Двенадцать поленьев
Шрифт:
Все в вагоне затаились: «Что же дальше он скажет, что?!.»
— Можно спасти, — повторил Пакет. — Только дело это очень-очень трудное...
— Подумаешь! — усмехнулась Поздравительная Открытка. — Чего вы нас пугаете? Открывайте свой план.
Пакет сказал:
— План простой. Он называется: «Один — за всех и все — за одного». Согласны взяться дружно?
Из клеток ответили:
— Согласны! Согласны! А вас просим быть командиром!
Пакет с Сургучной Печатью приосанился. Круглое красное лицо его выразило
Теперь он заговорил как командир.
— Товарищи Письма! — сказал Пакет. — Закрытые Письма и Открытки! Простые и Заказные! Товарищи Письма с уведомлением о вручении адресату! Товарищи Бандероли! Слушайте меня: мы сами повезём вагон.
И Пакет приказал:
— Все наружу!
И — глядите, глядите! — приказ уже выполняется!
Письма посыпались из окон — одно за другим, одно за другим...
И тут же стали прижиматься друг к дружке: плотноплотно, будто пёрышки в крыле птицы...
Да это и в самом деле крылья! У почтового вагона вырастают два крыла — они становятся всё длиннее, всё гуще...
Последним выбрался из окна Пакет.
Он решил встать к корню правого крыла.
Здесь работа труднее всего — как у загребного на спортивной лодке.
Сзади окликнули:
— Товарищ Пакет с Сургучной Печатью! Я тоже хочу потрудиться для Алёнки!
Это пропищало Лекарство из посылки.
— Нет, — сказал Пакет, — вам не место в крыле. Почём я знаю — может быть, вас взбалтывают только перед употреблением? А вы намашетесь с нами да вдруг прокиснете! Нет уж, пожалуйста, отдыхайте в дороге. Ваше дело — вылечить Алёнку.
Пакет вылез из окна.
Обернулся, глядит — а в одной из опустевших клеток притаилась Поздравительная Открытка.
— Я... я... — забормотала она. — Я слабенькая, меня не троньте...
Пакет рассердился. Сургучное лицо его потемнело.
— Ах так? Всем работать, а вам кататься? Нет, не пройдёт. Марш из вагона!
Поздравительная Открытка выпрыгнула наружу.
Но ни одно из писем, дружно соединившихся в крыльях, не пожелало принять бездельницу.
Гонят её и гонят — перебегает лентяйка с крыла на крыло. Наконец, совсем запыхавшись, остановилась на кончике левого крыла.
— Обещаю работать, дайте местечко!
Тут её и оставили.
— Внимание! — скомандовал Пакет с Сургучной Печатью. — Оба крыла разом — взмах!
Крылья поднялись и со свистом опустились.
Ветер пригнул траву до самой земли.
— Ещё раз — дружнее! Взмах!
Скрипнули колёса — и вагон покатился по рельсам.
— Взмах, взмах, взмах! — выкрикивает Пакет.
Вагон помчался, часто постукивая колёсами...
И вот он в воздухе...
— Теперь набирать высоту! Налегли, дружнее! Чаще взмахи! Ещё чаще!..
Вагон уже над облаками.
Всем от работы жарко, только Поздравительной Открытке холодно.
Бездельничает, вот и окоченела.
Рванул
— Поделом ей! — сказал Пакет с Сургучной Печатью. — Кто дружно с товарищами не трудится — тот всегда и везде лишний!
Вагон забирался всё выше и выше. Летел всё быстрее...
А когда взошло солнце, вагон стоял уже на Алёнкиной станции.
Письма опять были в клетках.
Почтальон проснулся и долго в удивлении стоял перед окном.
Прочтёт название станции — и зажмурится, протирает глаза.
«Вот так всхрапнул, ай-яй... — бормотал почтальон. — За неделю ни разу не проснулся! Но молчок, никому ни слова, а то попадёт!»
Почтальон умылся, расправил на себе измятый костюм и с бравым видом принялся выгружать почту из вагона.
...Лекарство поспело к Алёнке вовремя.
Девочка выздоровела.
Недавно Алёнка была в гостях у бабушки, и ей очень понравился Ленинград.
В нашей стране есть почтовые вагоны с крыльями.
Только крылья эти не из писем, а, как у всех самолётов, металлические.
Каждый почтовый самолёт заменяет несколько почтовых вагонов.
Почему?
Очень просто. Пока вагон двигается, постукивая колёсами, самолёт успевает сделать несколько рейсов.
В Москве почтальоны.
И в Ленинграде почтальоны.
У них давнишняя дружба!
«Мы, — говорят москвичи, — соревнуемся с Ленинградом!»
«Мы, — говорят ленинградцы, — соревнуемся с Москвой!»
А когда социалистическое соревнование, — очень хорошо работается: весело и с большой пользой.
Ведь каждый старается изо всех сил!
А главное — знаете что? Все друг другу помогают — вот что главное!
Звонят однажды по телефону из Москвы.
Начальник почты в Ленинграде взял трубку.
Слушает, что-то записывает для памяти... Мало ли дел у начальников.
Кивает головой, поддакивает в трубку...
Да вдруг как упрётся о край стола. Даже стул под ним поехал назад.
— Нет, — говорит, — нет и нет! Это мы в Ленинграде изготовим. Уж позвольте вам помочь. Ведь мы же соревнуемся с вами!
Пока начальник почты объяснялся с Москвой, вернулись с порожними сумками три почтальона — три девушки, вострушки-хохотушки.
Забрались в уголок и — «хи-хи-хи» да «ха-ха-ха»!
И вдруг слышат — разговор-то по телефону какой удивительный: Москве сумка понадобилась. Да не простая, как у всех почтальонов. Особенная сумка: на тысячу писем!