Дубли
Шрифт:
– А если бы Вы решили прогулять? – Сёрбнув из стакана, спросил Тимошук.
– Мы на работе, ежедневно по десять одиннадцать часов вместо восьми, за которые зарплату получаем… и в выходные. Ну, живем мы практически в лаборатории. Это все знают. Кому же придет в голову, что мы прогуливаем?
Вошел Абрамов с каким-то свертком и сказал, что все готово. Но… нужно одеть спецодежду.
Спецодеждой, вынутой из свертка, оказались цельные комбинезоны с капюшонами, которые одели
«Знака качества не хватает». – Подумал Валерка – «В магазине такое, фиг купишь».
Войдя в ангар с «летающей тарелкой» Валерка, наконец, поймал ту эмоцию удивления и восторга, которая, почему-то, так запоздала. Перед ними был огромнейший экземпляр какого-то Сифонофора – это медуза-колония, но перевернутый наоборот и с ороговевшей сифосомой. Валерка глянул на Серёгу и понял, что тот в не меньшем восторге. Яна и Володя наблюдали за их реакцией.
«Видимо они ее такой, без «тазика» уже видели.
Ничто в сифонофоре не шевелилось, но запаха гниения, который мог быть, тоже не было.
– Так она висела? – Спросил Валерка.
– Висела. – Ответил Володя.
– Потрогать можно?
– Потрогайте – ответил Тимошук.
Валерка потрогал сифонофор. Он оставил ощущение абсолютной пластичной крепости. Никакой хлипкости в этом медузоидном образовании не было. Но КОРАЛ это тоже не напоминало, потому, как хрупкость тоже не ощущалась. Валерка взялся за край и слегка потянул вверх.
Сифонофор тяжело оторвался от пола. Но оторвался так, как будто его поднимали со всех сторон.
– Нужно его взвесить и вычислить объем.
– Уже – сказал Володя, и передал Валерке листок с цифрами.
Пока Валерка прикинул, чему может соответствовать удельная масса, Серёга потянул за какой-то «лепесток», сверху, но ближе к центру перевернутого Сифонофора, раздался щелчок и четыре лепестка поднялись вверх, чем-то напомнив двери открывающегося автомобиля.
Валерка вздрогнул и заметил, как все отступили на шаг назад. А Серёга наоборот потянулся вперед, чтобы разглядеть, что же открыли «лепестки».
– Ты на карусели давно катался?
Поскольку все молчали, и никто возмущения поведением Серёги не высказал, Валерка тоже потянулся вперед, и облокотившись на роговую поверхность, заглянул в открывшуюся нишу.
– Бионика – еле слышно, так, что мог услышать только Валерка, сказал Серёга.
– Красота – сказал
Действительно под «лепестками» располагались углубления, куда вполне мог сесть или даже прилечь человек.
«лепесток» если смотреть на него снизу, имел замутненную матовыми разводами прозрачность.
– Клетки медузы. – Сказал Валерка, как будто размышляя, но на самом деле его слова были обращены к Серёге. Это был ответ на его замечание. Искусственный объект не мог иметь клеток.
Серёга улыбнулся, искоса глянул на Валерку. Что-то потрогал и сказал:
– Огурец. Тепличный огурец.
К тому, что потрогал Серёга, это замечание отношения явно не имело.
Валерка понял Серёгину мысль. Серёга считал, что это выращенный из клеток сифонофора летательный аппарат.
«Вот пижон» – подумал Валерка. – «Ничего не понятно, а этот уже и построил гипотезу и бросился спорить в ее защиту».
Валерка поймал себя на ощущении, что чувствует голод. Ел он часов в десять, перед тем как отправиться в КГБ. Сейчас половина седьмого вечера, а печенье хоть и вкусное, но оно к чаю, а не чтобы нажираться.
Валерка даже удивился таким своим чувствам.
Человечество на пороге больших открытий, а он только о пожрать и думает.
– А где здесь ближайший ресторан? – Неожиданно спросил Серёга. – Надо, это дело отметить.
Яна и Володя с удивлением посмотрели на Серёгу. Абрамов все это время присутствовал чисто номинально.
– Тут Вы правы. – Ответил Серёге Тимошук. – ресторана я не обещаю, а поесть, сейчас организуем. А то, – Он усмехнулся, поглядывая на Серёгин животик – Вы еще оголодаете?
Они опять переместились в загородку.
Еда, которую в корзине поставили под дверь, была действительно отменной и никак не уступала ресторанной.
Горячая жареная картошка кружочками, по огромному куску абсолютно постной говядины без всяких прожилок, соус, салат из какой-то южной фигни и свежие огурцы. Огурцы были украшением трапезы. Это не были тепличные, толстые и гладкие до безобразия, которые помянул Серёга. В этом году Валерка еще не позволял себе купить таких огурцов. В магазине их не продавали, а на рынке цены кусались. Ну и конечно прекрасный белый хлеб – паляныця.
Конечно не ресторан. Но и не столовая.
– Шампанского не будет, – сказал Тимошук, когда Абрамов, как официант распаковывал свертки с едой и тарелками – но, насколько я знаю, против пива вы не возражаете?
Как раз в это время Абрамов достал еще запотевший трехлитровый бутылёк пива.
«Следили, когда мы вышли из казарм». – Подумал Валерка.
– Как раз по стаканчику хватит. – Съязвил Серёга. – хотя мне нравиться, как вы это организовали.
– Спасибо за похвалу, Сергей Юрьевич. – Сказал Тимошук улыбаясь. – Я передам начальству, что Вы остались довольны.