Двадцать
Шрифт:
А тут как удар под дых – он беспомощный и она над ним как лебедь крыльями машет, защищает, заботится. И у меня душу выворачивает, сердце выкручивает наизнанку только от мысли о том, что любит его. Не любила б не осталась бы горшки выносить…Значит дорог ей, значит выбор свой сделала сразу. А со мной тогда что было? Потрахаться? Поадреналинить? И все на хер не нужен? Блядь! Меня загибает когда об этом думаю.
С меня маску содрали и у нее рот в немом крике открылся, распахнулся на вдохе. Глаза округлились.
– Я не убивал! – это
Потом в ментовку отвезли, за решетку швырнули. Пока еще ничего не понимаю, на допросе молчу. Адвокат должен быть. Мать найдет точно знаю. Опыт есть. Молчать надо. Пока ничего не понятно. И не знаю, что Лена скажет. А что она может сказать? Правду разве что, что воровал в ее доме вещи, а потом возле трупа мужа с пистолетом меня увидела. Я от шока его подобрал. Меня просто парализовало, и я дернулся, схватил с пола. Идиот. Сейчас понимаю, что идиот и теперь там мои отпечатки. Как от этого дерьма отмазываться ума не приложу. Ни одной идеи. Пусто в голове. Спалить заказчика нельзя. Потом если сяду мне за это перо под ребро сунут. В первый же день. Там сук не любят.
Адвокат приехал утром следующего дня и нас оставили одних в камере.
– Здравствуйте Евгений. Меня зовут Андрей Владимирович Коростылев. Я ваш адвокат.
Невысокий мужчина с большой залысиной и жиденькими коричневыми волосами. Взгляд ясный, лицо чисто выбрито, дорогой брендовый костюм. Я видел его раньше. Знаю кто он такой. Один из лучших в нашем городе. А точнее самый лучший я бы сказал. Где у матери на него деньги нашлись?
– Мать наняла?
– Да. Ирина со мной связалась через одну знакомую.
– Какую знакомую?
Насторожился и подался вперед, внутри все вспыхнуло и стало трудно дышать.
– Так… одну их общую знакомую. Я здесь, чтобы представлять ваши интересы. Вы знаете в чем вас обвиняют?
Кивнул и взял протянутую им сигарету, нервно закурил. Мне эти несколько часов до трясучки хотелось курить. Я бы за сигарету на преступление пошел. Первая затяжка, голову слегка ведет, и лихорадка неизвестности начинает постепенно отступать.
– Я никого не убивал.
– Со мной вы можете быть честны.
– Я совершенно честен. Я никого не убивал!
Он лист бумаги взял и написал там несколько предложений потом протянул его мне.
«Нас возможно слушают. Елена дала показания в вашу пользу. Вы ремонтировали кран в ванной, ночевали у них дома в гостиной, остаться вас пригласил ее муж, вы услышали выстрелы, выбежали и схватили пистолет. Лучше говорить, что вы никого не видели. Ясно?»
Я снова кивнул. Значит…и адвоката она нашла? У матери нет больше таких знакомых, кто может найти самого лучшего адвоката в городе. Верит мне? Или…или просто боится, что наша связь вылезет наружу и она будет замешана? Скорее второе. Вряд ли она мне верит. Я видел, как смотрела. Мне этого хватило. Стыдится, что кто-то узнает. Конечно, где я и где она. Вор Женька
Если б не встреча у матери дома она бы срать со мной на одном поле не села.
***
Допрос проводил следак, он все записывал и доставал меня вопросами, но при адвокате и, если вопросы были неуместными тот его останавливал.
– Тогда расскажите нам подробно как все произошло. Любая деталь очень важна для нас. Кто вас позвал в дом? Сама Елена Анатольевна?
– Нет, мне мама передала, что нужно помочь. Как раз воскресенье, ничего не работает, а у них кран протекает. Я не отказал.
– Расскажите, как вы приехали.
– Я приехал вечером на такси. Сразу пошел смотреть кран, подкрутил там кое-что, да и все. Было поздно и сам хозяин предложил мне переночевать.
– А вот дочь убитого говорит, что он очень не любил гостей и скорей всего никого бы не позвал остаться у них на ночь.
– Я не просто гость. Я сын подруги Елены Анатольевны и какое-то время она у нас жила. Наверное, это было знаком благодарности. Тем более пошел дождь и уже было поздно, а я приехал без машины.
– Ясно. Значит вы говорите, что вас попросили остаться. Где вы были на момент убийства?
– Спал на диване в гостиной. Услыхал выстрелы, выбежал вверх на лестницу. Окно открыто, на полу пистолет, в кресле мертвый хозяин дома. Я схватил пистолет и бросился к окну.
– Зачем вы это сделали?
– Не знаю. Я был в шоке. Может быть, хотел выстрелить вслед преступнику.
– А вы видели преступника?
– Нет. Я никого не успел увидеть.
– Ясно. Хорошо. Вы можете пока быть свободны. Подпишите документ о невыезде. Если у нас будут вопросы мы вас пригласим.
– Да, конечно.
На улице я снова закурил. Руки тряслись, меня лихорадило. Адвокат тоже сунул в рот сигарету.
– Придерживайтесь только этой линии. Ничего лишнего не говорите. Вас не спрашивают – вы не говорите. Поняли? То, что жена убитого жила у вашей матери было лишним. Меньше информации!
– Я понял.
– Идемте, сядем в кафе, и вы расскажете мне подробно как все было на самом деле. Я должен знать все! До мельчайших подробностей! Чтобы защитить вас, чтобы для меня не было никаких неожиданностей!
***
После беседы с адвокатом я поехал к Тино. Ублюдку, который меня подставил, а сам свалил. Сука! Я ему все зубы выбью и проглотить заставлю. Но меня ждал сюрприз. Паршивый такой, мерзкий сюрприз. В виде скорой и труповозки на которой вывезли мертвеца, накрытого простыней. Я руку успел увидеть с родимым пятном на большом пальце и часами «зенит» на запястье. Коллекционными. Мы когда-то их вместе брали.
– Что случилось? – хрипло спросил я у санитаров.