Душа Императора
Шрифт:
— Есть хочешь? — Спросил я Алгецу и она закивала. — В цинне?
— Да. — Безапелляционно ответила она и заползла обратно в прозрачный агрегат.
Брюки превращаются… Брюки превращаются… Ловким движением кресла разложились на лежаки. Отужинав, я растянулся, блаженно потягиваясь. Как я раньше не догадался разложить эти кресла?
Сложный выдался день, ничего не скажешь. Сомкнув глаза, я провалился в тяжелый сон, забыв обо всем. Картины пережитого прокрутились перед глазами в бешенных снах, где были и Арханцель и Сархат и Алгеца, пепельноволосый ангел-хранитель с серыми, почти прозрачными глазами. Среди ночи я открыл глаза и
Неужели обязательно нужно помучить меня этим взглядом? Чертова полукровка. Сжав челюсти, я повернулся на другой бок и все же закрыл глаза. Через несколько минут она отстала. Я все же смог уснуть. Проспав остаток ночи в каких-то безумных эротических снах, я проснулся поутру мокрый, как мышь да еще с эрекцией…
К обеду следующего дня все чаще стали попадаться маленькие оазисы. Вскоре и вовсе зелень взяла права у песчаных барханов. Мы остановились под пожухлыми пальмами на обед и отдых. Накатывала усталость, будто мы бежали это расстояние трусцой. За обедом я понял, что на месте мы будем лишь к обеду следующего дня.
Точно, мы же вылетели в обед… Как я забыл! Значит, еще одна ночь с ней в цинне.
Я начинал ее бояться.
Женщины, даже самые молодые и неопытные, начинают необыкновенно меняться, найдя предмет вожделения. Движения, взгляды, дыхание… Даже запах меняется на некий привлекательный необъяснимый аромат, схожий с тем, по которому находят своих самок самцы диких зверей. А это была почти ланит! Как я мог объяснить ей, что просто боюсь ее? Будь ей триста, как Кларисс, все было бы проще. Но это же почти ребенок! Девушка, попавшая в необыкновенные приключения с неким мужчиной, вполне привлекательным и… доступным? В моем родном мире в подобной ситуации единственной гранью, разделяющей нас, стало бы изделие № 2. Тут же передо мной была полукровка расы, исчезнувшей на земле тысячи лет назад. Недоступная для людей, запретная, опасная.
Размяв ноги и подкрепившись, мы забрались обратно в цинн. Алгеца подняла в воздух прозрачный агрегат и понеслась, уже медленнее, чем в пустыне.
Ужинали мы так же в сумерках. Самостоятельно обрисовав круг зыбучим энцем, я взглянул на студентку и отвел взгляд. Не сильно волнуясь о ее комфорте, забрал оба одеяла. Устроился под покатым боком цинна.
— Саша? Ты что? — Студентка выглянула из цинна.
Ярко красный закат и пальмы: куда более романтичная обстановка, чем требовалась нам в нашем скромном путешествии. Сглотнув, я все же встретился с не совсем искренне удивленным взглядом.
— Ты волнующе притягательна… — Тихо ответил я. — Но ты полукровка. Я просто боюсь тебя. Иди спать.
Челюсти сомкнулись, и светлая головка девушки исчезла внутри прозрачного агрегата.
Англаштен был другим. Вокруг города — стена и башни летунов с маяками. Внутри — каменные трехэтажные домики и улочки с булыжными мостовыми. Но Англаштен был другим. В нем терпкими непривычными ароматами смешивались сотни запахов. В нем стояла влажная жара, мелькали черные азиатские лица и соломенные шляпы. Но это не походило на города нашего
Я обратил внимание, что камни на браслете погасли, как только мы покинули Объединенные Земли. Здесь были Гильдии. Но многое в них было по-другому.
Алгеца обняла меня на прощание тепло и нежно, с легкой грустинкой во взгляде. Я обещал скоро появится в Зальцестере и рассказать, как мы поднялись в Мертвые горы. Опять же, я помнил об обещании познакомить ее с Кларисс. Она улыбалась.
Было бы проще воспользоваться порталом, но ей предстояло пилотировать цинн обратно в Баэндар. Да и деду нужна помощь. Она не заходила в город, стремясь быстрее вернуться обратно. Любопытство ей не было свойственно абсолютно. Редкое качество для девушки, но вполне логичное для ланита, который все успеет узнать и увидеть — в свое время.
— Англаштен. — Сказал я лежащему на ладони кольцу и оно, к моему удивлению, послушалось. Не только карты Объединенных Земель, оказывается, были заложены в него. Найдя ближайший ко мне указатель гостиного двора, я ступил на незнакомую улочку.
Приняли меня обычно: без особого радушия и какого-либо лобызания. Заплатив за неделю вперед, я направился в порт. Не знаю, что я хотел там увидеть. Ноги сами понесли меня туда, где через несколько дней причалит кораблик Марго. Болтаясь без дела по городу, к вечеру я решил облагодетельствовать англаштенскую Гильдию видоков. Без дела я тут неделю не просижу. Туда и направился.
Впервые я оказался в этом мире совершенно один. Каждую минуту до этого я чувствовал за спиной поддержку дайверов или Гильдий. Теперь же я был абсолютно один в незнакомом городе незнакомого мира. Упади мне кирпич на голову — я просто умру. И никакая их магия меня не спасет. Только вот почему я так начал беспокоиться за свою жизнь? Никогда она меня особо не волновала. Что я потеряю?
Что будет важно?
Так или иначе, псионикам удастся отправить Марго в родной мир, где она родит нашего ребенка… Я сжал челюсти и закрыл глаза, такой неожиданной болью пронзила меня эта мысль. Я был важен для себя потому, что был нужен им. Даже, если они не осознавали этого и отталкивали меня. Как я мог их оставить? Как?
За оставшиеся до прибытия корабля дни я разобрался с несколькими делами внутри Англаштена. Они платили не особо щедро, но были очень благодарны за неожиданную помощь. По крайней мере, я чувствовал себя нужным в эти одинокие жаркие будни.
«Портал в резиденции Гильдии магов».
Это послание, врезавшиеся в мысли с силой пудового молота, вывело меня из оцепенения обеденной дремы. Я вскочил с кровати, на которой привычно просыпал обеденную жару, и начал одеваться. Через пять минут, выскочив на улицу, я нашел здание на проекции из кольца и пошел по знакомой улочке.
Внутри переворачивалось волнение, будто я иду на первое свидание. У ступеней обозначенного как здание Гильдии магов строения стояли Тальцус и Ахельцес. Я подавил желание обнять их, но улыбку скрыть было невозможно. Пожав друг другу руки, мы направились к порту. Дорогу я знал, как свои пять пальцев. Оба псионика поглядывали на меня как на жертву голодной войны, но молчали. Сдававшие нервы и абсолютное отсутствие аппетита делали свое черное дело.
Когда я увидел приближающийся кораблик, колени предательски задрожали и в горле встал ком. Марго…