Два следа
Шрифт:
Так просто принято у нас,
Их даже любят, почитая, как Мессию,
Но не хранят их и сейчас.
Лето ждёт листопада…
Лето ждёт листопада,
А зима ждёт весну-
Мне все это не надо,
Просто в травах усну,
Под жужжание мухи,
Под шуршанье листа,
Пусть и ползают слухи,
Что погода не та,
Что морошное небо,
Что уж лист пожелтел,
Что
Столько сколько хотел.
Что сегодня, мол, сердце
Подвело просто так,
Пересыпали перца-
Борщ не выйдет никак.
И ещё говориться,
И про лето, весну,
Мне же сладко так спиться,
В травах снова усну.
х х х
Лето ждёт листопада,
Осень снега с опаскою ждёт,
А метель мне не надо,
Но она, как пришла, так уйдёт.
Я не растрогаюсь до слёз…
Я не растрогаюсь до слёз.
Не буду слушать я стенанья,
Напьюсь я сока у берёз
И смою у ручья страданья.
Я позабуду страх и горечь,
Не буду думать и роптать,
Смешаю день и даже полночь,
И буду губы я искать.
Искать весенние мгновенья,
Искать отраду и стихи,
И смою все свои волненья,
И отпущу себе грехи.
И боль забуду, вкус страданья,
Забуду склоки и борьбу,
Лишь буду я тебе признанья
Шептать, не прокленя судьбу.
х х х
Я не растрогаюсь до слёз,
Не буду слушать я стенанья,
Напьюсь я сока у берёз,
И смою у ручья страданья.
Какая жизнь? Тягучая отрава…
Какая жизнь? Тягучая отрава.
А что намешано в душе?
И, кажется, что баба права:
Что опустился я уже.
Что все мои стихи – забава,
Что мужикам они лишь блажь,
Что для души стихи – отрава,
Что ломаной деньги за них не дашь.
Что за великими мне не угнаться,
Что Пушкин лучшие писал стихи,
Что мне не стоит здесь стараться,
Что ей виднее все мои грехи.
Что зря я просто гроблю время,
Что деньги лучше для её души,
Что мужики ленивейшее племя,
Что лучше б все они ушли.
х х х
Какая жизнь? Тягучая отрава.
И ничего уж нет в душе.
А может быть она и в чём-то права,
Но, жаль, писать не брошу я уже.
ВАРИАЦИИ
А напьюсь я небом,
Ветром и дождём,
Обожгусь я снегом,
Солнечным огнём.
Я
Мой растает след.
Сгину я травинкой, -
И меня уж нет.
Я в тайге растаю,
С листьями сгнию,
Версты прошагаю,
Сердце напою
И укроюсь снегом,
Палою листвой,
И отмечусь небом
Тронусь головой.
Весенний день теплом умойся…
Весенний день теплом умойся,
Как умывался снежною водой,
Небесам цветком откройся,
Цветом нежным, может, резедой.
Жаль, не знаю цвета лета.
Что цветет весной?
Но пишу, зачем про это?
Я весной больной.
Мне зима всего дороже.
Мне зачем весна?
А снега глядятся строже-
Там лыжня вольна,
Там душе весьма просторно
Среди скал крутых,
Там дорога лыжам торна:
Время для святых.
А весной промокнут ноги,
Негде и присесть,
И нигде там нет дороги:
В топи не пролезть.
х х х
Но весна теплом умоется,
Изойдет травой,
Лето следом приоткроется-
Буйной головой.
Мрачно. Ночь за окном…
Мрачно. Ночь за окном.
Слишком мокро, тоскливо и глухо.
Только мысль об одном:
Было б мне лишь тепло и сухо.
Только бесится ночь,
А гроза выплетает по небу нити.
Не спешит она прочь,
Да и ветер не сбавит прыти.
И стучится тяжелая ставня в окно,
Гнётся дерево, ветки клоня,
Мира нет, лишь мельканье одно.
Ветер кружится, тучи гоня,
Дождь за порогом – сплошною стеной,
И огни за стеной этой тоже не видны.
А поток с крыши льет и такой ледяной,
Что оковы дождя тяжелы и до боли обидны.
х х х
Мрачно. Ночь за окном.
Слишком мокро, тоскливо и глухо,
И ложатся стихи об одном:
Облаках, что нежней лебединого пуха.
Сосна чернеет на пригорке…
Сосна чернеет на пригорке,
И тишиной пугает лес,
Узор, как на оконной створке,
И бархат сыплется с небес.
Он оседает на ветвях и хвое,
Он убирает всё кругом,
Деревья исчезают гордо стоя,
А снег кружиться чуть ли не бегом.
И травы клонятся под бременем
Забот ушедших так давно,