Душехранитель
Шрифт:
Рената повернулась в изумлении и…
…Проснулась.
Его слова, его рука у нее на плече — тоже были сном. Двойное пробуждение. И Рената не была уверена, не спит ли она и теперь.
По крайней мере, телохранителя она обнаружила спящим, причем — спиною к ней. Девушка ущипнула себя, потрогала стену, лицо, сунула руку под перину, чтобы ощутить холод кроватной сетки.
— Ну когда же закончится это безумие?! — прошептала Рената, кусая губы от жгучей боли в исплаканных глазах.
— Он больше не приснится тебе, хозяйка! — вдруг отчетливым шепотом проговорил Саша. — Спи! Я здесь…
Она подскочила. Телохранитель
— Эй! — Рената потрясла его за плечо. — Саша! Вы меня слышите? Вы что-то сказали?
Саша тихо застонал во сне, развернулся, неосознанным движением сгреб ее и прижал к себе, как прижимают дети любимую игрушку. Рената замерла от внезапности произошедшего.
Чуть-чуть табака, мяты, хвойного дымка и какого-то старинного притирания, рецепт которого затерялся во времени… Всю свою жизнь Рената искала подобное сочетание ароматов, и вот оно, рядом — такое естественное, слегка диковатое, немного мистическое… Такое, что в нем попросту хочется раствориться… И это — запах кожи простого смертного мужчины, занимающего не бог весть какое положение в обществе! В романтических представлениях Ренаты так должны были бы пахнуть перья херувимов…
А кроме того, у девушки появилось чувство, будто теплая сильная птица спрятала ее под крыло или большой преданный зверь уступил ей свое плечо. Других эмоций не было — ни скованности, ни естественного в такой близости сексуального беспокойства. Рената ощущала себя маленьким ребенком, который каким-то чудом оказался в выстланном пухом гнезде. На веки навалилась тяжесть. Девушка забылась сном. Сном без сновидений.
ЗА ТРИДЦАТЬ ВОСЕМЬ ДНЕЙ…
Константин Геннадьевич не ожидал, что это плевое дело обернется такими сложностями. И даже когда вчера ему доложили о четырех потерях, он лишь раздосадованно выругался, а потом приказал убраться из дома на Сибиряков-Гвардейцев всем ребятам Матюшкина. «Не умеете работать — будете наказаны! — сказал он. — Звоните на мобилу Сокольникову, пугните их там, турните с места, пусть засуетятся, тогда и поглядывайте!»
То, что дочка Полковника с телохранителем покинули Н-ск по юго-западному шоссе, он знал. Будут ли они теперь гнать сломя голову? После звонка Камила — будут наверняка. Оставалось лишь заставить активизироваться для перехвата ребят из прилежащих районов. Но и тут все оказалось непросто: следы «Чероки» и его пассажиров затерялись. Теперь выход один: методично прочесывать по квадратам юго-западную область НСО. В деревнях американский джип — машина приметная. Обязательно найдется тот, кто что-то видел, что-то знает. Работа муторная, но вовсе не Константина Геннадьевича, или Саблинова, или Рушинского работа. Это занятие для «шестерок», вот пусть и дергаются. Главное — чтобы больше не облапошились, как в первый раз. «Проблемы у них!» Думали, девчонку голыми руками взять? Полковник тоже не дурак: чай, обставил дочурку псами верными, не худо вышколенными… За то матюшкинские и поплатились четверыми бугаями. Ну, ничего, впредь умнее будут, нахрапом на рожон не полезут. Пусть уж Ящер этим занимается, из первомайских, у Матюшкина и его кодлы кишка тонка…
Так рассудил Константин Серапионов и вскоре забыл об этом дельце. Разберутся уж как-нибудь…
А в эту ночь звонок застал его в ресторане «Восток», где они с Рушинским угощали одного важного араба. Нелегкими были переговоры, но теперь Мохаммеддин, по-восточному добродушно улыбаясь (а что там —
Для услады гостя Рушинский поначалу хотел заказать стриптиз, но Константину удалось убедить компаньона, что стриптиз и восточные танцы — это не одно и то же, что Мохаммеддин может их не понять и даже принять за оскорбление. Кроме того, Константин Геннадьевич не знал в Н-ске ни одной танцевальной труппы, которая смогла бы исполнить тот же танец живота более или менее прилично. Уж, видно, так сложилось, что пошлое виляние бедрами и агрессивная имитация фрикционных движений российской публикой принимается как подлинный танец азиатских наложниц.
— Господин Мохаммеддин говорит, — в паузе между песнями сообщил переводчик араба, — что видел много русских женщин, но самые красивые — сибирячки!
Мохаммеддин воодушевленно закивал, подтверждая слова толмача. Константин вежливо улыбнулся. Ему уже осточертело слышать расхожую формулу признания иностранцами пресловутой красоты северянок. Поговорить, как всегда, больше не о чем… Если еще учесть, что Сибирь — это «сборная команда» женщин всех национальностей бывшего Советского Союза, то заявления гостей Н-ска и подавно обесцениваются до абсурда. Ну, красивые так красивые. Главное — сидите вы в своих «арабиях» и не высовывайтесь без надобности.
Тут мобильник у Константина Геннадьевича пропел бравурный марш. Взглянув на дисплей, соучредитель корпорации «Salamander in fire» извинился перед гостями и спустился на первый этаж, в холл возле «мужской» и «женской» комнат, в нише между дверями которых белела псевдогреческая статуя женщины с чашей в руке.
— Слушаю тебя, бригадир! Везете?
— Шеф, проблема, — ответил голос Ящера. — Мы их потеряли, но не это главное…
— Ящер, вы не их, вы нюх потеряли, — в серых глазах Серапионова заплясали искорки зловещего юмора, а голос его стал еще тише и въедливее. — Знаешь, что я с вами сделаю, если завтра девки не будет у меня?!
Ящер не оплошал и не «перессался» от слов босса. Хотя обычно тон Константина и его вкрадчивая манера говорить вводила окружающих в ступор.
— Командир, мы ищем! — с достоинством откликнулся «бригадир» первомайских. — Дело щас в другом! К поискам подключилась бригада Котова, и не одна… Мы еле отмазались от стрелки. Они настроены серьезно, Константин Геннадьич…
— Откуда вы знаете, что это Кощей?
— Да уж знаем… Перетерли с одним, из ихних…
— Что говорит?
— Да ниче особо не говорит. Им тоже девка до зарезу нужна, вродь как…
— Понятно. Продолжайте искать, перезвоню.
Да, все усложняется… Константин Геннадьевич досадливо цыкнул, подумал несколько секунд и набрал номер. Несмотря на поздний час, ответили ему быстро. Он распорядился:
— Так, живо: на юго-западную трассу — минимум три поста. Особенно — на выезды из Новосибирской области. Интересует джип, «Jeneral Motors Grand Cherokee», цвет черный, номерной знак «С1064Н-54 RUS», в салоне мужчина и женщина. Мужчину ликвидировать, он опасен. Труп привезти, одежду не трогать. Женщина нужна живой, машина и все, что в машине, — целым! Всё.