Душехранитель
Шрифт:
— Семен Макарович, у меня к вам дело, — посетитель был непроницаем, и фамильярный пыл «казачка» значительно угас, тем более, начальник II отдела УБОП уловил странный, мягко говоря, взгляд. Несколько мгновений Андрей будто что-то выискивал у него над головой и, не найдя, опять посмотрел в лицо.
И все же толстяк снова расплылся в улыбке:
— Что за день сегодня? Что ни час, то звонок «сверху»! Эдак вы всех наших ребят разберете на свои нужды!
Флегматичный Серапионов тонко улыбнулся:
— Ребят у вас, я полагаю, на каждого ростовчанина по душе будет... не прибедняйтесь. Да еще и кормить чем-то
— Кого? — посерьезнел Семен Макарович.
— Гостей города. Джип «JM Grand Cherokee», цвет черный, номерной знак «С1064Н-54 RUS»... Машина в ужасном состоянии, на нее трудно не обратить внимания...
— Ну, на «Гранд Чероки» вообще трудно не обратить внимания... — прикинул Сташ.
— Совершенно верно. Итак, мы сработаемся?
— Конечно. А я как раз в столовую собирался, обеденный перерыв... Не откажетесь составить компанию?
Андрей не отказался.
— Вам назначено? — уточнила секретарша господина Кудряшова, не поднимаясь с места.
Саша остановился и внимательно посмотрел на нее:
— Во-первых, здравствуйте, — сказал он. — А во-вторых, доложите Павлу Васильевичу…
Секретарша невольно уменьшилась в размерах. В голосе посетителя звучали начальственные нотки. Мало того, в его выправке было что-то офицерское, а во взгляде — властно-сдержанное. С такими лучше не конфликтовать. Работой она дорожила.
Женщина уже хотела было нажать кнопку селектора, как вдруг помощник мэра сам возник в дверях своего кабинета. Увидев Сашу, Кудряшов улыбнулся:
— Ну вот, вы не заставили себя ждать! Очень рад, прошу!
— Добрый вечер, Павел Васильевич.
— Да вы присаживайтесь! В ногах правды нет. Кофе, чай? Или сразу к делу? Чем могу служить?
Чиновник уже не стал интересоваться у Андрея здоровьем его отца, ибо разговаривал с тем только вчера вечером. Что ж, видимо, в деле появились какие-то нюансы, если Серапионов-младший завернул к нему, перед самым окончанием рабочего дня, к тому же — накануне праздника. И еще одна странность: Павел Васильевич всегда обладал уникальной способностью запоминать человеческие лица, а вот в прошлый раз обошел вниманием довольно заметный шрам на скуле Скорпионова сынка. Да, шампанское, видимо, свою роль в тот день сыграло…
— К делу, — согласился Саша, раздумывая, чем вызвано столь неправдоподобное радушие закоренелого номенклатурного работника. — Вам, наверное, уже позвонили насчет меня?
— Да, да, я слушаю вас... — подтвердил Кудряшов. — И давайте сразу конкретику.
Он красноречиво посмотрел на часы, наслаждаясь хозяйским положением: все-таки, на его территории Серапионов держится менее надменно. Видимо, чувство субординации имеет место быть даже у такого…
— Дело в том... в том, что нам нужно небольшое сопровождение для безопасного отъезда из вашего города... Видите ли, господин Игнатов наверняка не говорил вам обо всех деталях этого дела. И, тем более, он еще не мог знать, что в квартире моей сестры Анны был обыск… Это произошло сегодня утром.
Чиновник поморщился. Что еще за сестра Анна? Ну да черт с ними со всеми, Анна
Андрей явно попытался «прощупать» его: Кудряшов ощутил попытку проникновения в сознание. И едва он вскинул глаза, возмущенный подобной наглостью (уж его-то в свое время научили защищаться от таких выпадов), как Серапионов отступил.
— Во сколько вам понадобится сопровождение?
— Примерно после полуночи.
— Вы для уточнения перезвоните мне за час-полтора, а я отдам нужные распоряжения…
— Благодарю вас, Павел Васильевич, — Саша поднялся.
— Всего доброго.
Молодой человек оставил кабинет в некотором замешательстве. Чиновник не захотел вникать в проблемы гражданки города, администрацией которого он руководил. Это, конечно, не удивительно, но другой на его месте из чистого любопытства попросил бы подробностей — неважно, стал бы он потом разбираться с проблемой или нет. Кудряшов — не попросил. Это раз.
И второе. Вот если бы сейчас с помощником разговаривал сам Игнатов (дядюшка «одержимого» Шурика), то столь милостивое расположение к нему Кудряшова было бы вполне объяснимо. А мотивация чиновничьего благодушия по отношению к Саше? Пусть он и трижды знакомый Игнатова… Странно. Кудряшов непрост. «Прощупать» его незаметно не удалось, а лезть нахрапом было нежелательно. Однако здесь что-то не так…
Саша беспокоился только об одном: чтобы не сорвался намеченный план. Всю дорогу он прислушивался — нет ли за ним слежки. Подозрительный чиновник вполне мог задействовать «топтунов», чтобы выявить, где живет его визитер. Восточная норма поведения — «в лицо улыбаюсь, за пазухой нож держу» — у политиков является единственным способом выживания. Но «хвоста» не было, и телохранитель благополучно добрался до Петрозаводской, где Николаю удалось снять для них квартиру.
— Все это, Шура, уже отдает тупым бегством в никуда!
Хоть Николай и пытался говорить тихо, Рената услышала его из соседней комнаты. Саша здесь!
Она протерла глаза, наткнулась на пластырь, приклеенный к виску, осторожно пощупала языком десну. Ноющая боль, конечно, осталась, но это уже совсем не тот кошмар, что прежде.
— Ты только сейчас это понял? — спокойно согласился Саша.
— Тогда — на хрена?..
— Круг сужается, скоро нас отыщут и здесь. Сидеть на месте нельзя, мы должны постоянно идти на опережение. Либо мы окончательно запутаем следы, либо нас вычислят и…
— Ой, да не морочь мне голову! Шо мы будем делать в Краснодаре?
— То же, что и здесь: ничего.
— Как нас вычисляют? У них шо, ЦРУ на посылках?.. Шайта-а-ан! Они бы так преступников ловили, во всероссийском розыске которые… У нас скоро закончатся деньги — и как ты себе представляешь дальнейшее? В «медвежатники» заделаемся? Под банки подкопы рыть начнем?
Саша не ответил. Шаги Николая.
— Ладно, Шур. Смена караула. Пойду перекушу. Она спит.
Хлопнула входная дверь.