Друзья

Резниченко Ольга Александровна

– А это – моя подруга Ришель.

(и невольно ткнула рукой на девушку, лежащую по соседству: та живо приподнялась, облокотилась на локти – приветливая улыбка нам в ответ)

– А это – Марат.

– Очень приятно…

Тааак, Патти! Глубокий вдох! И даже не думай… строить из себя жертву!

Ха! Тьфу! Я – жертва?

Нееееет, в этот миг во мне закипело столько злости, как еще никогда.

Две скучающие курицы… с фигурками фотомоделей,… разве я могу чувствовать себя ущербной

рядом с вами?

Или не врать, не говорить… что мне ТОЖЕ «приятно» с вами познакомиться?

… Единственное, на что искреннее … вы от меня можете рассчитывать – так это на гениальную мечту-трагедию, как вас унесло в море,… и там сожрали бездушно акулы!!!

…

– Ну, что? Решились уже, будете переделывать квартиру? Комнату? Определились с дизайном? Есть ли какие идеи?

(жеманно улыбнулась я, молчу – а сама так и… захлебываюсь внутри желчью)

– Да нет пока,… чего спешить?

Еще есть время…

– А вы знаете, мальчик будет… или девочка?

– Мальчик.

(живо, самодовольно ответил Марат)

– Даааа уж… - вдруг потянула эта «Фел». – До сих пор не могу поверить,… что наш заядлый холостяк, такой завидный жених, мечта всех незамужних девушек,

– Да и замужних тоже, - вдруг добавила Ришель.

(невольно рассмеялись… все – мне тоже… пришлось подыграть)

… уже поймался в сети «брака».

Или… вы еще не оформили?

(глууубокий, едва не разрывая себе легкие вздох, – да, я всё еще молчу, пытаюсь молчать, сдерживаюсь от взрыва)

– Нет, мы пока решили отложить это дело, а после родов… сразу отгуляем по полной.

Зачем же лишняя нервотрепка для моей мамочки? – вдруг обнял, обвился рукой вокруг моей талии и прижал к себе.

– Да вы бы присаживались. Чего стоите? – спешно отозвалась «подруга».

– Да, да. Было бы круто… вместе провести день. Правда?

Или вы, может, куда в другое место хотели?

– А, Патти? Как ты?

(живо обернулся, нагнулся ко мне Дюан – так что бы если и прошепчу что, то и короткого звука не упустил…

нееееет, это уже нАглость! наглость, которой мир не видал!

значит, либо будь больной, занудной стервой, либо лебези и улыбайся)

– Мне всё равно.

(спустя долгие секунды я решилась на жеманную, холодную войну)

– Ну так,… тогда давай… раскладываться.

(положил пакеты на землю – быстрые движения… и тут же достал, вытянул из них и стал разворачивать, простилать на песке наши полотенца)

– А вы давно вместе? – не сдержалась от «интереса» Фелиция.

(невольно рассмеялся Марат, промолчал –

ну, ну… смейся, смейся,… а я бы лучше ей волосы повыдергивала!)

Еще движение – и наконец-то «плацдарм» готов.

Выровнялся во

весь рост, шаг ближе и вдруг вновь обнял меня, притянул к себе.

– Присаживайся, родная…

Фел, а что насчет твоего вопроса… То так скажу:

… достаточно, чтобы понять, что прекраснее, чем моя Патти и наш ребенок, в этой жизни - больше ничего нет.

(несмело улыбнулась та)

– Ну, я за вас рада…

– Спасибо.

(вдруг обернулся ко мне, всё еще застывшей от злости и раздражения)

– Милая, может… сразу купаться пойдем? Или что? Что хочешь?

(черт, его эта «милая» сейчас… явно не к месту: ибо я едва сдерживаюсь, чтобы его не побить)

– Не знаю. Как … хочешь.

– Ладно, давай тогда… раздевайся… и пойдем…

(шаг ближе… и тут же, ухватившись за полы сарафана, попытался поднять его вверх, снять с меня - как молния, мысль пронзила в тот же миг мое сознание;… представляю… эту ужасную, гадкую, непростительную картину: … слон по имени Патти и фигуристые «макаронины» - просто… изумительный контраст! )

– Нет, - резко отдернулась я, словно наконец-то ко мне вернулась адекватность и разум.

(черт, вот я на «вынужденных» ответах и попалась)

– Что такое? Патти…

(едва слышно прошептала мне на ухо)

– Я не хочу…

– Что?

– Купаться…

– Но… ?

– Марат…

Ааааа, я сейчас закричу, завизжу… или просто разрыдаюсь…

Ну, что тут непонятного? Почему ему так сложно догадаться обо всем?

О моих мыслях, переживаниях…?

– Родная моя, что происходит? Что не так?

– Всё так… просто,

… я не хочу…

– Почему?

(жую, жую слова, боясь выдать наружу правду – если те подслушают, то представляю… как начнут потешаться)

Глубокий вдох и вдруг резко сжал, прижал к себе меня Дюан…

Нежный, сладкий… пьянящий поцелуй вмиг лишил каких-либо мыслей, волнения…

Смущение, стеснение, злость, истерика – ни-че-го,… из сознания вымылось всё,… оставив по себе легкий дурман эйфории.

Ответила, жадно ответила я… словно воздух, вбирая своего мальчика в себя…

(казалось, на всем белом свете… мы остались только вдвоем, одни – и никого более, никого лишнего)

– Так… хватит, - несмело, нехотя оторвался, отстранился от меня Марат… - А то дальше может последовать явно «недетское» кино…

(невольно рассмеялась я)

– А что… слабо?

– Ах, слабо? Ну-ну, пусть только до воды доберемся – я тебе быстро покажу… кому там… «слабо».

Ловкое, проворное движение – и не сразу сообразила, невольно поддалась – стащил с меня сарафан долой.