Драконья гавань
Шрифт:
Взгляд его серебристых глаз внезапно остановился на Меркоре. Тот на миг показался озадаченным, но затем согласно наклонил голову.
— Я был Киларо, а Сессурия был мне товарищем, — продолжил Кало, посмотрев теперь на «Смоляного». — Я был сильнее, но он порой был мудрее. Если мы разорвем эту мудрость на клочки и разделим между собой, получит ли хоть один из нас ее целиком? — спросил он, обводя взглядом собравшихся драконов. — Узнает ли хоть один из нас то, что, похоже, знает «Смоляной»? Раскройте свои пасти и ноздри, драконы. Нам ведомо много способов
Тимара потрясенно обнаружила, что крепко держит Седрика за руку. Что-то происходило здесь, и это что-то ее пугало. С баркаса донеслись крики и возгласы, когда судно снова поднялось над водой. На миг Тимара отчетливо увидела мощные передние лапы и успела заметить согнутые и перепончатые задние. До нее донеслась волна резкого, неприятного запаха, похожего на тот, что она учуяла в тот день, когда драконы вылуплялись из коконов. От вони заслезились глаза, и девушка закрыла рукавом рубахи нос и рот, пытаясь отдышаться. Затем баркас повернулся, и нос «Смоляного» шлепнулся на воду реки. Когда его могучие задние лапы оттолкнулись от илистого дна, на берег плеснула мутная волна.
Баркас двинулся вперед. Нацелился он не в быстро текущую едкую реку с широким руслом, а в извилистый, тянущийся под сводами леса поток с чистой водой, берега которого Тимара исследовала накануне. Она осознала, что происходит, в один миг с Седриком.
— «Смоляной» уходит без нас!
— Подожди! — отчаянно крикнула Сильве.
Тимара глянула на нее, но так и не поняла, кого она зовет, корабль или Меркора, поскольку драконы устремились вслед за баркасом. «Смоляной» выбрался на глубину. Ни одного багорщика не было на месте, но корабль решительно двигался против течения. Тимара увидела, как бурлит вода позади него, и заподозрила, что у него есть еще и хвост.
— Нас забыли здесь. Вперед!
Прежде она держалась за Седрика, но теперь он высвободился и схватил ее за руку. Свободной рукой Тимара поймала ошеломленно замершую Сильве.
— Бежим! — велел он девушкам. — Давайте же!
Все трое бросились к берегу. Крики, сердитые и испуганные, доносившиеся с палубы «Смоляного», подразумевали, что ни команда, ни хранители не могут его задержать. Тимара вспомнила об охотниках. Те, как обычно, еще до зари отправились за дичью, причем наверняка выбрали другой приток. Как скоро они поймут, что баркас с драконами ушел в ином направлении?
Забыли не только их троих. Все отставшие сошлись у трех лодок, оставшихся на берегу. Бокстер с Кейзом заняли лодку Грефта, но ждали, не придется ли им взять на борт кого-нибудь еще. Алум сидел во второй, и его как раз окликнул Харрикин. Третья осталась пустой.
— Отчаливайте! — крикнула товарищам Тимара. — Мы возьмем эту лодку.
— Хорошо! — ответил ей Алум, и они с Харрикином оттолкнулись от берега.
Баркас уверенно и стремительно шел против течения. Драконы рассеялись по берегу, огибая лодки, вошли в воду и последовали за ним. Вскоре они должны были обогнать корабль. Бокстер с Кейзом взялись за весла и теперь
Когда Тимара, Сильве и Седрик добежали до последней лодки, на берегу кроме них никого не осталось. Девушка оглянулась на лагерь. Нет, ничего не забыли. На низком сыром берегу догорал костер. Кроме вытоптанной травы и дыма, ничто не выдавало их пребывания здесь.
— Лодка выдержит троих? — обеспокоенно спросил Седрик.
— Будет не слишком удобно, но сойдет. К тому же выбора все равно нет. Можешь перевернуть свое ведро и сесть на него. Думаю, мы довольно скоро нагоним «Смоляного», и тогда, если захочешь, попросим забрать тебя на борт.
Тимара обернулась к странно притихшей Сильве. Девочка выглядела потрясенной.
— Что с тобой?
Сильве медленно покачала головой.
— Он просто ушел с остальными. Меркор даже не проверил, есть ли у меня возможность последовать за ним. Он просто ушел.
Она заморгала, и одинокая, с розовым отливом, слезинка скатилась по ее щеке.
— Ох, Сильве.
Тимаре было жаль девочку, но она очень спешила. Сейчас не время поддаваться чувствам. Им надо нагнать корабль.
— Меркор не дурак. Он знал, что на берегу оставались лодки, и что ты и раньше отлично заботилась о себе сама. Ему было нужно, чтобы драконы сразу двинулись за баркасом, не успев передумать. Меркор тебя не бросил — он просто уверен, что ты справишься. Давай докажем, что он не ошибся, — поспешно выпалил Седрик, унимая споры еще до того, как те разгорелись.
Он устал от ссор.
С перевернутого ведра посреди лодки река виделась под слегка иным углом. Тимара столкнула их на воду, а Сильве усердно принялась грести, стараясь развить как можно большую скорость. Никаких обсуждений не было — все знали, что девушки управляются с веслами гораздо лучше Седрика.
И у него впервые появилась возможность полюбоваться рекой и окружающим лесом с воды. В последний раз, когда он сидел в лодке, он был слишком занят тем, чтобы не отставать от Карсона, поэтому по сторонам смотреть не успевал. Теперь же он видел самый густой лес на своей памяти. Деревья, лиственные и хвойные, склонялись над водой. С некоторых свисали лианы. Подлесок был густым, а вдоль покрытых мхом берегов раскинулись заросли камышей и рогоза.
— Какой он живой! — с изумлением проговорила Сильве.
Значит, разница ему не померещилась.
— Даже запах другой, — подтвердила Тимара. — Прямо, ну… зеленый. Мы с Элис вчера прошлись немного вверх по реке и обе обратили внимание. Вода не едкая и ничуть не белая. И живности куда больше. Вчера я видела плавающих лягушек. Прямо в воде.
— Лягушки обычно и плавают в воде, — заметил Седрик.
— Может, рядом с Удачным и плавают. Но в Дождевых чащобах лягушки живут на деревьях. Не в реке.
Седрик ненадолго задумался. Всякий раз, когда ему казалось, что он осознал, насколько изменилась его жизнь, его настигало очередное открытие. Он молча кивнул.