Драйв Астарты
Шрифт:
– -------------------------------------------------
Чубби не спеша прикурила тонкую сигару из «кукурузного табака», и произнесла:
– Не расстраивайся детка. На птице Бэ свет клином не сошелся. Давай, ты в этот раз ограничишься «некрупными акулами» и «первобытными охотниками татутату».
– Мама, ты что, думаешь, мы с Хагеном проиграли? – Возмутилась Люси.
– Вы ничего не проиграли, хорошая моя. Вы замечательно разобрались в схеме этой спецоперации, я бы спокойно поставила вам зачет по аналитике на 2-м курсе школы военной разведки. Но вы немного увлеклись криптологией.
– Мама! Я не проиграла! ещё есть время!
– Детка, давай, все же, будем реалистами. Муфтий Салех обратился не к кардиналу Жюсту, а к правительству, и Жюст вовсе не рвется к миротворческому процессу.
– Но ведь банкира украли, – заметил Хаген.
Экс-майор INDEMI похлопала его по плечу.
– Жизнь – очень многовариантная штука. Банкира все равно следовало украсть, как источник информации. Поэтому, я не спорила с данным пунктом вашего сценария. Теоретически, сценарий мог бы быть полностью таким, как вы предположили, но на практике, специалисты обычно стараются избегать таких сложных комбинаций.
– Жерар Лаполо – не обычный специалист, – возразила Люси.
– Здесь ты права, детка, – Чубби кивнула. – Лаполо специалист экстра-класса. Но это совсем не значит, что он предпочитает сверхсложные игры. Специалисты подобного уровня обычно выигрывают за счет виртуозного использования нескольких простых комбинаций, а не за счет одной сверхсложной. Разведка это всё же не шахматы.
– Но время же ещё есть, мама!
– Ты это уже говорила, хорошая моя, – Чубби погладила дочь по голове. – В чем-то ты права. Примерно час – полтора у него в запасе есть. Но я бы на его месте не тянула с раскрытием карт. Чем дольше держишь ключевые факты в тайне, тем сложнее потом скормить окружающим легенду, объясняющую, почему они держались в тайне.
– Мы же предложили объяснение, – заметил Хаген/ – Из-за отсутствия хорошей ВПП используется медленный самолет, и необходимо, чтобы он ушел из зоны возможного выстрела «Стингера» раньше, чем о его существовании станет известно публике.
– Но тогда надо действительно использовать медленный самолет, – сказала Чубби.
– Ага, – подтвердил он/ – А почему бы и нет?
– Можно и так, но обломки C-212М в аэропорту Де Голль остынут и в 3 часа ночи начнется их осмотр. Ты же не будешь тянуть до последней минуты.
– Два с половиной часа у меня ещё точно есть, – заключила Люси.
– ОК, – согласилась Чубби, – Посмотрим.
…
Напиток в миниатюрной кофейной чашечке назывался «зеленуха». По крепости он не уступал абсенту, и представлял собой ново-каледонский мульти-фруктовый самогон высокой дистилляции… Дядя Жосе решительно выпил залпом и шумно выдохнул.
– Уф… Как вы, канаки, такое пьете?
– Сами удивляемся, – сказал Хаамеа. – Ну, как, полегчало?
– Вроде как, да… Но ты уверен, что наши ребята живы? Что Эсао жив?
– Ты пятый раз спрашиваешь, дядя Жосе, – заметила Чуки. – Сказано: все живы.
– А самолет? Взрыв
– По TV можно показать любую херню, – авторитетно сообщила юная папуаска.
– Тогда зачем вы его смотрите?
– Чтобы увидеть, какую именно херню покажут, – пояснила она, оглянулась на Стэли (продолжающую спать после укола армейского транквилизатора) и прибавила звук телевизора – начинался очередной экстренный выпуск новостей.
– -------------------------------------------------
– -------------------------------------------------
Конфликт между христианами и мусульманами в Париже и на Реюньоне продолжает развиваться непредсказуемым и драматическим образом. Как уже сообщалось ранее, около некоторых молодежных клубов собирается анти-мусульмански настроенные жители с огнестрельным оружием. Примерно в полночь, стало ясно, что полиция не готова решать эту проблему ни технически, ни психологически. Около рынка Барбес полицейский кордон просто расступился перед автоцистерной, ехавшей в окружении группы вооруженных байкеров, и не пытался пресечь стрельбу в нескольких поздних прохожих одетых по-мусульмански. Байкеры облили горючим из цистерны цоколь мечети, сооружения рынка и несколько автомобилей, и беспрепятственно подожгли. Полисмены ограничились тем, что вызвали пожарную команду, которая, впрочем, не смогла заняться тушением огня, поскольку проезд блокировали те же байкеры.
Мэр Парижа констатировал, что ситуация вышла из-под контроля и передал в офис президента предложение ввести в городе комендантский час и организовать военные патрули. Эта мера (даже если она будет введена), безусловно, запоздает. Кризисная комиссия президента соберется только в 8:30 утра, а группировка «CaRe» намерена приступить к массовым вооруженным действиям против мусульман в 6:00. В этой критической обстановке Абдулла Салех, муфтий Парижа, обратился к популярному в среде радикальных католиков кардиналу Бернарду Жюсту с предложением начать консультации с участием нейтрального арбитра о мирном разрешении конфликта.
Кардинал Жюст, в принципе, согласился на такие переговоры, но резко отклонил кандидатуру Поля Байонни, комиссара по правам человека, и предложил другую кандидатуру: Аттилы Мокко, суб-лейтенанта океанийских коммандос. Свой выбор кардинал пояснил так (цитирую) «Время упущено, и сейчас не до дипломатии. Что касается комиссара по правам человека, то я не буду разговаривать с проводником безответственной политики толерантности, которая привела страну к социальному взрыву. Суб-лейтенант Мокко, как человек со стороны и как военный, умеющий принимать четкие, быстрые решения, это именно тот арбитр, который нам нужен».
После некоторых колебаний муфтий согласился на Аттилу Мокко, как арбитра, и примерно 10 минут назад прибыл в Шатене в отель «Foret» на переговоры. В этом пригородном отеле до вчерашнего вечера размещались те делегаты католического фестиваля, которые погибли при взрыве самолета C-212M. Океанийские коммандос остаются в отеле до завтрашнего дня, после чего отбывают на родину.
Сейчас мы имеем возможность транслировать эти переговоры в прямом эфире. Они начались всего пару минут назад. Трансляция будет идти без вырезов и вставок.