Дуэль Пономаря
Шрифт:
– Видишь, что творится? – Рыбак пристально посмотрел на лицо своего первого помощника. На губах того была лишь лёгкая ухмылка, казавшаяся приклеенной, глаза же не выражали ничего. Кикоз знал, что в присутствии шефа лучше сохранять бесстрастность.
– Вижу. – Кикоз не стал задавать никаких вопросов, зная, что старик сам скажет ровно столько, сколько сочтёт нужным.
– Угадай, чья работа? – В обычном состоянии Рыбак никогда бы не стал играть в такие загадки с подчинённым, но коньяк и пережитый испуг несколько растормозили наркодельца, и Кикоз
– Конкуренты? – Предположил эмиссар.
– Нет.
– Менты?
Старику надоела тупость помощника, и он открыл тайну, проговорив вполголоса:
– Пономарь!..
Это известие застало Кикоза врасплох:
– Как же он сюда прорвался?
– Это было его привидение.
Если бы помощник старика не знал своего босса, он бы подумал, что Рыбак немного съехал. Но, до сих пор, наркобарон не позволял себе мистифицировать своих приближённых и Кикоз принял эту информацию без излишней критики. Привидение, так привидение.
– Поэтому так… – Наркоделец стал говорить ещё тише, чем раньше, – Сначала займись обстановкой. Не хочу даже одну ночь валяться на нарах. И второе: достань мне Пономаря живым или мёртвым. Мёртвым – лучше.
– Можно использовать “старую гвардию”?
Под этим словосочетанием подразумевалась группа особо подготовленных зомби-наркоманов, которых муштровал и кодировал лично Гнус. Эти люди не чувствовали боли, инстинкт самосохранения у них напрочь отсутствовал, они были умны и осторожны, мастерски владели любыми типами оружия и, при этом, не раздумывали над полученными приказами. Несколько таких “гвардейцев” содержалось под стражей в той же Бутырке. Все остальные находились за границей с разного рода миссиями.
– Освободи тех, кто тут парится, и задействуй.
– Да.
– Теперь что с нашими будущими друзьями?
Рыбак уже несколько пришёл в себя и теперь был способен слушать и анализировать. Без лишних слов Кикоз описал своё утреннее путешествие, отметил реакцию Корня на все посещения и, под конец, рассказал о встрече с Призраком.
– Соглашаемся. – Веско сказал старик, видя, что его помощник считает запрошенную сумму несколько избыточной. – В этом деле расходы значения не имеют. И вот что… Приволоки мне завтра с утра Корня. Хочу на него взглянуть ещё разок…
Покинув стены Бутырской тюрьмы, Кикоз немедленно, по своему сотовому телефону сделал все необходимые распоряжения. Переложив покупку и доставку новой меблировки для Рыбака на плечи мафиози рангом пониже, он созвонился с одним из бригадиров боевиков и приказал тому устроить засаду на квартире Дарофеева.
– И предупреди своих парней что их дело – следить! Устранением займутся другие.
Бригадир подтвердил, что понял приказ и Кикоз, с чувством выполненного долга, отправился на квартиру Корня.
Если у Игоря Сергеевича до его первого, в новой жизни, астрального путешествия и был какой-то скепсис по поводу невозможности с ним происходящего, то теперь он полностью принял и возможность
Всю болтовню Изотова про жёсткие моральные нормы новая личность Дарофеева сочла если не бредом, то тем, чем надо пользоваться в последнюю очередь. Карма кармой, но кто запретит жить так, как хочется. Пусть для этого и придётся расплачиваться в каких-то будущих жизнях. Когда они ещё будут… А так, приобрёл – надо этим пользоваться на всю катушку.
Кроме того, как Пономарь подозревал, Сергей Владимирович рассказал и показал ему далеко не всё из тех возможностей, которыми может обладать человек. Поэтому он, подойдя к майору, отдыхавшему после визита к Вите, прямо спросил:
– У меня остались ещё какие-нибудь архивы?
– Да. – Не ожидая подвоха ответил Изотов.
– Можно их забрать?
Фээсбэшник с лёгким недоверием уставился на Игоря Сергеевича. Чтение личных записей старого Дарофеева могло вызвать у Дарофеева нового очередной стресс. Но сделать это рано или поздно всё равно бы пришлось. А целитель прямо-таки лучился от распиравшей его энергии и Сергей Владимирович посчитал, что Пономарь в его нынешнем состоянии вполне сможет выдержать сразу два шока за день.
– Я сейчас съезжу.
– Вместе?.. – С невинным видом задал вопрос Дарофеев. Он подозревал, что майор может забрать не все бумаги, попытавшись, тем самым, утаить некоторую часть самой важной информации.
– Это может быть опасным…
– Ничего, – Улыбнулся Игорь Сергеевич, – Прорвёмся.
В его мимике Изотов вдруг на мгновение узнал того, прежнего Пономаря, но наваждение кончилось, и перед фээсбэшником опять оказался незнакомый Дарофеев. Недоверчивый и хитроватый.
Стемнело уже давно. Сергей Владимирович, как и в прошлый свой визит, затормозил на подъездах к дому Игоря Сергеевича. Предупредив Пономаря, что отправляется на разведку, майор на несколько минут ушел из тела.
Дарофееву пришлось всё это время находиться с тем, что любой другой счёл бы трупом. Дыхание Изотова остановилось, кожа заметно побледнела. А когда Пономарь попытался нащупать пульс на похолодевшей руке, ему ничего не удалось найти.
Внезапно “труп” ожил и радостно сообщил, что ни в квартире, ни в подъезде нет никого.
Войдя в свою квартиру, Игорь Сергеевич автоматически разделся, разулся и, нащупав на привычном месте домашние шлёпанцы, с удовольствием погрузил в них свои ступни. Фээсбэшник наблюдал за этой сценой, но не проронил не слова, ожидая, пока до Дарофеева дойдёт то, что он сделал. Однако ожидаемой реакции не последовало.
Появившись в гостиной, Пономарь так же автоматически потянулся к стенному выключателю и зажёг люстру. В комнате царил полнейший бардак. Казалось, что здесь жила орда варваров, не знающих для чего нужен каждый из предметов обстановки. На полу валялись окурки, объедки, разорванные газеты, пахло блевотиной и мочой.