Душа
Шрифт:
– И чего ж вам дальше-то не жилось?! – вопила та.
– Не сомневайся, многие люди мечтают о вечной жизни, – устало сказал советник.
Он впихнул душу в руки Джо.
– Поздравляю! А теперь вам пора!
Душа коснулась Джо и растеклась по нему, как ярко-зелёный зефир. Зал поаплодировал.
Глава шестая
Когда они остались одни, Джо отлепил от себя Двадцать два, и она снова стала прежней. Как и все новенькие, она мерцала, переливаясь оттенками зелёного цвета. Глядя на розовые щёчки и очаровательно неправильный прикус, Джо мог бы назвать её милой крошкой, если бы милая крошка не смотрела на него, как удав на кролика.
– Где это мы? – спросил Джо, оглядываясь.
Они очутились в музее, посвящённом Бьорну Т. Бёргенссону. В витрине были выставлены многочисленные награды доктора. Всплывающие голограммы демонстрировали эпизоды его жизни: Бьорн лечит пациента, Бьорн читает книжку целому выводку детишек, Бьорн принимает очередную награду…
Двадцать два проигнорировала вопрос.
– Слушай, наверное, ты был исключительно интересным человеком и вёл исключительно насыщенную жизнь, – едко заметила она. – Но вот как мы поступим. Посидим тут тихонечко, потом вернёмся, ты расскажешь, как со мной трудно. Я снова вернусь к своей прекрасной не-жизни. Ну а ты отправишься в Мир после.
Джо поднял руки.
– Постой.
– Расслабься, ничего не поможет, – перебила его Двадцать два. – У меня была целая куча наставников. Мне уже всё понятно про Землю. И я туда не собираюсь.
– Погоди, – умоляюще
– Фу! – Двадцать два содрогнулась. – Мне и тут хорошо. Живу, никого не трогаю, плаваю себе в тумане, решаю кроссворды, а раз в неделю меня таскают на эти Семинары. Тоска, конечно, но я знаю всё наперёд.
Джо решил быть с ней откровенным.
– Послушай, дитя… Я должен признаться. Меня зовут не Бьорн Бёргенссон. Я даже не наставник!
– Ой, насмешил! Реверсивная психология! – хмыкнула Двадцать два. – Доктор, а ты продуманный.
– А-а-а, – застонал разочарованный Джо. – Как тут показать иную жизнь?
Двадцать два подозрительно глянула на него, потом вытянула панель управления из пола и плотно прижала руку Джо к сканеру. Голограммы Бьорна Бёргенссона исчезли, а вместо них замелькали хорошо знакомые Джо эпизоды.
– Что за чушь? – воскликнула Двадцать два.
– Это… моя жизнь, – Джо в изумлении оглядывался.
Двадцать два рассматривала витрину, где появились несколько экспонатов: флакон одеколона и освежитель дыхания. На табличке была подпись: «1984. Я впервые обратил внимание на девочек».
Джо замер перед фотографией, на которой было несколько подростков. Среди них сам Джо, неловко стоящий у инструмента, и три юных рэпера.
– Моя школьная рэп-группа! – умилённо сказал Джо. – Но откуда это всё здесь?
Двадцать два фыркнула.
– Ха. От тебя.
– Тут ничего интересного! – воскликнул Джо, оттаскивая её от витрины. – Посмотри лучше сюда!
Конец ознакомительного фрагмента.