Дуэт

Грей Р. С.

— Ты не думаешь, что тебе следует научиться пить черный кофе? Этот глоток был по вкусу таким, будто я откусила кусок конфеты.

Джейсон сверкнул идеальной белоснежной улыбкой.

— Никогда в жизни не было кариеса.

Я положила телефон на стол, чтобы одарить его саркастическими аплодисментами.

Так прошел наш завтрак. Мы подкалывали друг друга, болтали, когда хотели этого, и молчали, когда это было необходимо. Мы проверили свою электронную почту и приняли звонки. Единственное, чего мы не делали, так это не обсуждали прошлый

вечер или нашу секс-вечеринку. Самой странной вещью было то, что меня это не волновало.

— Скоро будет награждение. У нас осталась неделя-две, прежде чем мы вернемся в ЛА, чтобы отрепетировать на сцене, — сказал Джейсон, глядя поверх своего телефона. Похоже, он получил такое же угрожающее письмо от нашего лейбла, что и я.

— Ну, тогда пошли работать, — сказала я, вставая и хватая обе чашки с кофе. — Если ты возьмешь мою гитару, я налью нам еще кофе и встречу тебя наверху.

Несколько минут спустя я пнула дверь в его спальню, аккуратно, стараясь не расплескать кофе в моих руках, когда маневрировала между сиденьями. Моя гитара опиралась на кресло, но когда я проходила мимо кровати, то заметила свое нижнее белье — кружевные красные стринги, — на подушке.

— Ты рылся в моих вещах? — спросила я.

Он развернулся, посмотрел на белье, затем на меня и дьявольски улыбнулся.

— Я увидел их на самом верху твоих вещей и подумал, что нам нужно вдохновение для нашего утреннего сочинительства.

Я засмеялась.

— А если нам удастся написать что-нибудь, тогда что?

Я подошла, чтобы вручить ему кофе, но прежде чем шагнула назад, он притянул меня за бедра и скользнул рукой по шву моих брюк.

— Тогда мы наградим себя.

* * *

Большинство того, что мы написали тем утром было полной фигней. Стихи, которые мог бы написать и пятилетний, притом этот пятилетний даже не очень бы старался. Я концентрировалась так хорошо, как могла, но каждый раз, когда Джейсон начинал играть, перебирая струны гитары, я начинала восхищаться его руками. Я думала о мозолях на кончиках его пальцев, как они чувствовались на моей коже, как они гладили мои бедра.

— Ты сосредоточилась на музыке или на чем-то еще? — спросил Джейсон, прерывая музыку и глядя на меня с подозрением.

— Я… — я остановилась и оглядела комнату, — действительно восхищаюсь тем, что ты сделал со своей комнатой. Особенно этой кучей вещей рядом с кроватью. Бродяжий шик.

Джейсон рассмеялся и положил гитару рядом с собой на диване.

— Думаю, на сегодня достаточно, ты согласна? — спросил он, обходя журнальный столик и забирая гитару из моих рук.

— Осторожнее с ней, — упрекнула я, когда он положил мою гитару рядом со своей.

Когда Джейсон обернулся, его брови были приподняты в озорстве, но я не шелохнулась. В кресле я была в безопасности. Тут я была просто другим музыкантом, пытающимся написать песню. Но затем Джейсон решил избавить меня от этого ощущения одним легким движением.

Он положил

руки на подлокотники кресла и наклонился, чтобы украсть у меня поцелуй. Я была в клетке из мягкой ткани кресла и его бицепсов по обеим сторонам моей груди. Я обвила руками его шею и притянула его ближе так, что ему пришлось согнуть руки, чтобы достать до меня.

Если бы мы поменялись позициями, я бы заползла на его колени, но Джейсон держал себя на весу, дразня меня расстоянием. Когда его язык скользнул по моей нижней губе, умоляя приоткрыть губы, я потянулась к пуговице на его брюках.

— Кажется жарко. Нам следует снять их, — сказала я, когда мои пальцы расстегнули молнию.

— Как любезно с твоей стороны, — дразнился Джейсон, поднимая вверх мою футболку.

— Я просто присматриваю за тобой. Не хочу, чтобы ты перегрелся, — засмеялась я, позволяя штанам упасть на пол, а затем улыбнулась на пару черных боксеров. Дамы и господа, давайте поаплодируем этому зрелищу.

— Ах, я уже чувствую себя лучше, — сказал он, прежде чем встать и снять через голову свою футболку.

Я снова упала в кресло и закинула руки за голову.

— Ну, надо же, как в корне изменилась ситуация, — пошутила я.

Он усмехнулся.

— У тебя есть три секунды, чтобы встать и раздеться, или шоу кончится.

— Что?! Это нечестно. Я думала, ты собираешься станцевать для меня небольшой танец. Я хочу увидеть твои движения. Мы могли бы использовать их для выступления на «Грэмми».

— Три, — начал он; его руки были скрещены на груди, а брови приподняты.

— О, да ладно, потряси для меня булочками.

— Два, — продолжил он, разгибая пальцы.

— НЕТ! — сказала я, подпрыгивая с кресла и снимая через голову футболку. Я слышала, как рвутся швы, но я бы разорвала футболку даже зубами, если бы это значило, что я снова пересплю с Джейсоном.

— Один с половиной, — дразнил он, когда я пыталась стянуть джинсы.

— Перестань считать! Это нечестно! — я буквально прыгала на одной ноге. «Чтоб вас, джинсы. Как вы могли встать между мной и моим оргазмом?» Я упала на пол и стягивала их так быстро, как могла. «Вот что я получила из-за того, что ношу облегающие вещи. Отныне я ношу только мом-джинсы, которые достают до моей груди».

Джейсон помог мне стянуть их с лодыжек, а затем схватил меня за бицепсы, чтобы поднять с пола и бросить на кровать.

— Ух ты, ведешь себя, как пещерный человек. Мне нравится, — подразнила я, заползая на середину кровати.

Как обычно, его одеяла были в беспорядке, а половина подушек были откинуты в сторону. Должно быть, он пинается, когда спит… или, может, он спит, распластавшись. «Голышом. Со взбитыми сливками».

Он покачал головой.

— Неплохо, неплохо. Теперь бей себя в грудь, как Тарзан, — добавила я, подмигнув.