Душа
Шрифт:
– Мама, ты, главное, не переживай, – ответил Джо. – У меня есть план.
Лицо Либбы Гарднер сморщилось, словно она взяла в рот дольку лимона.
– Опять ты со своими планами. Не забудь придумать запасной план, если первый вдруг провалится.
Джо растерялся и сам удивился этому. Мама никогда не одобряла его замыслов, тогда почему он решил, что в этот раз всё будет иначе?
Либба вздохнула.
– Джо, – сказала она более ласково. – Разве для того мы старались дать тебе образование, чтобы в сорок лет ты приходил ко
– Да, но, мама… – оправдывался Джо.
Либби перебила его.
– Когда ты получишь постоянную работу, то наконец прекратятся пересмешки у тебя за спиной.
– Да, но, мама…
– Пойми же, – продолжала она. – Наконец-то музыка станет твоей профессией. Может, хотя бы ради этого ты скажешь «да»?
Джо открыл рот, чтобы возразить, но закрыл обратно. Что толку спорить, если маму не переубедить?
А может, она и права и это лучшее место, на которое он мог рассчитывать?
Джо глубоко вздохнул и сказал:
– Да…
– Отлично, – удовлетворённо сказала Либба.
Бз-з-з-з! В кармане Джо завибрировал телефон, но номер, отразившийся на экране, был незнаком.
– Алло?
– Как поживаете, мистер Г? – раздался знакомый голос, который он не сразу узнал. – Это Кудряш. То есть Ламонт. Ламонт Бейкер.
– Кудряш!
Джо был рад звонку бывшего ученика. Сколько же лет прошло? С тех пор как он выпустился, не менее десяти.
– Привет, парень! Как жизнь?
– Отлично, мистер Гарднер.
Джо поперхнулся.
– Для тебя просто Джо. Мы ведь уже не в школе.
– Замётано, мистер Гарднер. Короче, тут такое дело, – сказал Кудряш, переходя к сути. – Я теперь ударник в квартете Доротеи Уильямс. Мы открываем сезон, и первое выступление сегодня вечером в «Полутоне».
– Доротея Уильямс? – простонал Джо. – Ты не шутишь? Вот повезло так повезло! Да я отдал бы полжизни, только бы оказаться с ней на сцене.
– Ну что ж, – ответил Кудряш, в его голосе слышалась улыбка, – такой шанс у вас появился.
Сердце Джо бешено колотилось. «Я иду на прослушивание к Доротее Уильямс. Самой Доротее Уильямс!»
Доротея Уильямс – величайшая саксофонистка наших дней. Королева джаза Нью-Йорка. Сыграть с ней – это как сорвать большой куш.
Джо наспех пробормотал извинения и пулей вылетел за дверь. Скорее на метро! На нём он доберётся до Вест-Виллидж – района, где находился клуб «Полутон».
Двадцать минут спустя запыхавшийся Джо подошёл к зелёному кирпичному зданию с красным козырьком над входом. Он вошёл, перевёл дыхание и огляделся. По стенам вдоль лестницы вверх уходили чёрно-белые фотографии. Все его кумиры: Дюк Эллингтон, Джон Колтрейн, Майлз Дэвис, Элла Фицджеральд, Телониус Монк, Орнетт Коулмен, Диззи Гиллеспи,
Джо очень надеялся, что теперь настал и его черёд.
– Наконец-то! Привет, дружище! – раздался голос Кудряша, стоявшего у верхней ступеньки. Он вытянулся и раздался в плечах, с тех пор как они виделись в последний раз. Теперь он был обрит наголо, но оставался всё тем же круглолицым и добродушным парнем, как и в тринадцать лет.
– Привет, Кудряш! – сказал Джо, пожимая ему руку.
– Дружище, ты не представляешь, как Леон нас подставил, решив свалить из города! – сказал Кудряш.
– Понимаю! – Джо изо всех сил старался изобразить сочувствие, но считал, что ему неслыханно повезло, и про себя пообещал угостить Леона на славу, если встретит его.
– Рад, что ты согласился, – сказал Кудряш и провёл учителя в клуб.
Когда глаза Джо привыкли к полумраку, он увидел Доротею на сцене. Даже королева на троне казалась бы менее величественной, чем Доротея, оттенённая алым занавесом. Джо остолбенел от музыки, которую услышал. Голос саксофона был таким глубоким и насыщенным, что его хотелось пригубить.
– Эй, Доротея, – крикнул Кудряш. – Вот тот парень, о котором я говорил. Мой школьный учитель музыки. Мистер Гарднер.
– Зовите меня Джо, Доротея. Простите, миссис Уильямс. Приятно познакомиться. Поверить не могу. Это так волнительно, – на одном дыхании выпалил Джо.
Доротея опустила саксофон и посмотрела на Джо долгим оценивающим взглядом. Повисла неловкая пауза.
Чтобы как-то её заполнить, Кудряш сказал:
– Он сын Рэя Гарднера.
– Дожили, – сказала наконец Доротея. – Нам только учителей не хватало.
Джо беспомощно оглянулся на Кудряша. Она даже не слышала его и уже готова отказать?
– Забирайся сюда, Преп, – сказала Доротея. – Целый день тебя дожидаться?
Джо мигом заскочил на сцену. Он едва успел сесть за фортепиано, как Доротея щёлкнула пальцами.
– А что… – замешкался Джо. – Что мы играем?
Вместо ответа Доротея начала свою партию. Кудряш и басистка по имени Михо – худенькая дама в фетровой шляпе, опущенной на один глаз, – тут же подхватили ритм.
Джо сыграл пару аккордов, настраиваясь и прислушиваясь к ним. Через пару тактов он уверенно ударил по клавишам. Доротея повернулась к нему и приподняла одну бровь, словно хотела сказать: «Давай. Покажи, на что ты способен».
Джо глубоко вздохнул, закрыл глаза и вступил со своим соло. «Полутон», Доротея и Кудряш – всё заволокло дымкой. Остались только он и фортепиано. Течение уносило его вдаль – в океанский простор музыки.
Внезапно Джо понял, что вокруг воцарилась полная тишина. Он открыл глаза и увидел, что все уставились на него.
– Простите, – пробормотал Джо, снимая пальцы с клавиш. – Наверное, я несколько увлёкся.
– Джо Гарднер, – наконец сказала Доротея Уильямс. – Где же тебя носило?