Дрянь
Шрифт:
Уже слегка начало рассветать, зарозовели верхушки гор, когда машины свернули с дороги на большую поляну, окруженную неясно различимыми в полутьме скалами, и одна за другой полукругом остановились. Мукасей спрыгнул и, пригибаясь, отбежал в кусты, укрылся за валуном.
Вскоре на пустынной дороге с противоположной стороны показалась еще одна кавалькада машин. Съехав с дороги, они остановились на приличном расстоянии. У одной из них три раза зажглись, просигналив, фары дальнего света. Три фигуры на фоне сереющего неба приближались со стороны дороги.
Виктор Михайлович, маленький крепыш, спортсмен и Фархат с Назарбеком встретились посередине.
— Я смотрю, ваши люди добрались благополучно. С деньгами все в порядке? — улыбчиво, но жестко поинтересовался Фархат.
— В порядке, — заверил его Виктор Михайлович, — Пойдем, покажете, что у вас.
Они подошли к грузовику. Фархат отпер замок, откинул лесенку, зажег фонарь.
— Прошу.
Мукасей совсем близко от себя услышал глухие голоса. Потом вся компания вывалилась наружу.
— Пошли считать деньги, — довольным тоном сказал Виктор Михайлович.
Как бывает в горах, рассвело почти мгновенно. Уже можно было различить в одной из машин людей, склонившихся над большим чемоданом. Текли минуты.
Водитель «КамАЗа» соскочил на землю, отошел к кустам, расстегнул ширинку. Его напарник открыл дверь, уселся, свесив ноги наружу, облокотившись на спинку сиденья и положив рядом карабин.
Мукасей бесшумно выскочил из укрытия, обогнул борт грузовика. Оглянувшись по сторонам — никто не видит! — проскользнул в кабину. Сел, поджал ноги и пятками с размаху выбросил водителя из машины. Повернул ключ зажигания, двигатель заурчал, бухнул, завелся! «КамАЗ» буксанул поначалу на траве и щебне, потом выскочил на камни и пошел, пошел вылезать на дорогу, размахивая незакрытыми дверями, как будто балансируя руками.
Фархат в машине поднял голову, зыркнул глазами по сторонам, захлопнул крышку чемодана, дернулся было вон. Но маленький крепыш сунул ему под подбородок дуло:
— Стой, сука!
— Я тут ни при чем, ребята, — забормотал Фархат, — догоняйте его! — Но крепыш, не отрывая от него глаз, медленно протянул руку, потащил к себе чемодан с деньгами.
— Да догоняйте же! — в отчаянии крикнул Фархат.
Замешательство в рядах противника позволило Мукасею оторваться, хотя и не надолго. Вскоре он увидел в зеркало преследователей.
На горной дороге не очень-то обгонишь. Тем более здоровый, как шкаф, лязгающий, громыхающий, забрасывающий на поворотах и ухабах «КамАЗ». Сзади вертелся «жигуленок», совался то справа, то слева. Из него стреляли по колесам, но неудачно: дорога мешала прицелиться. Несколько пуль пробили обшивку заднего борта, а одна вдребезги разнесла правое зеркало заднего вида. Мукасей «полуослеп».
В одном месте дорога расширилась. Скалы справа отступили, обнажив широкую обочину, и «жигуленок», как видно, решился: пользуясь отсутствием зеркала, рванул в щель между крутым, почти отвесным, каменным
Мукасей узнал об этом слишком поздно: когда пять пуль одна за другой пробили правую дверь с той стороны. Одна из них ударила его в правое плечо, другая вдребезги разнесла приборный щиток. Охнув, Мукасей круто вертанул руль вправо. «Жигуленок» понял маневр, резко, с визгом затормозил, но опоздал. Железная стена «КамАЗа» притерла его к скале, заскрежетал металл, словно в гонках по вертикали. А когда «КамАЗ» ушел вперед, «жигуль» упал на крышу, перевернувшись еще раз, и так остался лежать посреди дороги.
И вдруг перед лобовым стеклом грузовика мелькнул знак «Дорожные работы», потом «Тупик», затем справа возникли какие-то строительные машины. «КамАЗ» влетел на горочку, и перед ним открылся зев подземного тоннеля с хилой полосатой деревянной заслонкой посередине. Снеся эту заслонку, Мукасей влетел внутрь, врубил фары и затормозил юзом. Впереди была куча камней, то ли завал, то ли недостроенный тоннель.
Не выключая двигатель, он подхватил карабин, оставленный водителем, выскочил из машины, бросился к выходу из тоннеля. И как раз вовремя: на горке показалась первая машина. Мукасей выпустил в нее несколько пуль, почти не целясь, и спрятался в темноту.
Пули Мукасея пробили лобовое стекло «волги», но не причинили вреда пассажирам.
Машина затормозила и задом быстро отъехала в непростреливаемую зону. Под прикрытием асфальтоукладчика бандиты собрались вместе.
— Я знаю эту дорогу, — со злым торжеством сказал Фархат. — Там тупик, теперь он от нас никуда не денется.
— Идиот, — отбросив дипломатию, процедил сквозь зубы Виктор Михайлович. — Он-то не денется, а нам здесь что, ночевать? У него там грузовик, который стоит два миллиона!
— Давайте, что ли, попробуем все вместе, — предложил маленький крепыш.
Подобравшись к краю простреливаемой полосы, они разом открыли огонь из всех пистолетов и ружей по черной дыре тоннеля. Мукасей еле успел упасть на землю, перекатиться за бордюрный камень, брошенный у входа. Пули свистели над его головой, щелкали о каменные стены. Одна пробила заднее колесо грузовика, и он с шипением осел набок.
Пальба прекратилась. Мукасей приподнял голову. Маленькие фигурки перебегали внизу от валуна к валуну. Он прицелился, выстрелил два раза. Одну фигурку подбросило, другая покатилась по траве.
— Нет, так не пойдет, — сказал Виктор Михайлович. — Погодите, я попробую с ним поговорить.
Пригибаясь, он подобрался поближе и укрылся за колесом катка.
— Эй! — закричал он, надсаживаясь. — Вы меня слышите? Не стреляйте! Есть предложение!
Мукасей замер в своей полутьме с карабином в руке. Другой рукой он прикрывал рану на плече — из-под пальцев сочилась кровь.
— Чего надо? — наконец крикнул он.
— Там тупик! — заорал Виктор Михайлович. — Тебе оттуда не вылезти! Но ты нам не нужен, нам нужен грузовик! Понял? Уходи, мы тебя не тронем!