Два царя
Шрифт:
– Из имеющихся 43 крепостей 9 нуждаются в серьезном укреплении, обороноспособны 21. В настоящее время серьезной угрозы для нашей страны нет.
– Хорошо, Хорхоруни. Завтра представишь мне список крепостей, которые нуждаются в укреплении, подготовь в ближайшее время также план работ. Ты свободен, встретимся утром на осмотре войск.
– Что скажешь, Арцруни? – спросил у Меружана принц, когда Хорхоруни, несколько пошатываясь от выпитого вина, покинул их.
– Этих сил достаточно против Каппадокии, Вирка или Агванка, но явно не хватит против Понта или Парфии,– с улыбкой ответил тот.
– Вот именно,–
– Не думаю также, что сумеем собрать за короткое время добавочное 40 тысячное войско, о котором говорил Хорхоруни.
Кстати, ты забыл о Цопке-Софене.
Арцруни в удивлении посмотрел на него.
– Государь, Цопк такое же армянское царство, как и наше. Оно не враг нам,– несколько растерянно сказал он.
Принц опять согласно кивнул головой и спросил:
– А какими силами располагает оно?
– Меньше нашего,– задумавшись на минуту, ответил Меружан. – Тебе следовало бы спросить об этом Хорхоруни – я могу ошибаться.
–Спрошу, когда надо будет,– махнул рукой принц. – Даже если мы объединим все силы, их может не хватить.
Тигран не стал уточнять, на что не хватит сил и что за силы он имеет в виду, а Арцруни не осмелился об этом спросить. С минуту они оба молчали, затем принц сказал:
– Настало время действовать тебе. Ты помнишь наш разговор в первую нашу встречу?
– Да, мой господин. Завтра же утром с первыми лучами солнца я отправлюсь в путь,– Меружан встал в готовности.
–Езжай, встретимся на коронации.
***
Устав писать, Гурас встал со стола, позвал дворецкого и приказал подать вино и фрукты. Он был занят составлением отчета о поступлении налогов за последние три года. Его отец, царь Тигран, сам не очень тяготился этой заботой, всецело доверяя ему. Человек довольно неглупый, но не лишенный тщеславия, Гурас встретившись с братом, сразу понял, что этого Тиграна он не знал и что перед ним прирожденный повелитель, которого следует опасаться всерьез. Прежнего отчаянного Тиграна, каким он его запомнил, больше не было. Отчаянность переросло в непоколебимость и непреклонность, ребяческое любопытство переросло в спокойный и несколько выжидательный интерес. Он оставлял впечатление человека, принявшего уже решение и отлично знающего, что надо делать. Теперь Гурас был даже рад, что не пошел на поводу у многих влиятельных родов, которые готовы были признать его армянским царем.
– Зачем нам царь, воспитанный при парфянских Вратах. Он чужой и не в состоянии понять и принять все то, что является основой нашего государства, наши традиции и обычаи, – убеждали они его.
Он ничего им не отвечал и не обещал, но решил не встречать брата.
Посмотрим, с чем и с кем явится он в ”Арташат,“ – думал он.
Пользуясь похоронами отца, Гурас втихомолку прощупывал настроение людей, благо все теперь явились, чтобы проводить усопшего царя в его последний путь.
Гурас быстро понял, что большинство представителей родов, хоть и не стоят за его кандидатуру, но им безразлично кто займет престол. И все же он не спешил делать первые шаги к занятию заветного трона. К тому же он всерьез опасался таких вельмож как Арцруни, Хорхоруни, полководцев своего отца. Они твердо стояли за преемственность власти. Особое опасение внушал
Этот был особенно проницателен и Гурас делал все, чтобы перетянуть его на свою сторону. Он обхаживал его, проявлял внимание и щедрость, обещал всяческие должности. Тот же прикидывался простаком, делал вид, что не понимает сыпавшиеся на него милости и в свою очередь прощупывал остальных. Поняв, что все те, кто обладает действительной властью и авторитетом однозначно стоят за законного наследника, он стал избегать встреч с Гурасом. Тот сразу понял в чем дело, и прекратил дальнейшую свою деятельность. Такой человек, как Багарат, обладал более тонким чутьем и лучше просчитывал шаги.
Теперь Гурас был доволен своим умением вовремя останавливаться и мог не бояться последствий. Опасение вызывал лишь никак не поддающийся отчет. Сначала, он хотел послать за казначеем, но передумал. Варас внушал ему отвращение. Этот маленький круглый человечек с постоянно бегающими глазами, был ловким дельцом и нечистоплотен в денежных делах. Многие были у него в долгу и не успевали даже оплачивать проценты. Откуда у него было столько денег, нетрудно было догадаться.
Приняв после недолгих раздумий решение, Гурас приказал оседлать коня, и через час был уже во дворце. Ему доложили, что принц занят со своими полководцами и, прибывшим из Гугарка, Мирабарзаном. Тот с 6000 отрядом обеспечивал безопасность северных границ.
В Иберию, Вирк, как его называли в Армении, вторглись племена аланов. Совместно с племенем двалов они перебрались через Аланские Ворота и осадили город Мцхету, однако виркскому царю при поддержке агванских частей удалось нанести им поражение. Опасность с севера минула, и Мирабарзан, передав командование своему заместителю Манке, явился выразить свою преданность будущему царю.
На приеме присутствовал и Хорхоруни. Когда Гурас вошел, Мирабарзан уже заканчивал свой доклад. Принц Тигран указал брату на свободный стул и обратился к Хорхоруни:
– Скажи, Артавазд, какую опасность они могут представлять для нашего царства?
– Думаю, что никакого, – быстро ответил тот. – Ваш дед, Арташес Благой, раз и навсегда отбил у них охоту соваться в нашу страну.
– Я знаю эту историю,– нетерпеливо махнул рукой Тигран, – как и то, что он потом похитил их царицу Сатеник. Меня интересует их боеспособность, ведь не выдержала же Иберия их удара. Не подоспей помощь из Агванка, ей бы пришлось тяжело.
– По моему приказу, – взял слово Мирабарзан, – крепости Одзорхе, Демог, Хунакерт приведены в боевую готовность и укреплены. Укреплены также храмы в Анайтиде и Цуртав, организованы разъезды по всей границе и между ними осуществляется постоянная связь. Периодически также проводится разведка, и в случае опасности мы вовремя будем предупреждены.
– Аланы – народ воинственный, – вставил в свою очередь Митрас, – но они нескоро оправятся от понесенного поражения.
Митрас был самым любимым полководцем отца принца и как только вошел, сразу привлек внимание Тиграна своим видом. Левое ухо у него было разорвано, по всему лицу проходил шрам от удара меча. Из–за ранения копьем в шею он с трудом двигал головой.
–Не стоит нам опасаться на некоторое время и Вирка, – добавил Багий. – Ему также понадобится время, чтобы залечить свои раны и восстановить разрушенное.