Драконы войны
Шрифт:
— Держись, дружище. Когда мы спускались, я заметил огни таверны. Уже совсем скоро мы сядем у очага и выпьем грога. Я припоминаю, что на этом постоялом дворе живет целительница. Слушай, Блот, ты что-то притих. Что, боль усиливается? Ты потерял много крови.
— Нет… нет. Я просто задумался, вот и все, — пробормотал Блот. — До таверны я дотерплю.
— Тогда пойдем, пока нам обоим не пришлось остановиться здесь на ночь, — сказал Андер, снова поднимая гнома себе на плечи; до постоялого двора было уже недалеко.
Часа два спустя целительница,
— Андер…
— Да, Блот? — Помощник книжника, сделав последние штрихи на рисунке, изображающем белую чешуйку, отложил дощечку и приготовился слушать.
— Я должен тебе кое-что сказать.
— Ты хочешь еще мяса? Или у тебя ничего не осталось в кружке? Позову-ка я трактирщика.
— Нет, все в порядке, спасибо. Андер, я собирался тебя убить.
— Повтори-ка еще разок, Блот. Мне послышалось, ты сказал, что собирался убить меня. — Андер тревожно засмеялся.
— Ты все верно расслышал. Я действительно собирался убить тебя. Вот почему я потерял равновесие и упал. Мне приказал это сделать Фалон. Вот уже много лет он приписывает себе твою работу, обкрадывает тебя, чтобы попасть на теплое местечко в Палантасской Библиотеке. Он рассчитывал, что белый дракон его прославит. Я должен был убить тебя и принести ему добытые сведения — тогда его повысят по службе. На всех работах, которые ты выполнял, Фалон стирал твое имя и писал свое. Никто в библиотеке о тебе даже не знает, Андер, и Фалон хотел, чтобы никогда не узнали.
Только спустя несколько мгновений Андер снова обрел дар речи:
— Понятно. И… ты бы сделал это? Ты действительно убил бы меня там, наверху? — Он с трудом сдерживал дрожь в голосе.
Блот смотрел в свою кружку.
— Нужно было сделать так, чтобы все считали тебя жертвой рассвирепевшего дракона.
— Сколько же времени мне понадобилось, чтобы занять это место! А Фалон отправлял в библиотеку запечатанные посылки. И это задание. Теперь все ясно. А ты знал. И готов был оставить меня наверху. — Андер вздохнул.
Блот не ответил. Ему нечего было больше сказать. Андер подвинулся к окну и бросил взгляд в ветреную сырую ночь. Наконец он заговорил, и голос его звучал уже немного увереннее:
— Блот, я только одного так и не понял. Почему ты, после всего, что произошло, мне об этом рассказываешь? У тебя были бы еще другие возможности выполнить приказ. Сегодня ночью, пока я сплю. Завтра, после того, как мы выйдем с постоялого двора. Где угодно по дороге домой.
Гном ответил не сразу:
— Я не хотел этого делать, Андер. Ты бы мог, когда я упал, просто оставить меня в той дыре в логове дракона, как я собирался оставить тебя, — никогда в жизни мне не было так страшно. А ты принес меня сюда, оплатил мой ужин и помощь целительницы. У меня никогда не было друзей. Поэтому я должен был тебе все рассказать. Пусть ты теперь и возненавидишь меня. — Гном выглядел несчастным.
— Понятно, — Андер вернулся к столу, сел и долго смотрел
— Я знаю. Я вообще не собирался возвращаться. Я устал делать всю грязную работу за Фалона.
Андер покачал головой:
— Так не годится. Он тебя разыщет. Ты же сам знаешь. А если я вернусь назад один, то он все равно попытается убить меня, чтобы получить повышение. Что же нам делать? — Он слегка постучал пальцами по дубовому столу, на котором были разложены его наброски и записи.
Несколько мгновений человек и гном сидели в уныний, глядя друг на друга. Но наконец, Андер оперся ладонями о столешницу и набрал воздуха в легкие.
— Блот, другого выхода нет. Тебе придется вернуться одному и отдать Фалону эти материалы для Бестиария, и пусть он поступит с ними так, как считает нужным. Только в этом случае никто не погибнет.
— Но тогда тебе никогда не удастся стать книжником! — возразил Блот.
— Да, не удастся. Но я останусь в живых, и ты тоже. Так что это меньшее из двух зол, — ответил Андер, почти смеясь.
— Ну ладно… — Блот явно не мог придумать ничего более удачного.
Андер собрал бумаги и отдал их своему несостоявшемуся убийце.
— Ничего страшного, Блот. Надеюсь, что когда-нибудь еще увижусь с тобой. Будь осмотрителен.
— «…как заключение, на основе вышеупомянутых замеров и зарисовок, можно считать бесспорным то, что таинственное существо является редчайшим белым драконом, о чем свидетельствует и найденный образец чешуи. Судя по размеру и форме чешуйки, можно предположить, что она принадлежала самке дракона и располагалась на груди. Это позволяет выполнить более, точные зарисовки, основанные на словах очевидцев». Отличная работа, Блот. Именно это мне и было нужно!
Прочтя записи Андера, Фалон поднял повыше найденную помощником тонкую белую чешуйку. Сквозь нее все казалось подернутым дымкой, и грязная комнатушка книжника становилась очень похожей на зал Великой Палантасской Библиотеки. Фалон почти видел себя, стоящего в теплом, ярко освещенном южном крыле и читающего лекцию увлеченным новичкам. Помощники в это время точили бы его перья и приводили в порядок рабочий стол. Оставался только один вопрос.
— Блот?
— Да, сударь? — хмуро отозвался гном.
— Ты принял меры в отношении Андера, не так ли? В соответствии с моими указаниями?
— Он вас больше не побеспокоит, сударь, — коротко ответил Блот. — Сейчас я пойду, сэр, мне надо вернуть лошадку.
— Да, конечно. Когда вернешься, уложишь мои сумки. А потом, Блот, у меня будет для тебя особое поручение. Этим я награжу тебя за верную службу. — Фалон улыбнулся, провожая Блота до самой двери взглядом глаз-бусинок.
Пока Блот хромал к выходу, ему все время казалось, что он чувствует удар ножом в спину. Гном тихо прикрыл за собой тяжелую дубовую дверь, залез на принадлежавшего трактирщику пони и поехал по дороге — не по той, по которой ездил обычно.