Драконы войны
Шрифт:
Слит стоял возле Кэна. Тот лишь качал головой,
— Эта корова еще и разговаривает. Что он там сказал, Бездна его побери? — прошептал Кэн.
— Да я сам с трудом понимаю, — отозвался Слит. — То ли какая-то история о битвах минотавров, то ли еще что-то. Он то и дело упоминает в одном и том же предложении и славу, и честь, и смерть. Еще он говорит что-то насчет «броситься в самую гущу схватки». Знаете ли, от всех этих разговоров о битвах я начинаю нервничать. Как сказал Глот, там же могут убить! Только я начал подумывать, что мы переживем эту войну… — Слит подошел поближе и заговорил тише: — Вы же слышали, о чем поговаривают.
Кэн с восхищением посмотрел на своего помощника:
— Это было бы великолепно, Слит.
— Ну да. — Слит пожал плечами и заговорил озлобленным голосом: — И кто мне поверит? Мы ни за что не доживем до всего этого, мы даже и не увидим Халькистовых юр.
— Нам нужно как-то разобраться с этим новым командующим, и поскорее, — проворчал Кэн. — А то, при всех этих глупых разговорах о смерти, славе и чести… нас перебьют, и никто, я готов поспорить, не сложит о нас ни одной баллады!
Чк'пол продолжал свою напыщенную речь. Многие дракониды, стоя на солнышке, уже начали клевать носом, но Чк'пол вдруг снова перешел на драконидский язык:
— Вот план завтрашней битвы. Мы найти самое сильное место в рядах противника и броситься туда! Мы сломить всякое сопротивление! Прорвать огромную брешь. Это будет славная победа!
— Огромная брешь — это неплохо, — угрюмо произнес Слит. — Но окажется она в ком-то из нас! Скажите, сэр… — Сивак встал поближе. — А не навестить ли нам сегодня ночью нашего командующего в его шатре? — Драконид достал кинжал и взмахнул им.
— А что мы сделаем с телом? — спросил Кэн.
— Поджарим говядины на завтрак.
Кэн задумался, потирая чешуйчатый подбородок.
— Нет, — решил он, наконец. — Я, например, побрезговал бы его есть. И у остальных от такого блюда может случиться расстройство желудка. Да и Раджак обязательно начнет выяснять, куда делась его любимая корова.
— Мы могли бы сказать, что он дезертировал.
Кэн злобно глянул на минотавра, который в тот момент рассказывал, каким образом в рукопашной схватке лучше всего рубить эльфов.
— Он-то? Дезертировал?
Слит на мгновение задумался.
— Да, — мрачно сказал он. — Я понимаю, о чем вы, сэр. Так что же нам делать?
— «…В самую гущу схватки…» — вдумчиво произнес Кэн.
Потом он улыбнулся и щелкнул зубами.
Слит уставился на него с надеждой, к которой примешивалась некоторая настороженность:
— Я знаю, что скрывается за вашим выражением лица, Кэн. Отлично знаю. Либо вы нас спасете, либо погубите еще раньше, чем это успеет сделать Чк'пол!
— Слит, в заключение этой воодушевляющей речи я приказываю тебе взять под свое командование второй отряд. Сходи на склад инженерного имущества и найди чертежи катапульты. И приступайте к работе. Мне нужно, чтобы к вечеру катапульта была готова.
— Катапульта?
— Тьфу ты, ну я же знаю, что есть! Делай что тебе сказано. Нам нужна одна катапульта…
— Да, сэр. — Слит терялся в догадках.
Закончил свою речь Чк'пол ревом. Судя по всему, это был один из боевых кличей минотавров, от которого у драконидов чешуя вставала дыбом. Как понял Кэн, бойцам при звуках этого рева полагалось бряцать оружием и кричать от восторга. Что же, вопль минотавра оказал некоторое воздействие — бойцы, по крайней мере, проснулись. Дракониды, моргая, разинув рты, уставились на нового командира.
Чк'пол нахмурился. Он не привык к такой вялой реакции на свои выступления.
Кэн бодро крикнул. Остальные дракониды последовали его примеру. Чк'пол улыбнулся, остался доволен и был настолько любезен, что разрешил бойцам разойтись. Дракониды с мрачным видом побрели в землянки.
Минотавр поднялся на вал и подошел к Кэну, который как раз в тот момент сказал Слиту:
— У тебя есть приказ, помощник. Выполняй.
Слит отдал честь и побежал на задворки, где располагались склады.
Чк'пол посмотрел вслед Слиту:
— В чем дело, драконидик? Я не давать этой ящерке никаких приказаний!
— На сегодняшний вечер у нас намечено торжество, сэр, в честь вас, нашего нового командующего, для того, чтобы приготовиться к славе, которую мы обретем в завтрашней битве!
Ноздри Чк'пола затрепетали от удовольствия.
— Торжество? В мою честь? Это быть великолепно! Я не ожидать такого. У вас, ящерок, не хватает храбрости для битв. Это помогать бы. Но… — минотавр поднял руку, — никакого эля, вина и прочих дурманящих напитков! Все бойцы должны иметь ясная голова перед великой битвой, которая быть завтра.
Кэн с поклоном ответил:
— Конечно, сэр. У нас есть особый напиток. Мы называем его «шальным сидром», сэр.
— «Шальным»? Почему же «шальным»? — Минотавр посмотрел на него недоверчиво.
— Потому что можно ошалеть, пока пытаешься его раздобыть. Этот напиток делается из яблок.
— Из яблок, говорите? — Чк'пол облизнулся. — Должно быть, это полезно для здоровья. Кто яблоко в день съедает, того и темный жрец избегает. [1]
— Надеемся, что так оно и есть, сэр, — ответил Кэн. — Вам обязательно нужно выпить побольше сидра.
1
Видоизмененная английская пословица: «Кто яблоко в день съедает, у того и доктор не бывает».
Но вот взошло солнце, и в сердце Кэна закралось отчаяние. Чк'пол, которому, по расчетам драконида, полагалось уже быть мертвецки пьяным, все еще стоял, стучал кулаком по столу и во всю мощь своих легких горланил боевые песни минотавров.
— Подпевайте! — орал он, и драконидам приходилось пробормотать пару куплетов.
Кэн печально смотрел на Чк'пола и не мог поверить своим глазам. Восемь часов этот чертов бык лакал их превосходный «шальной сидр», все еще держась на ногах! За эту долгую ночь они с Глотом выпили четыре галлона. А минотавр один выхлестал не меньше трех с половиной. Кэн тревожился. Чк'пол казался трезвым, как Соламнийский Рыцарь, а сидра оставалось уже совсем мало.