прямо между раздвинутых бедер на ее окровавленный бутон, а другую между грудей.
Пальцы и ладони мои разогревались. Я смотрел на запрокинутое белое лицо, приоткрытый рот и вытекающую на щеку нитку слюны и ругался последними словами!
Эта
Милая, пожалуйста! Оживай! Жар струился с моих ладоней в тело, в холодное тело Габриель, я уже вспотел от этого жара, но толку не было! Мне стало страшно от моего бессилия…
Я закрыл глаза. Жгуты силы так же колыхались совсем рядом. Я попытался добраться до них, но не тут то было! Моих усилий они не заметили!
Где эта белая гребная обезьяна?! Я не буду о тебе думать! Тебя нет! Я о тебе не думаю!
Белая обезьянка с печальной мордочкой появилась перед моим взором и покрутила пальцем у виска, потом почесала у себя подмышкой и, найдя там что-то, попробовала на зуб, а потом протянула мне. Я взял не задумываясь. В ладони пульсировал жгут, белый жгут силы… Руки мои обрели самостоятельность. Жгуты силы плелись в косички, потом заплетались в еще более толстую косичку. Какого черта! Я никогда не заплетал косы никому! Я плел из жгутов силы косички, но продолжал ощущать ладонями тело Габриель! Как это могло происходить?!
Белое сияние затопило весь мир, и потом приоткрылась черная дверь и, прижимая к себе Габриель я шагнул туда.
Знакомый с детства кабинет отца. Отец шагнул мне навстречу и, приняв из моих рук тело Габриель перенес на диван.
— Ты поступил неосторожно, войдя через источник силы вместе с этой женщиной!
— Помоги мне ее спасти!
— Это несложно. Ты можешь сделать все сам.
— У меня не получается!
— Поцелуй ее.
— Поцеловать? В губы?
— Да, и не фальшивить! Представь, что целуешь Сью!
— Ты знал о нас… о наших… э–э–э…
— Конечно, мой мальчик я все знал. Любить — это так естественно! А вашу любовь не остановить и дракону! Целуй ее и возвращайся в реальный мир, и будь осторожен — сегодня опасный для тебя день!
— Но мне так много надо спросить у тебя!
— Иди! Ты вернешься и спросишь все, что захочешь…
Я опустился на колени перед диваном. Обмякшая Габриель лежала с закрытыми глазами, почти бездыханная… Я обхватил своими губами, мягкие, расслабленные ее губы… Я сосал их, я вжимался в них, своими зубами касаясь ее зубов… я выдохнул воздух в ее рот…
Ладонь Габриель уперлась в мою грудь, карие глаза совсем близко расширились в удивлении. Я прервал поцелуй.
Она молча смотрела на меня. Странный взгляд. Такой я уже видел когда-то…
— Ты в порядке?
Она улыбнулась и, посмотрев вниз на свое голое тело, поежилась. Я закутал ее в плащ. Ее кожа уже не была холодной. Солнце, выглядывая из-за низких серых туч, позолотило песок вокруг нас.
— Надо собрать янтарь, Грегори… — были первые ее слова.
Этим я и занялся — складывал граненые кусочки в кожаную сумку, и мне они все показались тяжеловесными. Габриель напитала их силой источника?
Вернулся к ней, только завершив сбор янтаря. Моя колдунья уже была одета и разглядывала пятна крови на плаще.
Легкий румянец расцвел на ее щеках.
— Мне не помешает помыться…
— Вернемся в лагерь, согреем воду, и в палатке можешь привести себя в порядок.
Шорох песка, шаги…
Из-за руин появился рыцарь Беннет. Он был смущен или встревожен.
— Государь, к вам прибыл гонец из Корнхолла, срочные известия! Быстрее, прошу вас!
— Спроси его под заклятием, Грегори!
— О чем?
— Спроси, кто стрелял в тебя и Бернадетту!
Меч, с шелестом покинувший ножны и блеснувший в руке Беннета, лишил меня сомнений. Тем более что мой меч по–прежнему торчал из песка в десяти шагах. Я произнес заклинание.
Беннет остановился и опустил руку с мечом. Глаза остекленели.
— Скажи мне истинную правду Беннет, кто стрелял в меня и в Бернадетту на охоте?
Он молчал.
— Габриель, ты ошибалась.
— Спроси его имя. Не зря он обнажил свой меч!
Габриель была сегодня настроена очень решительно.
— Как твое имя?
— Джон Уэллс…
— Ты рыцарь, Джон Уэллс?
— Нет, я оруженосец Даниеля Харпера…
— Даниель Харпер сын лорда Харпера?
— Да…
— Скажи мне истинную правду, Джон Уэллс, кто стрелял в меня и в Бернадетту на охоте?
— Стрелял я, Даниель Харпер и Мэтт Миксон…
— Где сейчас Даниель Харпер и Мэтт Миксон?
— Они в тридцати шагах, позади вас …
Глава 8
Я успел только развернуться боком. Щелчки. Тугой удар в предплечье левой руки. Стрела вошла наполовину. Еще дрожало оперенье.
Нагнувшись, я вырвал меч из безвольно опущенной руки Беннета–Уэллса и побежал навстречу стрелкам. Онемение в руке обернулось резкой болью. Один из стрелков торопливо взводил тетиву «козьей ножкой». Второй отбросил арбалет и выхватил меч из ножен.
Он атаковал, я парировал! Лязгнув, мечи встретились и разошлись для нового замаха. Парировать меч мечом против правил, но щита и доспехов у меня нет!