Дрожь
Шрифт:
— А Сэмюэл не притворялся.
— Ах, его звали Сэмюэл? Элегантное имя для торчка. Он тебе что, спас жизнь? Вынес из горящего здания? Или, может, вы выросли водном дворе? Вместе смотрели «Плейбой»?
— Мне он нравился.
— Этого недостаточно. Должна быть еще причина.
— Он мне нравился, — повторил Джимми. — Нравился. А ты убил его.
— Ты веришь этому парню. Акула?
— Да, верю, — отозвался тот.
— И я тоже, — засмеялся Маклен. — Пришел час расплаты. Таковы правила игры. Сначала я сделал ход, убив торчка, а потом ты с этими вьетнамцами.
Джимми дернулся в сторону Маклена, но тот взмахнул костылем, и Джимми оказался на полу. Он лежал, глядя на ковбойские сапоги Маклена, и краем глаза узрел кусок стекла, оставшегося на рамке от фотографии.
— Чего не начинаешь, Маклен? — спросил Акула. — Никто не услышит из-за музыки.
— Мне некуда спешить. И тебе не советую, — предупредил его Маклен и указал на портрет Клода в виде клоуна. — Этого парня я и увидел сквозь клубы дыма в ту ночь, заливаясь слезами, зная, что умру. Вьетнамцы были просто психи, а Клод сумасшедший вдвойне. Я слушал, как он кричал в ту ночь. А затем начал стрелять. Первые пули я даже не почувствовал. Все было как во сне. Но последняя оказалась страшной. Я помню, как ползал по полу, скрючившись от боли, а Акула сгреб Клода в охапку, словно ребенка. Клод умер слишком быстро. С тобой такой ошибки не произойдет.
Джимми взял в руку кусок стекла и медленно встал. Ноги подкашивались, но, что бы ни случилось, он умрет стоя, а не на коленях.
— Почему ты просто не убил меня? — спросил Маклен. — Зачем вся эта морока с вьетнамцами?
— Я хотел сам это сделать, — Джимми осторожно перерезал скотч на руках, — используя «Крутых парней» для прикрытия, но...
— Трудно нажать на курок, да? — усмехнулся Маклен. — Не так все просто, как в фильмах, о которых ты пишешь.
Джимми посмотрел ему прямо в глаза.
— Почему бы тебе не дать мне пушку? Уж в этот раз я воспользуюсь ею как надо, можешь не сомневаться.
— Разбежался! — осклабился Маклен. — А зачем ты украл мои чипы?
— Сиюминутное решение. Думал, это собьет копов со следа.
— Меня это крайне разозлило, — заметил Маклен. — Ты все правильно просчитал, но и предположить не мог, что мы с Акулой выйдем героями. Сам мэр жал мне руку перед камерами. И наградил меня!
Все повернулось не так, как ты ожидал, — продолжал Маклен. — Например, возьмем Пилар. Она просто невинная жертва обстоятельств. Мне даже не по себе из-за этого.
— И мне тоже, — сказал Акула. — И Блейна жаль.
Маклен покачал головой.
— Почему Пилар не сказала мне, что она ни при чем? Не произнесла ни слова. Только приказывала убраться с ее территории.
— А что бы изменилось? — спросил Джимми.
— Черт, может, и ничего. Но попытаться все равно стоило, — ответил Маклен. — Никогда не пойму женщин...
Джимми высвободил руки и тут же попытался вонзить стекло Маклену в горло, но едва успел слегка поранить ему щеку, как костыль обрушился ему на плечо. Пальцы мгновенно онемели.
— Не хочешь так просто сдаваться? — Кровь стекала у Маклена по подбородку, но он остался невозмутимым. — Похвально, Джимми.
Джимми сжат стекло в ладони так сильно, что порезал себе кожу.
Акула бережно отложил свой рисунок и карандаши.
— Мак?
— Он только мой, — остановил его Маклен. Кровь капала ему на рубашку, но он не обращал на это внимания.
— Я рад, что так поступил с тобой. — Джимми не выпускал стекла и внимательно смотрел на Маклена, выжидая удобный момент. — Пару месяцев назад я был в Ватикане. Там множество людей просили о прощении, а я даже не помыслил о том, чтобы поставить за тебя свечку.
— Давай болтай, — отмахнулся Маклен. — Уверен, ты всю свою жизнь болтал, чтобы избежать проблем. Но в этот раз не выйдет.
— Жалею, что не пристрелил тебя. Видел бы ты себя в ту ночь! Жалкое зрелище!
— Но ты же не убил меня. Вот в чем беда всех умных парней, вы не можете довести до конца начатое дело. — Костыль с размаху врезался в стену рядом с Джимми.
Джимми отпрянул, перехватил костыль и ударил им Маклена по лицу.
В дверь снова постучали.
— Пошел вон отсюда, — закричал Маклен. Изо рта у него хлынула кровь. Акула бросился на помощь, но Маклен оттолкнул его.
Снова послышался стук.
— Мистер Маклен, сэр...
— Акула, разберись с этим менеджером, — приказал Маклен.
Тот открыл дверь. В кабинет влилась музыка.
В дверях стоял тощий мужчина в дешевом костюме.
— Простите меня, Акула, мистер Маклен, но я...
Хоулт оттолкнула его и приставила дуло пистолета ко лбу Акулы.
— Полиция. Пожалуйста, отступите назад. — Ее рука слегка дрожала. — Я сказала — назад!
Акула попятился, озираясь на Маклена.
— Проходите, мисс! — Маклен попытался вытереть кровь с лица, но лишь размазал ее. — Простите мой внешний вид, но на меня напал этот человек...
— Джимми, ты в порядке? — спросила Хоулт.
— Бьет инвалида! — пожаловался Маклен. — Вот как низко он пал.
— Стреляй, Джейн, стреляй! — закричал Джимми, еле дыша.
Глава 41
— Вот это клево! — радовался Ролло.
Напитано вытянул ноги на заднем сиденье бронированного лимузина.
— Друг Джимми — мой друг, — сказал он. — К тому же я польщен, что он доверил твою безопасность моему автомобилю.
— Впечатляющая штука, — присвистнул Ролло. Они ехали по Пятому хайвэю теплым вечером. — Такое чувство, что мы плывем на военном корабле.
— У меня абсолютно те же ощущения, — зевнул Напитано. — Оставайся сколько хочешь. Здесь есть запасные зубные щетки и пижамы.
Он вытащил бутылку дорогого шампанского из ведерка со льдом. Лимузин был оснащен специальным холодильником, но Напитано предпочитал классический метод.
— Шампанского?
— Вообще я не пью алкоголя, Нино. Можно лучше газировки? — Ролло взял баночку. — А почему бы нам не заехать к Акуле и не поприветствовать его? Это недалеко. Что скажешь?
Напитано обнажил свои острые детские зубки.