Дуэль
Шрифт:
Сам хозяин непонятного образования на манипуляции Пономаря не отреагировал.
Проанализировав свой промах, Игорь Сергеевич отрастил себе руку обратно и ринулся в бой. Теперь он знал как можно справиться с "нашлёпкой".
Перед Дарофеевым возник непроницаемо-чёрный шар. Блок защиты "чёрная дыра", но созданный вне тела. Трансформировав шар сперва в плоский блин, а потом в узкий высокий стакан, Пономарь надел его на отросток, обвивающий муладхару рыбаковца. Это сработало. Постепенно, корешок за корешком, целитель натягивал "чёрную
Сидящий у подъезда мужчина, казалось, не заметил перемен в своём состоянии. Осторожно, по сантиметрам, Пономарь вытащил "нашлёпку" и все отростки из тела зомби.
Незная, что делать с получившейся структурой, Дарофеев, не долго думая, сжёг её внутри оболочки из "чёрной дыры". Та впитала всю выделившуюся энергию и, когда целитель раскрыл блок, внутри него уже ничего не оказалось.
Через несколько секунд после того, как целитель завершил раззомбирование, невесть откуда появился Изотов, уже в весьма плотном теле. Майор моментально скрутил рыбаковца и повёл того, на удивление спокойного и несопротивляющегося в фээсбэшную квартиру.
Когда дверь отворилась, и на пороге возник согнутый рыбаковец, Дарофеев уже был в теле и встречал гостя. Сергей Владимирович, даже не отряхнув снег со своих ботинок, прошествовал в гостиную, держа пойманного за заломленную за спину руку.
– Жить хочешь? Говорить будешь?
– зловеще проскрежетал майор. Игорь Сергеевич и не подозревал, что у Изотова может быть такой, пронизывающий до костей голос.
– Буду...
– тихо ответил незнакомец сразу на оба вопроса.
– Кто тебя послал?
– уже спокойнее спросил фээсбэш-ник.
– Руку отпусти. Больно, - проигнорировав слова Сергея Владимировича сказал неприметный.
– Рыпаться?
– Да ни в жисть!
Изотов отпустил пленника. Тот сразу присел в подвернувшееся кресло и застыл недвижим.
– Кто тебя послал?
– повторил майор.
– Рыбак, - ответ прозвучал совершенно равнодушно.
– Этот, снайпер, с тобой?
– Пострел-то? Да, мы вместе... А что с ним?
– Напоролся на свою пулю...
– вставил вдруг Игорь Сергеевич и немедленно смутился своей резкости.
– Вот как...
– в голосе рыбаковца не было и следа удивления, словно для него вошло в привычку, что его друзья стреляют в самих себя.
– А ты кто?
– Я - Трупак...
– всё так же равнодушно проговорил рыбаковец.
– Задача?
– Прикрывать Пострела...
– А почему он целился с повязкой?
– поинтересовался Игорь Сергеевич.
– Ему так удобнее... Было...
– прозвучал ничего не объясняющий ответ.
– Ладно. Есть ещё кто в охоте?
– Сергей Владимирович вновь перехватил нить допроса.
– Есть. Трое.
– И всё?
– Всё.
– Где они и кто?
– Они на Тульской. В длинном доме. Квартира...
– трупак назвал номер.
– Все прошли через Гнуса?
– Да. Только я их мастей не знаю.
– Что они сейчас делают?
– Ширяются... Что им ещё делать? Бабу какую-то приволокли, вот и тешатся с ней с голодухи.
– С голодухи?
– не понимая переспросил Пономарь.
– Они только из тюрьмы, - пояснил Сергей Владимирович.
– Там с женским полом туго. Представить страшно, что они могут сделать с этой несчастной.
– А что...
– начал свой вопрос Игорь Сергеевич, но Трупак внезапно вытаращил глаза и тяжело задышал.
– Ширнуться!..
– прохрипел рыбаковец.
– Плохо мне!
Но не успели ни Изотов, ни Пономарь, сделать что-нибудь, как у Трупака на губах появилась пена, он забился в конвульсиях и затих.
– Сердце остановилось, - констатировал Сергей Владимирович, посмотрев на неподвижное тело, но целитель и так это понял.
– Что теперь? Поедем выручать прекрасную незнакомку?
– высказал предложение Дарофеев, надеясь, что оно пройдёт большинством голосов.
– Поедем, - Изотов вздохнул, понимая, что теперь Игоря Сергеевича не отговорить.
– А с этим что?
– Оставим тут, - поморщился майор, - я скажу ребятам, чтоб забрали.
Через пять минут друзья уже покидали квартиру, оставив в кресле коченеющее тело рыбаковца. Сам же Трупак был очень удивлён тому обстоятельству, что он не остался, как во все прошлые разы, витать около своего тела, а сразу понёсся по ослепительно яркой трубе. И лишь когда земной мир стал позади него едва различимой точкой, рыбаковец понял, что возврата в старое тело уже не будет.
Глава 22.
Яичница лежала на низенькой кушетке, обнажённая по пояс, почти не обращая внимания на то, что творилось вокруг неё. Её левая рука была задрана вверх и около подмышки, скрестив по-турецки ноги, восседал Секретарь. Рядом с ним, на расстеленной газете, лежал шприц с огромной десятисантиметровой иглой. Пальцы Секретаря растягивали кожу в недавно выбритой подмышечной впадине девушки.
– Кажись, нашёл...
– слова текли изо рта рыбаковца медленно, словно вязкая патока.
– Там же след должен быть...
– наркоманка чуть скосила глаза, чтобы видеть Секретаря.
– Есть... Но в него нельзя... Там кожа толстая...
Наконец, рыбаковец взял в руку шприц, прицелился и резким движением всадил иглу под кожу девушки. Та даже не вздрогнула. Держа шприц одной рукой, Секретарь пощупал пальцами другой место введения иголки.
– Кажись, там... Сейчас проверим...
Нарокобоевик, перебирая пальцами, расположил шприц параллельно ладрни и освободившимся большим пальцем попытался оттянуть поршень. Пластиковый баллончик сразу стал наполняться воздухом.