Два сердца Дио
Шрифт:
– Александра Викторовна, не беспокойтесь, пожалуйста. Я на минуту и не отниму много времени.
– Хотите чаю? – спросила Шура, смутившись.
– Не откажусь, на улице сыро, – Виктор улыбнулся ей открыто и приветливо. У него была хорошая улыбка.
Шура думала об этом, ополаскивая свою кружку, вынимая из шкафа вторую, раскладывая на тарелке сыр и колбасу в нарезке. Этот человек, говоривший с едва уловимым приятным акцентом, располагал к себе. Возможно, это был выработанный годами профессиональный навык, но Шура чувствовала, что
Когда она вернулась в комнату, Виктор стоял у компьютера, рассматривая открытую страницу.
– Увлекаетесь? – спросил он, обернувшись к ней.
– Нет, конечно, – Шура снова смутилась. Пожалела, что убрала со стола журнал «Проблемы истории, филологии и культуры». Это смотрелось бы гораздо солиднее, чем фэн-сайт популярного отечественного фантаста. Но Виктор успел уже заметить и это.
– Да, я вижу, что вы больше увлекаетесь историей, но ведь одно другому не мешает? – Он снова по-доброму улыбнулся. – Пишете диссертацию по Вагранскому городищу? – продолжил Виктор, разворачивая кресло и присаживаясь в него.
– Да, – ответила Шура, закончив расставлять тарелки и чашки на прикроватном столике. Села на диван, поджав под себя ноги. Снова стало холодно и зябко, несмотря на то, что отопление недавно включили и батареи уже жарили вовсю.
– Интересный археологический памятник, – пробормотал Виктор с какой-то странной интонацией, беря чай и делая первый глоток. – Но я пришел поговорить не о нем. Сейчас меня интересует молодой человек, оформленный в больнице как Дмитрий Николаевич Стукалин. Что вы можете о нем рассказать?
И повинуясь какому-то внезапному порыву, Шура рассказала все, от момента их первой встречи в Екатеринбурге, произошедшей чуть больше месяца назад, вплоть до последнего слова «прощай!», оброненного так небрежно и походя. Она бросала на Виктора робкие взгляды, пытаясь понять, верит ли он ее бредовой истории, но не могла разглядеть лица. Виктор слушал ее очень внимательно, лишь изредка задавая уточняющие вопросы, и Шура скоро успокоилась. Чай в ее руках давно остыл. Она не замечала этого, слепо глядя в пространство и рассуждая сама с собой:
– Сначала он говорит, что эти люди сделали с ним нечто ужасное, а потом полночи разговаривает с Борисом о каких-то странных вещах. Командует. Дает какие-то нелепые поручения…
– Какие поручения? – спросил Виктор, и Шура поняла, что нечаянно проговорилась. Она не хотела рассказывать Виктору об Ордене Равновесия, Хедине и Ракоте. Это было уже чересчур.
– Велел мне найти Орден Равновесия, последователей Хедина и Ракота, и рассказать им все. Я так понимаю, это кто-то вроде толкиенистов.
– Не совсем, – по губам Виктора пробежала мимолетная усмешка. Он поднялся, прощаясь. – Спасибо вам, Александра Викторовна, за рассказ и за чай. Вы очень нам помогли. У меня
Он вынул из папки и разложил на столе, под включенной лампой, десяток черно-белых изображений. Судя по крупному зерну и смазанной картинке, это были снимки с камер наблюдения. Но, несмотря на низкое качество фотографий, Шура сразу узнала Дио. Он смотрел с характерным жестким прищуром, не узнать его было невозможно.
– Вот, – Шура вынула снимок из под других карточек. – Это Дио.
Одеваясь в прихожей, Виктор добавил:
– И действительно, езжайте к сестре отдохнуть на недельку, а лучше – перебирайтесь туда насовсем. Вам тут пусто и одиноко. Вам надо сменить обстановку… Всего доброго. – Прощаясь, он крепко пожал ей руку.
Проводив его, она подошла к окну на кухне и посмотрела во двор. Виктор выскочил из подъезда, разговаривая с кем-то по сотовому. Он очень спешил и шел быстро, почти бегом. Шура спросила себя, почему она вдруг доверилась этому совершенно незнакомому человеку и отчего все, словно сговорившись, отсылают ее прочь из города.
Глава 22
Если бы Шура оказалась в тот момент рядом с Виктором, агентом Ордена Равновесия на Терре, она услышала бы ответы на все свои вопросы.
Виктор вынул сотовый, едва за ним захлопнулась дверь. Даже то немногое, что сумела рассказать ему девушка, имело огромное значение и требовало немедленных действий. Виктор открыл телефонную книгу и быстро нашел фамилию «Илюшко» в списке абонентов.
– Вениамин? – спросил он, начиная спускаться по лестнице. – Веня, привет. Я на месте. Узнал все. Да, мне даже не пришлось ничего делать. Эта Шура хороший эмпат, она поверила мне сразу. У меня куча новостей и есть очень тревожные.
Выйдя из подъезда, Виктор оглядел темнеющий двор и быстро пошел, перепрыгивая через лужи, оставшиеся после ночного дождя. Старушки, расположившиеся в беседке посреди двора, проводили его внимательными взглядами. Он шел очень быстро, почти бежал. Нужно было успеть вернуться в гостиницу и начать разрабатывать план действий. Виктор чувствовал, что случайный звонок, заставивший его бросить все и лететь в заштатный уральский городишко «смотреть парня с невозможным сердцем», как, смеясь, кричал ему в трубку явно подвыпивший давний приятель, может вылиться в серьезное дело.
– Во-первых, Веня, помнишь уральского гастролера из торгового центра в Екатеринбурге? Да, который с месяц назад появился вдруг в полночь посреди торгового зала на пару с лековым волком, убил тварь, а потом точно так же исчез, только камеры наблюдения его и видели? Ты обещал пробить его по своим каналам. Так вот, это и есть тот самый «парень с невозможным сердцем». Звони, кому ты там отдавал его на разработку, узнавай, что удалось найти, и выходи на связь, у меня еще много всего интересного. Давай.