Дурь
Шрифт:
На взгляд Михаила это действительно чрезмерная опека, но это опека родителя. А Михаил – он другой. Он не родитель и не хочет быть родителем для нее. Он хочет быть для нее кем-то больше, но жаль, что он не может связать слова правильно, чтобы объяснить это Насте. Да и смелости у него пока на это не хватает.
Глава 3
9 утра следующего дня, а Михаил уже в кабинете отдела. Он не опоздал, впрочем, он никогда и не опаздывает. Исключениями бывают только действительно вынужденные случаи как плохое самочувствие, например. Кабинет сейчас выглядит пустым. Возможно, потому что
На столе все также лежит папка со списком подозреваемых, которых сегодня придется объехать. Кататься по всей Москве с одного угла в другой по этим чертовым пробкам. И какого хрена их угораздило расселиться на такие расстояния? Почему все преступники не могут жить в одном районе, чтобы не катать километры от одного к другому? На такие тяжелые вопросы, пожалуй, попробует ответить зомби-ящик, закрепленный на стене у стола начальницы. В новостях по телевизору сообщают об имеющихся пробках по Москве, и никуда от них не деться. К тому же Михаил замечает, что своим выпиванием кофе и перещелкиванием каналов телевизора, он уже час сидит в кабинете. Надо ехать.
У Михаила тоже есть машина. Это тоже дорогой с заряженным двигателем внедорожник, как и у начальницы, только немецкий и не бронированный. У обычного федерала на такую машину зарплаты никогда не хватит, а у Михаила есть Настя с ее дядей и «встречами одноклассников», которые регулярно приносят большие деньги. Иногда возникают вопросы, почему никто не интересуется их сторонними источниками дохода, но генерал Нечепуренко как-то на это сказал: мы живем в демократической стране, где у каждого есть право на собственный бизнес. Это был какой-то намек на то, что гендиректору ФСБ все равно, откуда у Михаила машина стоимостью несколько миллионов. Чем же тогда занимается гендиректор, имея такую философию?
Поставить номера ФСБ и проблесковый маячок на нее все же разрешили. Так что Михаилу, как и Насте, не нужно пересаживаться со своей дорогой машины на дешевую служебную. Комфорт на работе важен, сколько бы не отрицали в обратном.
Итак, следующим по списку подозреваемых является странный тип русской национальности. Михаил всегда предполагал, что такую черную работу сваливают на нелегальных приезжих, которые за копейку готовы сделать почти все, что вздумается. Однако, в списке уже второй русский. Это и стало причиной ехать к нему в первую очередь.
На Смоленской набережной плотная текучка машин, преимущественно дорогих классов. Оно и понятно, куда приехал Михаил. Непонятно только то, что подозреваемый проживает в дорогостоящем доме на Смоленской набережной. Михаил заводит свой вездеход во дворы в надежде там найти место, чтобы встать и никому не мешать. Честно говоря, в центре Москвы, в таком районе, да и на большой машине это будет немного сложно. Через полчаса кручений вокруг дома федерал, наконец, находит удобное место поставить машину, после чего направляется в дом. Дверь в квартиру подозреваемого открыта, а сама квартира пуста.
Пользуясь случаем
Дом следующего подозреваемого похож на дом и первого. Такой же старый и дряблый и в таком же подобном районе. Опять та же вонь в подъезде. Как же это невыносимо! Похожая прогнившая дверь, только на этот раз приоткрыта и выбивать ничего не надо. Михаил осторожно ее открывает, попутно вытащив пистолет. Тихо это не особо получается, потому что она довольно сильно скрипит. Аккуратно обойдя коридор и кухню, федерал обнаруживает в комнате тело человека, лежащего на животе. По всей видимости, здесь кто-то уже побывал и явно не по дружбе, если этот человек уже мертв. Сюда тоже нужны криминалисты, только на этот раз пусть будет сам Витков. Он – профессионал своего дела и быстро тут во всем разберется.
Через час Витков уже прибыл на место и в своем рабочем халате. Повсюду аккуратно передвигаются его помощники и фотографируют все вокруг со вспышками и странными щелчками. Михаил и Алексей стоят в коридоре, чтобы никому не мешать работать.
– Судя по всему, от него решили избавиться свои же. – Делает свой вывод Витков.
– Алексей, ты можешь определить, кто здесь побывал? – Спрашивает Михаил.
Криминалист окидывает взглядом всю квартиру, в которой довольно убрано. Нельзя сказать, что тут везде бардак и грязь.
– Похоже, что дверь открыла сама жертва. – Отвечает он и делает паузу, чтобы рассмотреть труп в комнате. – Мы проверим жертву на тесный контакт с убийцей.
– А ты сможешь еще проверить адрес другого подозреваемого на Смоленской набережной? – Спрашивает Михаил, рассматривая пол.
– Я тебя понял. – Отвечает Алексей, также вглядываясь в пол. – Там тоже мог быть убийца. – Затем он протягивает руку к Михаилу. – Дай мне адрес, чтобы я проверил.
Спустя еще какое-то время, Михаил снова стоит на улице и проверяет список подозреваемых, в котором остается последний. С тех пор прошло уже несколько дней, шансы того, что последний останется жив, почти равны нулю. Если и он будет убит или вовсе отсутствовать, то дело придется продолжать, основываясь на своих догадках и одном подозреваемом, что, разумеется, мало. Михаилу только стало грустно от этих мыслей.
Квартира последнего подозреваемого находится в доме, похожем на квадрат. Неудобный дом с неудобным двором. Да еще и состояние дома оставляет желать лучшего. Здесь закончится поиск улик и подозреваемых. Михаил осматривает наличие машин во дворе. Свежие следы колес, любой автомобиль с недавно заглушенным двигателем – ничего путного нет. Однако, тишину резко прерывает звук домофона, и у одного из подъездов открывается дверь. Федерал не может поверить своим глазам, что последняя его цель не только жива, но еще и свободно передвигается, ни о чем не подозревая. Он осторожно начинает подкрадываться к преступнику, используя машины в качестве укрытия. Преступник все же замечает передвижения Михаила и ускоряет шаг, направившись к арке.