DREAM

Архипова Дарья

Но иногда, думаю, нам всем хочется побыть слабаками. Чтобы понять, что это такое. И не быть ими по жизни.

Слабаком быть просто. Потому что можно винить всех вокруг в своих неудачах. У меня не получается. Я твердо знаю, что в своих неудачах виновата лишь я сама. Кроме того, обида на окружающих разрушает. Не надо обижаться, надо отдавать по заслугам. Это я шучу, конечно.

Да бить их всех надо. Так становится легче. Правда. Хотя я поступаю проще: я улыбаюсь человеку, но в душе думаю: «А иди ты! Я знаю, что ты меня не лучше, мерзкий ты человек, хотя бы потому, что сейчас намеренно делаешь все, чтобы меня обидеть».

На

самом деле работа официантки дала мне не только вредную привычку курить, как способ убежать от проблем, преследовавших весь день и не убить никого. Эта работа подарила мне особую философию отношения к людям, которые появляются в моей жизни на несколько часов. Как-то раз, уже под конец моего последнего месяца работы, я приняла столик у семейки. Мама, сын, его жена и, как я поняла, мама жены. Дама, судя по всему являющаяся свекровью, досконально объяснила мне, что будет есть каждый из них, уточнила все ингредиенты блюд, попыталась внести свои коррективы. А когда я сказала, что большинство блюд уже приготовлены – для ускорения процесса – она выдала мне изрядную порцию поучений. В итоге даже пиво оказалось не таким, как они хотели. Эта женщина явно была «за главную» в их большой семье. И никто не имел права голоса. Я ушла от столика выполнять заказ изрядно опустошенной и расстроенной, что ко мне относились как к второсортной нерадивой прислуге. А эти трое мало того, что боялись сказать что-то против, так еще усиленно поддакивали и кивали головами.

«Но ведь официант не прислуга», – думала я. А потом мне в голову пришла гениальная мысль. Ладно я, никчемная официантка, проходящий элемент вашей жизни. Два часа я урывками потрачу на вас и вашу желчь. Пусть вы даже испортите мне настроение. Но ведь вам жить с этим человеком всю жизнь! Ведь вам жить с самими собой всю жизнь. И я подозреваю, что вы наверняка знаете, что вы неправы в тысяче моментов. Я пройду, я даже вас забуду. Но вот вам – всю жизнь терпеть эту несправедливость, гнет и самодержавие на местном уровне.

Поэтому, когда я отошла от столика, мне было даже не обидно. Мне было их жаль.

Работа в Америке была ничем не хуже, чем работа в кафе. Но приносила больше, чем двести долларов в неделю каждая. В отличие от работы в кафе, что давала мне в редких случаях около ста пятидесяти только за месяц.

Зачем я все это вам рассказываю?

Конечно, работа официантки не была работой моей мечты. Но она была средством её достижения – поехать в Америку, за настоящей американской мечтой.

***

Мы должны были ехать в посольство на собеседование 25 апреля. Как нам казалось, мы были к этому готовы. Оказалось, нет. В один из вечеров я пришла с работы, как всегда уставшая и разбитая. Ева смотрела на меня печальными глазами, сказала, что есть серьезный разговор.

Она подозвала меня к компьютеру.

А на экране было раскрыто письмо от ее шапочного знакомого – некого Григория, который тоже собирался ехать в Америку: «Предложения работы у вас нет, как и у многих других, и у меня в том числе. Без него в посольстве делать нечего – визу не дадут. В агентстве успокаивают, но до момента «Х» осталась всего неделя – не уверен, что что-то изменится».

Ступор. Ева и я попеременно смотрели то друг на друга, то на монитор.

Два часа ночи. Полгода и заработанные деньги – непонятно где. И что теперь говорить родителям?

Этой

ночью мы не спали. Ева эмоциональная, она рыдала как настоящая девушка. А вот со мной что-то точно стало не так, я молча смотрела в темноту общажной стенки.

Первая пара в универе прошла как всегда монотонно. Политика, журналистика, еще что-то. И в этой аудитории я была абсолютно одна. Но не без своих мыслей. Внутри все разрывалось на кусочки, как прошлой ночью порвалась мечта, на которую был отпахан не один вечер в кафе, среди этих хамливых и жлобистых людей, которые никогда не слышали о правах человека или гуманном отношении к кому-либо, кто их слабее.

«Ага. Смысл жизни. И во что теперь верить? Если даже те, кто взяли столько денег за реализацию мечты, не нашли в себе мужества сообщить… Что мы узнали о крушении всех надежд от какого-то случайного парня».

Тогда все рухнуло, но это был единичный случай. И как жаль, что люди все же стараются не дать мне поверить в то, что все это произошло случайно. Потому что именно тогда я собрала все ключи, чтобы открыть дверь в современный мир с его ценностями.

***

«Смысл жизни… Да… И беда не в том, что люди тебя разочаровывают. Беда в том, что ты сам себя разочаровываешь. Когда, к примеру, доверяешь тому, кому совсем не стоило…»

– Ты ведь знала, что все так получится? – звучало в голове.

– Знала, – промолчала я. – Какие тебе еще нужны объяснения? Я не знаю, как дальше жить. Потому что все планы и мечты – все было выстроено в голове. А теперь – ничего. Пустота. И мое будущее – такое же ничего, как и мои идеальные планы.

– А что бы ты хотела? – эта мысль ехидно кружилась в голове.

– Хотела бы я? Нет! Но крови… Я хочу крови!»

И когда прозвенел звонок, я просто встала – как обычно, и пошла в свою комнату в общежитии. Идя по коридору – никогда не забуду это чувство – я смотрела на знакомые лица, но не прощалась. Но я ведь не собиралась покончить жизнь самоубийством. Но это чем-то напоминало дорогу в один конец. Туда, где заканчивались мои мечты, и начиналась неизвестность пустоты.

Просто зашла в ванную. Просто закрылась. И так же просто, взяв свою бритву, и стала полосовать вдоль левую руку. И с каждым надрезом становилось легче. Как будто какая-то свобода от всего наполняла меня вместе с этой щиплющей болью.

***

– Уже почти год прошел, как мы вернулись. Вы верите? – встревоженный голос…

– Кажется, так недавно все это было, а на самом деле так много событий, – я вспомнила последний год. С прошлого сентября до этого. И в этот период у меня уместилось ничуть не меньше, чем в предыдущий.

– А знаете, – Лиза, как всегда, была как книга – никаких эмоций: констатация великих фактов на деревянных желтых страницах, – я сейчас вспоминаю, и да – я помню все моменты нашего лета, но внутри – такое ощущение, как будто это не со мной. Будто я там присутствовала, как в кино, но все это не со мной.

– Но думаю, Америка определенно оказала на всех нас свое влияние. Ты вот устроилась во всемирно-известную компанию компьютерного программного обеспечения, – думаю, американский опыт сыграл в этом свою роль, – я хотела найти взаимосвязь, оправдать, что все не зря. Но, кажется, я сама уже все хуже и хуже помнила то, что перевернуло мою жизнь с ног на голову, как будто это был всего лишь долгий сон.