Душегуб
Шрифт:
Домой мы добрались очень быстро, ну, или просто быстро… не помню, помню лишь, что уснул, как только упал на плечо Алинки. Вроде, еще кто-то подбежал, но я уже спал.
Нюх-нюх: в нос вонзился запах еды и я вскочил с кровати, побежав на кухню, ориентируясь по запаху: рыба, мясо, рис, картошка, лапша, другая рыба… Пока добежал до кухни (метров шесть), успел сглотнуть галлон слюны и мне на мгновение показалось, что желудок уже насытился, переваривая ее. Однако, когда я открыл дверь, и, не замечая никого, накинулся
— Эй, Лешной жишель, — кинул я, с полным ртом, — ты есть бужешь?
Алекс только открыл рот, но я сразу перебил:
— Ну и отрыжно, мне бофе дофанефя, — и с его тарелки исчезло что-то вкусное и хрустящее… чересчур хрустящее.
— Во проглот, — доносилось из-за стола сквозь мое чавканье, — с костями глотает и не морщится… Он всегда такой?
— Да нет, — с удивлением произнесла Алинка, заглядывая в холодильник, — должен был уже остановиться.
Так продолжалось еще минут десять, вместе с моими воплями: «Аля, еще!».
— Добавки!
— Кончилось, — немного раздраженно пояснила Алина.
— Как, кончилось?! — ужаснулся я, — Куда?!.. О, Алекс, привет, а ты что здесь делаешь?
— Чаю попить зашел, — усмехнулся тот, — и не успел.
И тут я вспомнил, как залпом осушил три кружки и пожал плечами, извиняясь.
— А чего ты отрубился-то после поединка? На тебе не было ни царапинки.
Действительно, я ведь никогда не пробовал эту технику ранее, и использовать ее наобум было сродни глупости. Затраты Ки пополняются отдыхом и едой, впрочем, как и мышцы, а вот чрезмерное и необдуманное использование энергии может привести к истощению организма вплоть до смерти. Я так и объяснил всем.
— Ясно… — задумчиво протянула Алина, и усмехнулась: — А то я никак не могла понять: откуда она берется.
— О чем вы?..
Мы одновременно повернулись на Алекса и ответили:
— О Ки.
— Ки? — он ненадолго задумался: — А-а, эта та несуществующая фиговина, о которой твердят во всех школах боевых искусств?
— Ну… — начала Алина.
— Та штука, которой пользуются всякие монахи и ниндзя как для убийств, так и для скрытности?
— Ниндзя? Кто такие, почему не слышал? — вмешался я, однако меня никто не замечал.
— Да-да, она родимая, — подтвердила Алина.
Алекс громко и надолго рассмеялся, а когда остановился вытереть слезу, промолвил:
— Ладно, у всех свои странности… — И кстати, Кай никогда не упоминал, что у него есть сестра, — заметил Алекс, и продолжил, повернувшись к Алине: — Ты тоже участвуешь в Лиге?
— Отнюдь, — улыбнулась Алина, — я не специализируюсь на мордобое.
Алекс
— Ладно, мне пора…
У порога я спросил:
— Куда на этот раз?
— Не знаю, мне назначили встречу в Колумбии через пару дней, а там как получится… Кстати! — вдруг вспомнил он, — тебя вызывает декан по поводу пропусков.
— С каких пор деканы заботятся о студентах?
— С тех самых, когда студенты занимают первые места на межинститутских соревнованиях, — напомнил он, и уже серьезнее добавил: — Чем займешься, если отчислят?
— Начну убивать, — пожал плечами я.
Сперва он принял это всерьез, а потом нервно рассмеялся:
— Не шути так, я почти поверил.
Щелкнув замком, я повернулся к Алине:
— Что за Колумбия?
— Государство на севере Южной Америки.
— Хм… — издал слишком умный звук я, — А что за южнамерика?
— Ну, в общем… это далеко.
— Не умеешь ты объяснять… — покачав головой, высказал диагноз я, и едва-едва уклонился от пинка.
— Так что за ниндзя?
— Довольно интересные ребята, — загадочно поставила паузу Алина, — это японские Убийцы. Плохие Убийцы, так как о них узнали люди. Поэтому возникает три версии: либо они подражали настоящим Убийцам, либо не имели отношения к Гильдии Убийц и были просто разведчиками, либо же являлись прямыми потомками Убийц.
Вот так легко моя сестренка может подкинуть столько информации для размышления, и как будто и не заметила. А информации касательно выжившей Гильдии Убийц действительно много… Попрощавшись с Алексом, мы еще недолго посидели за столом с чаем, поговорили на незначительные темы, в которых Аля мимолетом упоминала Машу, которая скоро заглянет к нам, а после пошли спать.
Положив ладони на стол и, согнув средний палец, прижал его среднюю фалангу к поверхности стола, пытаясь поднять вверх безымянный, однако ничего не выходило: после сотни таких попыток ужасно болели места ниже казанков. Это очень, я бы даже сказал чересчур, выводило меня из себя: казалось, просто не могу поднять палец, аннет, не уступлю! Раз даже девушка может воспользоваться человеческой слабостью, то ее (не девушку) необходимо устранить!
— А-а!! Черт, да любись оно конем!.. — взорвался я с закипающей яростью — настолько это бесило. Спустя пару минут раздумий, я сжал в кулаке указательный и средний пальцы, скрепив их скотчем, и стал очень медленно подтягиваться на двух самых слабых пальцах человека: мизинце и безымянном. Научиться подтягиваться на одной руке было не так сложно, поэтому я, грубо говоря, усовершенствовал известную методику. Поначалу в помощь вступала Ки — мне даже просто висеть было чрезвычайно трудно, что уж говорить о пятикратном подтягивании, пальцы горели нездоровой болью.