Дурнушка
Шрифт:
Он идет к нам своей бодрою легкой, юношеской походкой и улыбается нам издали.
— Красивая картина! — кричит он весело, охватывая одним общим любящим взором меня с моим Мики на руках.
— Если бы
Мой муж склоняется к ребенку и целует его влажный от жары лобик.
Сердце мое преисполняется благодарности к Сергею.
Мики всего семь-восемь месяцев, а ему уже посвящаются стихи. И кем же? Одним из лучших писателей нашего времени.
Мои глаза сияют. Улыбка разливается по лицу.
Я счастлива большим сознательным счастьем. Я знаю теперь одно, что ни удовлетворенное тщеславие, ни красота, ни успех — ничто не сравнится с этим чудесным, дивным чувством материнства.
— Мики! — шепчу я с пылающими щеками, сильным, окрепшим голосом, когда мой муж отдохнув немного с нами, снова идет работать в дом. — Люблю тебя безгранично, мой мальчик! — и я прижимаю головку ребенка к груди.
Темные
Весь он, маленький, беспомощный, милый, тут около меня, у моего сердца…
И с каждым взглядом его синих глазенок, с каждой улыбкой крошечных губок, я чувствую новую волну новой силы, вливающейся в меня могучим и быстрым наплывом.
Я острее, чем когда-либо, сознаю мое счастье, когда любуюсь Мики.
Я — мать, и это сознание наполняет всю мою душу невыразимым блаженством… Я любима, пусть теперь только инстинктивно, потом буду сознательно безгранично любима этим крошкой, моим сыном… Эти глазки впервые блеснут сознательно для меня одной, эти ручонки обовьют мою шею в горячем порыве сыновней любви.
— Мой Мики, мой первенец, мой единственный и любимый! — шепчу я, почти задыхаясь от жгучего порыва материнской любви.
Слезы счастливые, радостные, блаженные текут по моим щекам и падают на темное темечко, на розовые щечки моего ребенка, моего Мики…