Душегуб
Шрифт:
— Блин, хватит уже выкать, е мое, чувствую себя каким-то стариком в больничной постели при строгом режиме, — и продолжил уже спокойнее: — Нет, не хочу.
Пожав плечами, мужчина тыкнул на приборчик в руке, а машина что-то пикнула в ответ; развернувшись, он повел меня. Шли мы где-то уже минут двадцать в полной тишине, однако все это время я запоминал маршрут и запахи, но вдруг он спросил без предисловий, когда мы перешли через подземный переход:
— Ну как, ты подготовился к первому бою?
Я усмехнулся в ответ:
— Нет, конечно, зачем?
От такого ответа он опешил и на мгновение
— Как это — зачем?! Ты хоть знаешь, против кого идешь сражаться?
— Ну, самолет, вроде, какой-то. «Стелс», по-моему.
— Ты что, даже не видел его стиль боя?!
— Ты не понял. Я же не сумасшедший…
Но тот не дал мне договорить и перебил тотчас:
— Нет, ты сумасшедший! Даже в незначительных поединках ММА или К-1, которые по силе уступают Лиге будучи вместе взятыми, бойцы изучают своего противника досконально и смотрят все его поединки. А после идут отрабатывать с тренером и расставляют приоритеты в бою. Я много лет работаю в Лиге и много повидал таких, как ты, но…
Теперь настала моя очередь перебивать:
— Ты не понял, — еще тверже сказал я и повернул голову к мужчине.
— Я тем и отличаюсь от любых бойцов ММА, что не изучаю противника, а вступаю в бой, будучи уверенным в своих навыках. Это мой стиль, и если кто-то посмеет упрекнуть меня в моей самоуверенности, пусть попробует провести хотя бы одну мою полноценную тренировку.
Я закончил так твердо, что мой проводник решил не продолжать и лишь тихо пробубнил под нос:
— Юнец!..
Спустя две минуты мы вдруг свернули в переулок и оказались перед большой железной дверью, которая бесшумно открывалась после перестукивания какого-то мотива проводника.
На пороге нас встретил ничем не примечательный «охранник» в кофте и джинсах:
— Что, сынишку привел посмотреть? Давно я тебе говорил, Михалыч, зря он так по боксу тащится…
«Михалыч» провел нас внутрь, прежде чем повернулся к знакомому и ответил:
— Это участник Лиги.
У «охранника» все вопросы отпали разом и он, ни слова не сказав, закрыл дверь за нами и уселся напротив нее на маленький табурет.
— До твоего боя еще полтора часа, не желаешь посмотреть на выступающих сейчас бойцов?
Я вздохнул:
— Все равно ничего не увижу, или тебе обо мне ничего не рассказали?
— Ну, почему же? Мастер Са лично направил меня провести тебя до ринга. Помнится, он как-то упоминал твой псевдоним… «Слепец», вроде?
— Угу.
В довесок к словам, я достал из кармана джинсов ту самую длинную темную повязку. Он остановился со мной, пока я распутывал ее.
— Можно?
Пожав плечами, я дал ему потрогать ее. Ощупывал он ее недолго, ровно секунд десять.
— А где прорези для глаз? В ней же ничего не видно?..
Взяв повязку, я демонстративно туго завязал ее на затылке и «глянул» на него с улыбкой.
— Мне это не нужно.
Он только открыл рот, но все слова провалились в легкие:
— А…
Не дожидаясь ответа, я щелкнул и пошел вперед по длинному коридору с гладкими стенами, где после каждого щелчка эхо возвращалось ко мне, и я мог прекрасно определить в какой стороне сколько поворотов и какой они продолжительности. Звук — удивительная штука.
Мужчина, имя которого, я, как всегда,
Раздевалка оказалась точно такой же, как и на арене Дмитрия, только на стуле оказался пульт от зомбоящика, транслируемого только бои на этой арене. Его я сразу вырубил и приступил к разминке, на которую потратил минут сорок и, вспомнив местные правила, положил обратно в сумку перчатки и снял кеды. Теперь я был готов и, выйдя в коридор, удивился тому, как быстро подбежал ко мне ретивый служащий и спросил:
— Вам больше не понадобиться комната?
На что я отрицательно покачал головой и он, закрыв дверь, крякнул что-то типа «Найдете меня здесь» и зашел в другую комнату коридора, по которому я и пришел сюда. До моего боя оставалось примерно полчаса, однако, кто знает, может бойцы передо мной закончат все много быстрей?
Открыв дверь, ведущую на арену, я поначалу испытал замешательство и немало удивился тому, как здесь тихо… Шум производят лишь двое в клетке, называемой ныне рингом. Да-а, народу было тьма, и все они были разбросаны будто бы по кучкам: сильные (коих было не так много) гордо стояли ближе к рингу, позевывая, а другие разношерстные бойцы внимательно следили за равными бойцами. Оба были слабее моего последнего противника на прошлом ринге, однако меня больше заботил другой факт: здесь присутствовало так много сильных противников! И это только русская Лига!! Улыбка сама лезла на лицо, а кулаки сжимались и разжимались.
Так я и стоял, прислонившись спиной к холодной стене, проникаясь местной «аурой», подготавливая себя морально. Но не прошло и десяти минут, как один из бойцов упал после пропущенного удара и растерял большую часть Ки. Кто-то остался стоять и досматривать, а многие стали создавать движуху и уходить куда-то в большие двери. Казалось, до конца сегодняшних поединков еще несколько часов, куда же все расходятся? Я все так же продолжал стоять, а люди заходили и заходили в дверь справа от меня, откуда я и сам не так давно вынырнул. Решив попугать местных «силачей», я мгновенно повысил свое Ки почти до предела и реакция последовала незамедлительно: кто-то, стоявший боком ко мне, испугался настолько, что его бешено колотящее сердце оглушало меня и он поспешил ретироваться побыстрей, сбивая толпу перед собой; кто-то посильнее лишь облился потом и отпрянул от меня. Хотя, скорее не от меня, а от «чего-то», чего он сам не мог физически осознать.
Однако, вышли не все: прямо на полу я чувствовал Ки сидящих людей в количестве четырех штук. Все далеко друг от друга и их сердца уже спокойны. Отметив, что те неплохо владеют медитацией, я стал ждать неизвестно чего.
— «Слепец», «Стелс», подойдите к рингу.
Совершенно не ожидав услышать свой псевдоним из рупора, я отпрянул от стены и краем уха услышал далеко в коридорах Лиги:
— Они уже начинают, давай быстрей!..
Пожав плечами, я исполнил желание рупора и встал перед зарешеченной дверью. Напротив себя в тридцати метрах я чувствовал спокойный Ки, похоже, это и был мой противник, однако он не стоял перед рингом, а словно затаился где-то в тенях, или вообще за дверью.