Дрёма
Шрифт:
Я продолжал натирать Алёнке клитор, но на пальцах моих были острые когти, поэтому пахло кровью. Девушка подо мной выгибалась, и я, чтобы уменьшить её движения, заломил тонкую ручку за спину на грани перелома, так сильно, что девчонка в очередной раз закричала, пронзительно, оглушительно.
Со звериной жадностью я вбивался в неё, прогибая под себя, оттягивал голову за волосы, продолжая держать завёрнутой руку. Сладкая. Она охренительно сладкая! Я потянулся к ней и прокусил плечо, оставив в плоти клыки. Зажмурился от истошного вопля. И чем сильней она дёргалась, тем приятней
– Марко!!!
Я дёрнулся назад, ослабив хватку. Она хотела вывернуться, чуть не вывихнула себе руку. Другой пыталась меня поцарапать. Маленькая боевая волчица, вызвала у меня смех. Нездоровый, утробный басовитый смех. Развернул к себе, уронил на пол и свалился своим грузным телом на девчонку.
Кусалась мелкая, показывала клыки. Если хоть раз укусит, выбью зубы. А так я был осторожен. Перехватил тонкие запястья обеих рук и закинул за голову. Её брыкания доставляли мне уйму удовольствия. Другой рукой нащупал тугое отверстие сладкой попки и, натерев его влагой, что скапливалась выше, вставил головку члена.
Очередной вопль, девчонка мотала головой из стороны в сторону, соскочила с моего конца, но я настойчив. Сегодня во все щёлки, иначе вдруг вздумает сбежать, а я не всё попробовал. Вставил снова. Туго, пробивать приходилось.
– Дрёма!- закричала она… она…
Кто она? Откуда знает моё имя? Очередная Дамка? Я замер, глядя в её вспотевшее , измученное болью лицо. У неё дрожали покусанные губы и текли слёзы.
– Дрёма, я твоя пара,- простонала она.- Самка оборотня. Я твоя истинная.
Самочка заплакала, и я резко вышел из неё и отпрянул в сторону , глядя на то, что натворил. Её промежность вся в семени и крови, на теле укусы и синяки.
Тяжело сглотнул.
– Человек?- осторожно позвал я, но ответа не было. Начал думать, что к чему. Вспомнил.- Алёна?
Она сжала ноги вместе и скрутилась калачиком на полу. Рыдала и тихо выла.
Я схватился за голову и почувствовал на голове подшёрсток, посмотрел на свой зад, а там хвост. Руки с когтями, острые уши. Внутри нет человека и нет волка. То о чём я мечтал, произошло. Такой ценой!
«Надо всё исправить», - появилась мысль в голове, но кому она принадлежала, человеку или зверю, не разобрал. «Самка - это потомство, ей нельзя болеть и бояться меня».
– Алёнка, вставай,- я потянул её за руку, она опять вскрикнула от боли, и я откинул её руку, как раскалённую кочергу. Неловко наклонился и сгрёб к себе на руки несчастное трясущееся тело.- Сейчас, кроха, сейчас надо вымыться.
Я побежал, чуть не споткнулся и не выронил девчонку из рук. Забежал в ванную и положил девушку в поддон. Включил воду, окатив Алёнку ледяным потоком, отчего она ещё громче заревела. Теперь плакала, как ребёнок, с причитаниями. Мне становилось дурно, и, не дождавшись нормальной тёплой воды, я подтащил к себе её ноги и хотел уже зализать раны, как получил в глаз кулаком.
Огрызнувшись, я цапнул её за руку, и Алёнка душераздирающе заверещала. Я только ухватился лапами за голову, не зная, что теперь делать.
– Уйди!- кричала она, захлёбываясь слезами.- Дрёма, уйди отсюда!
Да, так будет
Минут пять я ходил туда-сюда, выдирая на себе волосы и бешено соображая, что теперь делать и куда девать звериные замашки. Решил продышаться. Закрыл глаза, и пять глубоких вдохов выровняли сердцебиение. Постарался успокоиться. Замер, закрыв глаза и слушал, как льётся вода в ванной. Кроха не плачет, это хорошо. Ей пятьдесят три, она знала, на что шла… Я - полный мудак!
Я взял со стола телефон и попытался набрать номер. Когти скользили по экрану. Как эти суки с нереальным маникюром скребутся по своим телефонам, неизвестно, теперь я с ними за компанию.
– Да сынок,- добрый голосок долбанной Дамки, которая никогда меня не защищала перед Викентием, даже когда мне было всего три года, а ведь могла бы, тварь. Это она меня наградила уёб*щной манерой всем уступать.
– Ма, быстро приезжай сюда, я походу набедокурил, Алёнке нужна помощь.
– Марко…
– Я - Дрёма, бл*дь!
Даже не стал ждать, что она там ответит. Встала и приехала, иначе худо будет.
Я подошёл к шкафу, вытащил свои джинсы. Когтём вспорол дыру под поясом и натянул на себя. Вытащил в дыру хвост. Эстетики никакой, как сра*ь ходить буду неизвестно. Застрял я, похоже, в половине оборота. Говорят, это больно, а мне даже комильфо. Осталось привыкнуть прятать элементы животного тела под одеждой. Накинул на голое тело чёрное пальто, оно скрыло хвост. Растрепал волосы, они спрятали острые уши. Придётся с когтями бегать. Попробовал их спрятать, почувствовал резкую боль в пальцах. В принципе, если нужно кулак сжать, я смогу убрать эти клинки.
Делая глубокие вдохи и звучные выдохи, я вернулся к ванной комнате и постучал в дверь.
– Алёна!- крикнул я, выравнивая свой голос.- Крох, ты как?
Я вошёл в ванную комнату. Лилась вода в пустую ванну, внутри остались кровавые разводы. Верёвка, на которой сушились трусики моей крохи и сарафан, была пуста. Под потолком открыто маленькое окно, и никакой самочки нет.
Глава 9
Я выскочил из дома и вылетел в калитку на улицу, сорвав её с петель. Физические силы увеличились в несколько раз, любое моё прикосновение несёт разрушение, нужно быть предельно аккуратным. А не сломал ли я девчонке руку?
– Я всё видела,- я аж подпрыгнул от визгливого ультразвука, что издавала Валентина.- Мелочь, ты изнасиловал девчонку! Я в полицию позвоню!
Мелочь - это фамилия моей матери, которую на Дрёму не сменил по известной причине, нечего постоянно призывать зверя.
– Иди на х*у, дура,- возмущённо заорал я, уносясь по запаху вслед за своей крохой.
Алёна не бежала, шла босиком быстрым шагом по главной улице посёлка в сторону автовокзала. Людей немного, мне повезло. У девушки всё лицо исцарапано, ноги синие, руки искусаны. Растрёпанные влажные волосы, облепили перепуганное лицо и нежные, прокусанные плечи. Я должен сдохнуть за это, однозначно. Где её регенерация? Маленькая совсем, надо зализывать ей раны.