Два императора
Шрифт:
— По-моему, гораздо ужаснее смерти, если мой Сергей попался в плен к Бонапарту. Да нет! Многие из князей Гариных убиты в битвах, но ни один не был в постыдном плену. Они умирали геройски под неприятельскими пулями и саблями, но живыми не сдавались! — с гордостью сказал князь.
Горячая речь князя была прервана быстро вошедшим в комнату лакеем.
— Позвольте доложить, ваше сиятельство: приехал Николай Цыганов.
— Один?! — почти крикнули в один голос побледневшие женщины.
— Один-с! — с грустью в голосе ответил лакей.
— Боже! Боже мой! Что же
— Успокойся, Лида! Нельзя прежде времени предаваться отчаянию! Соня, уведи маму к себе. Я узнаю, расспрошу Николая — и всё расскажу вам потом.
Софья с помощью лакея увела княгиню к себе в комнату.
Спустя некоторое время в кабинет князя вошёл бравый гвардейский унтер-офицер с Георгиевским крестом на груди.
— Здравствуй, братец. Вернулся георгиевским кавалером. Похвально! Подойди, я обойму тебя. Очень рад! — похвалил князь Николая. — А Сергей? Убит?! — дрогнувшим голосом спросил старик.
— Не знаю, ваше сиятельство, — ответил Николай.
— Как не знаешь? Не скрывай, говори правду!
— В списке убитых князя Сергея Владимировича нет, я справлялся, сам искал его между убитыми.
— Ну и что же? — нетерпеливо перебил его князь.
— Одно из двух, ваше сиятельство: или князь Сергей Владимирович утонул в озере, или…
Тут Николай смешался и замолчал.
— Ну, что же? Договаривай!
— Попался в плен.
— Ну, это, братец, ты врёшь! Сергей предпочтёт смерть плену — я хорошо это знаю! — сердито сказал князь и быстро заходил по своему кабинету.
— Если бы он был в плену, то ведь его бы выпустили из плена во время перемирия. Вероятно, отпустили русских пленных? — останавливаясь вдруг перед Николаем, спросил князь.
— Отпущены, но не все. Многие офицеры бесследно пропали, ваше сиятельство! Когда я вернулся с войны, то в Петербурге встретил приятеля князя Сергея Владимировича, ротмистра Зарницкого, — он тоже наводил тщательные справки о князе, делал розыски, но ничего не добился.
— Где ты расстался с моим сыном? Ведь на войне вы вместе были?
— Как же! Почти рука об руку я сражался с князем. Дозвольте, я вам всё подробно расскажу.
— Расскажи, пожалуйста. Да что же ты стоишь? Садись и рассказывай.
— Не беспокойтесь, ваше сиятельство, я постою.
— Садись, говорю. Да ты с дороги-то, вероятно, проголодался? Ступай в столовую, прикажи себе подать завтрак и чай. Я сейчас сам туда приду — там мне и расскажешь.
Николай подробно рассказал князю про Аустерлицкое сражение вплоть до того момента, когда он чуть не погиб на льдине и только благодаря Наполеону спасся.
Князь с большим вниманием слушал его бесхитростный рассказ и, когда Николай кончил, сказал ему:
— Ну, ты, братец, устал, ступай отдохни, а к вечернему чаю приходи к нам: расскажешь княгине всё это. Она, бедная, очень страдает от неизвестности.
Николай, взятый со льдины по приказу Наполеона, пролежал несколько дней в лазарете, и как только поправился, его в силу перемирия отпустили на все четыре стороны. Он с большим трудом добрался до
Делая разные предположения об участи князя Гарина, оба — Зарницкий и Николай — порешили, что, вероятнее всего, князь убит или утонул.
По возвращении в Петербург раненые солдаты и офицеры получили награду и отпуск для поправления своего здоровья. Николай тоже получил отпуск и денежное вспомоществование. Он поспешил в Каменки.
С каким нетерпением считал он вёрсты! Ему бы хотелось вихрем туда лететь… С того времени, как он полюбил княжну, Каменки стали дороги ему. Николай мечтал о счастии; он не переставал надеяться на взаимность. Когда ехал на войну, княжна сама согрела в нём эту надежду.
Поехал он почти простым дворовым человеком, а вернулся героем: его грудь украшает крест святого Георгия!
Но все мечты Николая разрушились сейчас же по приезде: княжна встретила его холодно, избегая с ним говорить. Молодой человек опешил от такого приёма.
«Что это значит? За что сердится на меня княжна? Она не только говорить, даже смотреть на меня не хочет! А я ещё мечтал о взаимности! Зачем я сюда приехал? Лучше бы остался в полку. Да разве гордая княжна может полюбить меня — без имени, без положения, почти нищего?»
Так думал Николай, идя в княжескую столовую, где приготовлен был вечерний чай. За столом сидела уже княгиня Лидия Михайловна. Она, очевидно, была встревожена. Еле сдерживая слёзы, княгиня попросила Николая рассказать ей всё, что он знал про молодого князя. Рассказ ещё более расстроил княгиню, так что скоро она ушла в свою комнату. Князь пошёл проводить жену. В столовой остались Николай и княжна.
— У нас в саду устроены горы. Приходите завтра — будем кататься с гор… Кстати, мне нужно с вами поговорить, — сказала Софья, вставая из-за стола. — Придёте?
— За счастье почту, княжна!
— Приходите же, — повторила княжна и поспешно вышла из столовой.
Николай чуть не прыгал от радости: он не верил и не ждал этого счастия.
Ему княжна назначила свидание!
«Что же это? Княжна сама назначила мне свидание… Поговорить со мной хочет… Вот, счастие же приплыло ко мне недуманно-негаданно».
Цыганов с нетерпением стал ждать следующего дня.
Глава XVI
Катанье с гор в зимнюю пору, излюбленное удовольствие и забава наших прадедов, существует и до настоящего времени. Кататься на салазках с ледяных гор любили не одни ребятишки, а нередко и степенные пожилые бояре и боярыни вихрем летали на разрисованных санях с ледяных гор. Особенно эта забава была в большом ходу на масленице и на святках. В былое время почти всякий почитал за непременный долг устроить у себя в саду или на дворе ледяную гору; делалось это обыкновенно для подростков и малолеток, а также и для красных девиц, — но не отказывали себе в этом удовольствии и старшие.