Два квадрата
Шрифт:
По счастью, если это слово здесь уместно, первый выстрел достался старому смотрителю. Фог с воплем упал на пол, а Бофранк, коему ничего более не оставалось, швырнул в Клааке столиком со всей утварью, что на нем стояла. Клааке увернулся от самого столика, но тяжелая супница попала ему в бок, и секретарь вынужден был отступить. Это позволило конестаблю броситься вперед и побежать по короткому коридору, закончившемуся незапертой дверью.
Оказавшись на крыльце, конестабль увидал нескольких людей, взиравших на него с удивлением и
– На помощь! Фог убит! Здесь шпион Люциуса!
И рухнул замертво.
ГЛАВА ДВАДЦАТАЯ И ПОСЛЕДНЯЯ,
в которой мы узнаем, что же произошло на острове и как Хаиме Бофранк вернулся в столицу
Если полагаете вы, что бог не мудр, подумайте: а откуда все, что вокруг, и разве не мудро оно? а что и не мудро, то хотя бы прекрасно. И радуйтесь.
Комнаты обыскали, но обнаружили лишь тело старого Фога. Шардена Клааке и след простыл; впрочем, как заверил один из марцинитов, именем Оанн, если он в самом деле являлся посланником самого Люциуса, исчезнуть для него не составляло труда.
Хаиме Бофранк вновь впал в забытье и пролежал так несколько дней, пока не оправился. Лишь только он почувствовал себя лучше, как попросил переправить его на берег и доставить в Башню Эз.
Аксель к тому времени выздоровел и чувствовал себя прекрасно, изъявив даже желание остаться в гарнизоне капралом, коли в том посодействует конестабль. Однако Бофранк отказал фамилиару. Нужно заметить, что за ними последовал и Оггле Свонк – неудачливому морскому разбойнику хотелось повидать столицу и поискать там счастья.
После всего случившегося не только здоровье, но и рассудок Бофранка пришли в полнейшее расстройство. Временами он был весел и бодр, но порою углублялся в себя и сидел, погружен в раздумья, бормоча что-то под нос. Конестабль сильно подурнел собою и к возвращению в столицу не каждый из знакомых узнал бы прежнего Бофранка.
Грейскомиссару Фолькону он написал пространный отчет, содержащий в основном сведения о землях Северной Марки, их обитателях, обычаях, а также некие намеки в отношении бургмайстера Вольдемаруса Эблеса. Что касаемо событий на острове Сваме, конестабль о них умолчал, ограничившись лишь замечанием, что на побережье живут бедные рыбаки, сам же остров безлюден и непригоден для обитания.
Правильно ли делал Бофранк, дурно ли, он старался не думать. Понимая, что властвовали над ним вещи выше его постижения, конестабль отчаялся их понять и утешал себя этим.
Будучи ввергнут в необъяснимые события, Бофранк доверился лишь Проктору Жеалю. Тот – а они как раз сидели в «Камне» – выпил рюмочку мятной настойки и промолвил:
– История твоя туманна, и многое в ней напоминает дурманный бред – вот что я сказал бы, не знай я тебя, друг мой Хаиме.
Жизнь, словно послушав старого приятеля Хаиме Бофранка, не заставила себя ждать долго. Но это уже история о трех розах, которая изложена в отдельной книге, и многое в ней еще более загадочно и странно, нежели в истории о двух квадратах.
Бог мой, да ведь так оно и должно быть!
ПОСЛЕСЛОВИЕ АВТОРА
Друг читатель!
Во-первых, спасибо тебе за то, что ты перевернул последние страницы книги и добрался до моего послесловия. Это многого стоит.
Во-вторых, почти уверен, что тебе есть за что укорить меня. И постараюсь разрешить сомнения (в свою, разумеется, пользу).
Да, многие загадки так и не нашли своих отгадок, и читатель вместе с прима-конестаблем Секуративной Палаты Хаиме Бофранком остался в неведении относительно того, например, кто же все-таки убил грейсфрате Броньолуса или что сталось с Гаусбертой Эннарден. Поспешу заверить, что «Два квадрата» – лишь первая книга в цикле «Бледнее бледного», который представляется мне как минимум трилогией. И Гаусберта, и Рос Патс, и Шарден Клааке, и даже никчемный Оггле Свонк еще появятся и сыграют свои роли – смею заверить, довольно значительные. Не стоит забывать и о пещерных троллях (а есть ли они?!), и о нюклиете, и – тут я начинаю раскрывать карты, хотя пора бы и остановиться, – о Волтце Вейтле, который, казалось, канул в никуда…
Соединяя приемы средневековой словесности с антуражем готического романа – в рамках несомненно детективного повествования, – я опасался, что смесь получится достаточно неудобоваримой. Я не Умберто Эко, да и не ставил себе цели превзойти его. Но, слава богу, что-то у меня вроде бы получилось. По крайней мере, мои труды не кажутся мне напрасными.
И еще – я не люблю концовки, в которых все становится на свои места, а умный сыщик собирает всех в кружок и повествует, как дошел до истины посредством своего чудного ума. На деле все обычно далеко не так…
Поэтому я еще раз благодарю тех, кому в самом деле интересна последующая судьба героев. Поверьте, мне это интересно не меньше, чем вам. Хотя я и знаю немного больше.
С почтением, ваш Юрий Н. Бурносов