Душа планеты
Шрифт:
Пока я созерцал все это, противница вновь растворилась в воздухе, как и ее оружие, вырастающее прямо из рук.
– Пока я жива, вы все еще в опасности, – послышался голос. Было заметно, что слова давались ей с трудом, наверное, Брайан хорошенько пришиб ее Даром. Она отступила и больше не собиралась нас уничтожать. По крайней мере, сейчас. Я гадал, сильно ли ей досталось и сможет ли она напасть исподтишка. Но проверять не хотелось.
– Ну-ка ходу отсюда, – я кивнул головой в сторону выхода.
– Идите. Я.. догоню, – сдавленный, осипший голос Брайана. Парень жадно глотал ртом воздух, дрожащими пальцами
– Будем ждать в оранжерее.
***
Невидимка убиралась прочь. Он чувствовал ее боль и неудовлетворение проигрышем. Но его волновала не она.
Те люди, что живут за этой дверью.
Брайан отошел от входа в квартиру и прижался к стене напротив. Перед глазами все еще стоял туман, и комната мерно качалась из стороны в сторону. Он обоими руками не прекращал трогать шею, все еще глубоко и жадно дыша. Красный воспалившийся след окольцовывал ее. Потом будет синяк. Надо будет как-то его скрыть…
Парень сосредоточился на номере квартиры, выдолбленном в железной двери. 17899. Цифры двоились, и он сморгнул. Не помогло.
Брайану так хотелось нажать на кнопку звонка… Что бы открылась эта дверь, и его встретили улыбающиеся лица родителей. Он бы обнял их и рассказал, что случилось, они бы пожалели… Никто никогда не жалел его вот уже на протяжении семи лет. Да и не сильно-то Брайан в этом нуждался. Последние несколько лет он был совершенно один, и ему удавалось как-то жить без всяких успокоений и утешений. За устойчивой ко всему маской скрывался брошенный родителями ребенок. Но он никогда этого не скажет. Никому. Даже себе.
Дверь соседней квартиры открылась, и оттуда вышла низенькая щуплая старушка.
– Ох, ты господи, что тут такое было? – она оглядела прижавшегося к стене, сгорбившегося парня и то, что осталось от растения в горшке, а именно – рассыпанную землю, керамические осколки и валяющийся рядом цветок с оголенными корнями. – Сынок, с тобой все в порядке?
Брайан заметил бабку только тогда, когда она к нему обратилась, поглощенный своими мыслями.
– Да-да, – ответил он, стараясь не слишком выдать своим голосом то, что его только что чуть не задушили. Да еще и побочные действия Дара из-за бункера-магнита. Вот-вот из носа пойдет кровь, ведь он потратил много энергии, что бы ударить ею противницу. Тут ему в голову пришла идея. – Здесь живут Ирон и Анна Формоза?
– Да, но их сейчас нету дома. Я видела, как они куда-то уходили, - ответила старушка, кажется, удивившись вопросу. Брайан с облегчением вздохнул. Приспешница СВ их не тронула.
– Передайте, что их сын заходил. Вот, – он снял с себя серебряный христианский крестик, приобретенный тогда, когда его крестили, и отдал бабушке. Она пожала плечами и взяла украшение, еще теплое от груди парня. Брайан не был уверен, что она передаст, но по-другому обозначить свое существование не мог. Да и не хотел. Очень волновался и не знал, как воспримут его внезапное «воскрешение».
«Надеюсь, СВ не будет их трогать»… Хотя, он не в праве с уверенностью это гарантировать. А теперь, когда его родителей обнаружили, скрывать свое присутствие не имело
Парень оторвался от стены и пошел к лифту. Старушка долго смотрела ему вслед.
***
Я и Эвелиса стояли на крыше, окруженные пестрой зеленью растений вокруг. Оранжерея… Правда, это была не самая большая оранжерея, да к тому же и крытая. Растения, содержавшиеся в ней, отгораживал от основного мира стеклянный купол, и они не вились по стенам небоскреба. Но все равно было красиво.
Я посмотрел вверх. Голубое небо над стеклянным куполом, окруженное зеленым узорчатым абажуром растений. Меня успокаивал этот вид, но все же, не давал забыть, какая опасность нам все время грозила.
Брайан поднялся в оранжерею, и мы вышли оттуда на некрытый стеклянный мост. Я огляделся. Хотя и привычно, но все же немного странно было находиться над туманной пропастью между небоскребами. Кругом, между зданиями возведена паутина стеклянных мостов, находившихся на разной высоте. Всюду высились громадные стеклянно-металлические здания, между которыми они протянуты. Я видел через прозрачные окна и стены, как внутри домов толпятся и ходят люди… На стенах висели огромные цветастые голограммные рекламные щиты. На одном из них я прочел: «Научная экспедиция снова летит на Онорак в сопровождении журналистки нашего голожурнала Алисы Ден 26 февраля. Читайте на первой полосе английского журнала «Мировые новости»». Еще там был логотип того самого журнала – глобус и фотокамера, ремень которой был обвит вокруг подставки модели земного шара.
– Брайан, - окликнул я парня. Тот выглядел все еще хм… мягко говоря, неважно. Красный след на его шее распухал и становился все более красным. – Почему мы не действуем, и не пытаемся остановить СВ?
Я махнул рукой в сторону рекламы.
– Потому что мы все время были заняты спасением своей шкуры, – съязвил парень. Голос его был немного сдавленным и усталым. – А ты что-то можешь предложить?
Он осторожно пощупал шею правой рукой и поморщился от боли.
– Я могу предложить.
Мы оба обернулись. Странно было слышать такое от Эвелисы. Она произнесла это задумчиво, смотря на рекламу.
– Да-да, но прежде, чем ты расскажешь свою затею, давай-ка зайдем куда-нибудь поесть. И купим мне свитер с высоким горлом. И Деку новую рубашку, – перебил ее Брайан. Денег оставалось немного, а если я решу пополнить баланс на кредитке, то, как он сказал мне ранее, СВ быстро выследит нас по моему счету. Вот транжира, подумал я. Ну, еще подумал, что п. б. нам надолго не хватит. Брайан недовольно поежился, давая понять, что я, как он выражался, «слишком громко подумал». Я вздохнул, и мы пошли в кафе, находящееся на другом конце моста.
И тут я вспомнил кое-что и посмотрел на часы в личном голографе. 14:54. Я спешно огляделся по сторонам, как бы убеждаясь, что никаких признаков взрыва нет.
Глава 16
Онорак (возможно). Город-которого-нет. Бункер. Мед-отсек, 2114 год, 24 февраля, 18:23 по данным СВ. 17:03 реального времени.
Сатурна.
– Как ты себя чувствуешь? – Ральф подошел к кровати, обеспокоенно глядя на меня. Ну, мне показалось, что обеспокоенно.
– Заткнись, – проскрежетала я сквозь зубы.