Душа Императора
Шрифт:
«В быту» — додумал я, вздыхая, и поймал насмешливый взгляд главы Гильдии.
— Не завтра и не через неделю, но чуть позже я отправлю всех желающих домой. Это я обещаю. — Арханцель отхлебнула из бокала с водой. — По поводу Маргариты ваши опасения имеют основания. Решение о возможности покинуть наш мир с душой последнего Императора будет принимать совет Гильдий. Главы Гильдий соберутся здесь, в резиденции нашей Гильдии, не позднее чем через две недели. До тех пор вы можете чувствовать себя здесь как дома. Хотелось бы добавить, что для общей безопасности вас и хранимых вами знаний будет лучше,
— Мы слишком громко думаем, ребята… — Прокомментировал я опасения Арханцель.
Арханцель и Тальцус покинули нас через несколько минут, кинув мне на прощание просьбу держать меч из тумана в моих покоях, если я соберусь прогуляться за пределы резиденции. То, что Аранис крутится где-то поблизости и появится при первом зове, я был уверен. Досыта вкусно наевшись и бесстыдно налакавшись, я откинулся на спинку кресла. Перед глазами оказалась Марго. Она была перед глазами постоянно, даже если я их закрывал или отворачивался. Но сейчас она, так же наевшись в удовольствие, откинулась на спинку и болтала с дайверами.
С нарастающим волнением я вспоминал сегодняшний насыщенный день: полет на птицах, наслаждение от обладания любимой, необыкновенной красоты женщину, каким-то неведомым образом оказавшуюся главой Гильдии псиоников. С той же ясностью пришло воспоминание о ссоре с Марго, но я быстро тряхнул головой, выгоняя это унизительное видение. Марго повернула личико ко мне, и впервые за ужин мы встретились взглядом. Сумасшедшие отношения. Ну, как же так можно? Как можно так играть живыми людьми, милая? Неужели это расплата за те минуты, когда я вижу в твоих глазах лишь свое отражение и мысли твои заняты лишь мной?
Я отвернулся, но тут же поднял взгляд обратно. Разве мне остается другой способ быть с тобой, кроме как играть по твоим правилам? Быть рядом когда ты хочешь, не говорить о чувствах, не требовать больше, чем ты готова дать… Все так? Я ничего не забыл? Есть ли шанс таким способом удержать тебя рядом с собой — в этом мире?
Как сильно ты умеешь ненавидеть, если на их совете мне дадут слово, и я буду против идеи отпустить тебя? Пусть ты будешь потеряна для меня навсегда… Но ты будешь здесь и я увижу своего сына…
Я сглотнул и поднялся из-за стола. Ребята подняли взгляды и замолчали.
— Я спать. Устал. До завтра. — Пробубнил я и быстро пошел вон.
Они молчали мне в спину, отчего стало еще неуютнее. Араниса поблизости не было, да, я и так помнил дорогу до своей комнаты. Пройдя по длинному коридору, я вышел в галерею, затем в сад и замер в нерешительности. Прямо посреди сада страстно целуясь, стояли Тальцус и Арханцель. Мгновенно почувствовав меня, они распустили объятия и посмотрели на меня с легкими улыбками. Теперь я был готов провалиться сквозь землю. На мгновение обернувшись к жене, Тальцус направился ко мне.
Арханцель же пошла в другую сторону, придерживая огромный живот. Интересно, они вслух общаются?
— Тальцус… — Начал я в нерешительности и понял, что снова буду пытаться оправдаться.
— Успокойся, Саша… — Хлопнул он меня по плечу удивленно. — Пойдем, присядем.
Я пошел за ним к ближайшей лавочке.
— Саша, в этой резиденции сейчас находится не меньше ста восьмидесяти псиоников.
Ты не поверишь, но они с ума сходят оттого, что твориться у тебя в голове…
— Да что я могу сделать? Может мне перебраться в Гильдию видящих, они там мысли не читают…
Тальцус задумчиво обернулся ко мне.
— Прежде всего, возьми себя в руки.
Я вздохнул, понимая его правоту и справедливость упрека.
— У вас действительно сложные отношения, Саша, я не отрицаю. Но ты склонен драматизировать и усугублять ситуацию своим максимализмом, свойственным твоему возрасту. Я хочу попросить выслушать меня спокойно и немного поразмышлять до того, как ты пойдешь спать. Так же, принимая во внимание твое желание остаться в нашем мире, настойчиво рекомендую попросить Араниса или другого свободного псионика дать тебе несколько уроков элементарной защиты. Прежде чем ты покинешь резиденцию, необходимо научится хотя бы закрывать свои мысли, чувства и эмоции от посторонних.
— Хорошо. — Согнулся я ниже.
— История ваших отношений насчитывает меньше полутора месяцев. Даже ввиду зачатого вами в первую же связь ребенка и вспыхнувшей в тебе страсти к Маргарите, это очень сложно назвать отношениями. Просто ощути, как мало в действительности прошло времени, хотя я могу предположить, что для вас всех время растянулось на значительно больший срок. Ты знаешь, она честно призналась тебе, что в ее душе и памяти живет другой мужчина. Это как история с душой Императора, Саша. Он погиб, но мы готовы бороться за него, пытаясь удержать его душу в нашем мире. Понимаешь?
Я быстро кивнул, вздохнув.
— Хорошо. — Он немного помолчал, закинув голову к темнеющему небу. — То, что ты делаешь сейчас, можно сравнить с битьем головой об стену. Нельзя заставить женщину полюбить себя. Дважды нельзя заставить полюбить себя женщину, которая к этому не готова. Для любого чувства нужна почва. А в душе Марго сейчас лишь пепел…
Я вскинул голову, хмурясь.
— Вот именно! Ты все это прекрасно знаешь… А чем отличаются голые знания от опыта, ты понимаешь? Опыт, это знания, которые ты научился применять. Вот и перестань биться головой об стену, требуя от женщины невозможного…
— Я не смогу остаться здесь, если она уйдет…
— Давай не будем рассуждать о том, что наверняка еще не известно. Вернее будет подумать над тем, что происходит сейчас. То унижение, на которое ты наталкиваешься при проявлении слабости или нежности, насколько я вижу — при проявлении любого чувства, отличного от голой страсти, — Тальцус улыбнулся, — это элементарная защита. Она не отталкивает тебя, это видят все, кроме тебя.
Более того, она тянется к тебе, пытаясь найти в тебе то, за что можно было бы зацепиться; благодаря чему можно было бы выбраться из того мрака, в котором она увязла с гибелью мужа. И что она встречает? Лишь твои претензии на то, к чему она не готова, чего в ее сердце и душе просто не могло еще успеть родиться за такой ничтожный срок — чувства. Это слишком эгоистично, Саша. Прежде всего, пойми, что эгоист в данной ситуации ты, а не она.