Драйв Астарты
Шрифт:
– Ну, ты достал! Не хлопать же её сразу по попе, как дома. Вдруг бы она испугалась?
– Ага, щас! Когда ты ей чинил байк, она не испугалась, а по попе – испугалась бы?
– Я не чинил, просто там слетела цепь. Минутное дело. И вообще, откуда ты знаешь?
– Так люди говорят…
– Какие такие люди?…
Флер тронула Алибабу за плечо.
– Бро, тут мой папа тебе просил кое-что передать. Пошли, дойдем до нашей флайки.
– Ух ты! Это то, что я думаю?
– Типа того, – подтвердила она, – Пошли уже, он
Они спустились к пирсам, и Флер, на ощупь, вытащила из багажника «растопырки» увесистый пластиковый пакет-сумку.
– Рассада? – попробовал угадать Алибаба.
– Штаммы, – поправила Флер, – Типа, как у флореллы.
– Но ведь бальса – дерево. Или тут не бальса?
– Тут бальса. Но она типа морской губки, а растет, как флорелла. Увидишь на диске, который с инструкцией. Короче: в пакете двадцать разных штаммов, которые надо рассадить отдельно, а потом – отправить образцы материала на тестирование. Папа говорит: у одного твоего партнера есть брат, а у брата лазерная лесопилка.
– Ага, – подтвердил Алибаба, – У Омлета старший брат с лесопилкой.
– Ну вот. Там должен быть тестер для древесины. Дальше – смотря по результатам.
– Ага… Понял… А как быстро она растет?
– Алло, бро, ты вообще слушаешь? Я же сказала: как флорелла.
– Что, и по скорости тоже?!
– Ну, да.
– De puta madre… Прикинь, гло, это же охренеть… Ну, дает дядя Микки! Вот это, я понимаю: наука! Слушай, а может, ты со своим faakane заскочишь к нам на ферму? Атаурский островок Жако, у восточного мыса. Отсюда меньше ста миль. На вашей машине… – Алибаба похлопал ладонью по фюзеляжу «растопырки», – … 20 минут.
– Ну… – Флер задумчиво почесала себе за ухом, – … А чего там интересного?
– Там плантация джунглей и псевдо-первобытное племя агрессивных папуасов.
– Внушает… – оценила она, – … ОК, я поработаю над тем, чтобы уболтать Ежика.
…
К её возвращению, за столом (точнее, за гостевой циновкой) остались Оскэ, Ним Гок, Даом Вад и Кхеу Саон. Судя по звукам, доносившимся с кухни, Элвира стряпала ещё какое-то блюдо, возможно – десерт к кофе (кофейник уже стоял на циновке).
– … Таким образом, вам предстоит, – негромким, но металлически-жестким, голосом объяснял комбриг своим линейным командирам, – …воспользоваться этой грубейшей ошибкой противника и создать плацдарм в глубине его территории. Даом Вад!
– Слушаю, товарищ комбриг!
– В чем состоит ошибка противника?
– Противник позволит иностранному отряду наводить порядок на своей земле.
– Не совсем точно, – констатировал Ним Гок, – Кхеу Саон, дополни!
– Да, товарищ комбриг! Противник пустит больше, чем один иностранный отряд, и поэтому, он никогда не будет знать, кто что сделал. Каждый отряд кивнет на другой, поэтому, противник окажется в положении слепого, которого грабят зрячие.
– Верно, но не совсем. Скажи, Даом Вад, я вижу по твоим глазам, что ты уже понял.
Линейный командир Даом Вад
– Грабители, про которых сказал товарищ Кхеу Саон, они тоже не совсем зрячие. Я сравню их с теми, кто грабит ночью, имея слабый фонарик. Они видят только в том направлении, в котором направили луч. А в темноте может быть кто-то невидимый.
– Верно! – одобрил комбриг, – Но тот, кому приказано стать невидимым, не должен светиться в темноте, иначе его увидят без всякого фонаря. Вы слышали, что сказали товарищи Петроу, Гкн и Алибаба? Вы светитесь в темноте и из-за этого возникают проблемы с выполнением боевой задачи. Этот недостаток подлежит устранению.
– Да, товарищ комбриг! – хором ответили оба линейных командира.
Флер взяла пачку сигарет и зажигалку, и почти незаметным жестом поманила Оскэ к бордюру террасы. Они устроились там, закурили, и она шепотом спросила:
– За что парням устраивают разнос?
– За негуманный образ мысли, – ответил он, – Типа, это их демаскирует. Незачет. Если партизанить, то в Лимпопо надо притворяться бегемотом, в Сахаре – верблюдом, а в Европе – бараном. Какой дискурс, такой и имидж, как говорил наш тичер экоистории.
– А где они собираются маскироваться и партизанить?
– В Париже, где же ещё? Они ребята конкретные: война – значит война.
– Joder… – тихо ахнула Флер, – …Так они хотят под шумок католического фестиваля организовать диверсионно-шпионскую сеть во Франции?
– А что тебя удивляет, Ру? Твоя мама Кенга уж точно не упустила бы…
– Мама уже почти два месяца, как вне игры! – перебила она.
– Ага. А это новые игроки. Заполнили экологическую нишу, как говорит дядя Микки.
– Так. Допустим. Но почему они обсуждают это при нас?
Оскэ выразительно пожал плечами, и в этот момент на террасе появилась Элвира с корзиной тонкого печенья, похожего на изящно скрученные сухие листья
– Ним! – укоризненно, произнесла она, – Посмотри, люди пришли к тебе в гости, а ты занимаешься боевой и политической подготовкой. Оскэ и Флер даже ушли курить в дальний угол, потому что мы их не развлекаем. Ты думаешь, это правильно?
– Да, – согласился комбриг, – Это неправильно. Давайте лучше поговорим на мирные домашние темы. Даом Вад, Кхеу Саон, вы уже успели подумать о том, как создадите семью и начнете мирную жизнь, которая послужит примером для ваших бойцов? Вы сформулировали для себя план? Вы уяснили его этапы и порядок их выполнения?
– Я понял задачу и работаю над планом, – сказал Даом Вад.
– Через сколько минут надо доложить? – спросил Кхеу Саон.
– Послушай, Ним Гок, – вмешалась Флер, – Мирную жизнь так не планируют.
– Я ему все время это говорю, – проинформировала Элвира.
Ним Гок взял одно печение и, рассматривая его, задумчиво произнес.
– Да. Наверное, необходим другой метод. Оскэ, Флер, какие у вас планы на завтра?
– Так, посмотреть, что тут интересного в окрестностях, – сказал Оскэ.